Дождавшись следующей ночи, они решают продолжить поиски. Марсель сует руку под тент, пытаясь развязать стягивающий шнур, и внезапно замирает – на палубном закутке появляется парочка молодых людей.
«Черт! – морщится Анчич. – Неужели на судне нет другого места для уединения и секса?!»
Кажется, они закуривают. Потом начинают тихо говорить, и генералу опять мерещится голос дочери.
– Хелена?! – аккуратно подобравшись к борту шлюпки, отгибает он край прорезиненного материала. И через пару секунд оборачивается к напарнику: – Она!
Строптивая и своевольная девчонка, упершись локотками в перила внешнего борта, преспокойно курит и любуется звездным небом в обществе крепкого русского парня – того, что помог удрать в Патрах в вагоне пригородного электропоезда.
– Как же они попали на судно? – шепчет над самым ухом Марсель. – Ведь наши парни пасли парадный трап до самого отхода от причала!..
– Меня не интересуют детали, – тихо отвечает генерал. – Надо проследить за ними и выяснить, где скрывается Матич.
Спустя несколько минут Хелена изъявляет желание выпить шампанского, и парень исчезает в надстройке.
«Почему бы не поговорить с ней сейчас, сию же минуту? – рождается мысль у Анчича. – Парень разговору не помеха. Марсель постоит у двери и встретит его, если тот вернется слишком быстро…»
Их внезапное появление откуда-то сверху, видимо, повергло девушку в глубочайший шок. Вскрикнув, она запрыгнула на борт и едва не прыгнула вниз – в далекие и невидимые во мраке волны Эгейского моря.
– Хелена, опомнись! Это я, твой отец! – встревоженно повышает голос Анчич – прыжок за борт разрушил бы все его планы.
– Не подходи! – визжит та. – Не подходи, или я прыгну!
– Хорошо-хорошо, я стою здесь! Вот, видишь – я не двигаюсь.
– Чего тебе нужно?!
– Ответь на один вопрос. Всего на один вопрос…
От неожиданности и от испуга у нее трясутся конечности, а сердце в груди выстукивает бешеный ритм. Металлическая балка, за которую она держится одной рукой, влажная и скользкая. Наверное, такие же и перила ограждения борта. Но сейчас ей не до этого. «Когда же придет Евгений?! Когда же он вернется?» – лихорадочно мечется в сознании единственная мысль.
Дверца распахивается раньше, чем отец произносит свой проклятый вопрос.
Второй здоровяк, дежуривший у выхода, начеку. Он бьет кулаком в лицо Евгения, отчего тот роняет стеклянную посуду и заваливается на палубу. Здоровяк методично наносит еще несколько ударов по лежащему телу.
Все. Последняя надежда растаяла, истлела.
– Где Марко Матич? – прокурорским тоном спрашивает отец.
– Не знаю, – глотает она слезы.
– Ты должна это знать! Из-под Бихача после обстрела машины и автомобильной аварии тебя увезли вместе с ним.
– Я не знаю. Честное слово!
– Врешь! Говори, где скрывается Матич! Он ведь здесь, на судне?..
Громкость вопросов и ответов плавно нарастает. Еще немного, и общение близких родственников перейдет на крик. Но ситуация меняется, когда из-за спины Анчича доносится приглушенный стон.
Он резко оборачивается назад, одновременно выхватывая пистолет.
– Нет! – выкрикивает Хелена. – Остановись, отец!!
– Кто он?
– Простой парень из команды этого корабля. Он вообще не знает Марко и ни разу в жизни его не видел!
– Хелена, я сейчас его пристрелю, если ты не скажешь, где найти Матича.
– Ты только и умеешь стрелять в людей! Сколько можно?! Еще одна смерть ничего не даст!
– Где Матич?!
– Не-зна-ю!!
– Считаю до трех!
– Ты не посмеешь стрелять!! Выстрелы услышат, и…
Неожиданно ноги девушки соскальзывают с влажных перил борта. Она повисает в воздухе, держась одной рукой за шлюпбалку и пытаясь зацепиться за нее другой. Ее неловкость сопровождается звонким визгом, заставившим Анчича на секунду отвернуться от русского парня.
И тому хватило этой секунды.
Плечо генерала дергается от сильного удара. Пистолет падает на палубу, а руку простреливает острой болью от плечевого сустава до кончика среднего пальца…
Придя в себя после удара рукояткой ножа, Анчич первым делом избавляется от бездыханного тела Марселя – нож русского парня угодил тому точно в грудь, не оставив бедолаге шансов. Генерал подхватывает его под руки, приподнимает, переваливает через борт и бросает в шипящие волны.
Теперь следует побеспокоиться о себе.
Превозмогая ноющую боль в плече, он забирается в шлюпку, включает небольшой фонарь и роется в чемоданчике мертвого коллеги, бывшего когда-то неплохим врачом его команды. Для начала наматывает на руку жгут, обрабатывает и бинтует рану. Затем делает обезболивающую инъекцию и вводит мощный антибиотик. А в довершение глотает капсулу с хорошим стимулятором мобилизующего типа – адреномиметик смешанного действия. Достаточно вредная штука, но в кризисных ситуациях незаменима.
