Челюсти Рида были упрямо сжаты, когда он скользил взглядом по секции, где я сидела. Я не знаю, какая сила вытолкнула меня наверх, но я поднялась с кресла, и Харди наконец меня заметил. Когда наши глаза встретились, мое сердце пропустило удар. Уголки его губ дрогнули, и я смущенно помахала ему, игнорируя десятки любопытных взглядов, обращенных на меня, – фанатам «Дьяволов» было очень интересно, на кого смотрит легендарный центрфорвард.
Интересно, как он отреагировал бы, если бы я ответила на вопрос о желании заняться с ним сексом положительно? Мы взрослые люди. Мы могли провести вместе ночь, а затем без