Уже через десять минут к Анте возвращается ясный рассудок, он чувствует прилив сил, боль постепенно утихает…
– Годится, – шепчет он, раскладывая антенну аппарата спутниковой связи.
Пока происходит поиск нужного абонента, он включает навигатор и определяет собственные координаты. Готово.
Тонкий писк в динамике извещает о наличии связи.
– Гийом, ты?
– Ну конечно! – недовольно отвечает тот. – Тебе чего не спится в такую рань?
– Где вы? Назови ваше место.
– Остров Скирос. Знаешь такой?
– Слышал. Где он находится?
– Миль шестьдесят к северо-востоку от Афин.
– Понятно. А Клод? Где Клод со своей «вертушкой»?!
– И он сидит на Скиросе. Пьет виски в каком-то городке…
– Годится. Утром пусть летит в Чанаккале – турецкий городок на восточном берегу Дарданелл.
– А ты? Ты сам-то где? – беспокоится Гийом.
– Все там же – на «Sea Dream». Судно движется северо-восточным курсом к проливу; скорость – около пятнадцати узлов. Записывай координаты…
Очнувшись ранним утром, Анчич меняет повязку и колет вторую порцию сильнодействующего антибиотика. Затем снова хватается за аппарат спутниковой связи, но набрать нужный номер не успевает – верещит сигнал вызова обычной мобильной радиостанции.
Это Гийом. Он буднично здоровается и спрашивает:
– Ты готов покинуть «Sea Dream»?
– Да. Мне нужно две-три минуты. Вы далеко?
– В паре миль за кормой.
– Отлично. Я собираю вещички…
Открыв герметичный чемодан покойного Марселя, генерал упаковывает в него все то, что не должно промокнуть: документы, аппарат спутниковой связи, рацию, оружие.
Рука побаливает, поэтому со шлюпки он спускается дольше обычного. Ступив на палубу, подходит вплотную к борту, осматривается… Вокруг пусто. Справа над горизонтом высятся холмы турецкого берега, впереди виден вход в пролив; сзади за высокими волнами маячит белая точка – быстроходный катер Гийома.
Чемоданчик летит вниз, а следом за ним прыгает и Анчич. Умело войдя в воду и поработав ногами, он выходит на поверхность на безопасном от лайнера расстоянии. Ухватив плававший неподалеку багаж, ложится на спину и ждет товарищей…
– Вовремя ты оттуда смотался, – кивает на удаляющееся судно бывший снайпер Антуан.
– Что там? – морщится генерал, снимая с себя мокрую одежду.
– К лайнеру вплотную подходит сторожевик под русским флагом.
– Сторожевик? Что он тут делает?..
– А бог его знает. Видать, мы так задергали команду «Sea Dream», что капитан решил вызвать подкрепление.
– Сомневаюсь, – качнул головой Анчич. – Что-то с этим лайнером не так.
– Что именно?
– Не могу точно сказать. Не нравится мне он, и все. Да еще этот парень, уложивший нашего Марселя и вогнавший в мое плечо нож по самую рукоятку…
Врача в команде больше нет, и помочь генералу со свежей повязкой берется Антуан. Весть о гибели спецназовского врача отчасти озадачила членов команды. Выходит, кто-то действительно охраняет дочь бывшего капрала и одного из лидеров изгнанного сербского правительства.
– Я слышу их переговоры, – протягивает Этьен приемопередатчик, настроенный на нужную частоту. – Держи. Ты же лучше понимаешь русский.
Анте хватает аппарат и, поднеся динамик к уху, прислушивается. Выражение его лица постепенно меняется, в глазах блестит злоба…
Вернув станцию Этьену, он усмехается:
– Русские шифруют свои переговоры, точь-в-точь как мы. Уверен, на сторожевике прибыли сотрудники спецслужб.
– Для чего?
– Скорее всего, они пришли за Матичем, Хеленой и тем парнем.
Сидящий у штурвала Гийом пыхает сигаретным дымом.
– Что будем делать?
– Свяжись еще раз с Клодом. Спроси, не нашел ли он их?..
Хозяин катера в десятый раз запрашивает вертолет Клода.
– Нет, – отвечает тот, – акватория между турецкими островами и проливом пуста. Они либо утонули, либо их подобрало какое-то судно.
– Пусть продолжает поиски, – мрачно приказывает генерал.
Гийом отрицательно качает головой:
– Не может – топлива осталось в обрез. Берет курс на аэропорт Чанаккале.
Прикурив сигарету, Анчич с минуту молчит. Затем твердо произносит:
– Гони назад. Будем проверять все суда, прошедшие через этот район…
Белый катер хищно рыщет по кильватерному следу, оставленному круизным лайнером. В тихую погоду светлые завихрения турбулентности способны держаться на поверхности моря часами, напоминая о недавно прошедшем судне. Анчич и Антуан стоят у противоположных бортов и вглядываются в горизонт сквозь мощную оптику биноклей.
Пройдено десять миль, двадцать, тридцать… Ни одного подозрительного предмета над волнами.
– Слева двадцать судно, – невзначай роняет сидящий на руле Гийом.
– Судно? – поворачивается к указанной цели Анчич. – Это уже интересно.
Он долго изучает его, пока катер идет прежним курсом.
– Паром, – шепчут его губы. – Гийом, это паром под турецким флагом. На рубке написано «ALINTERI-10».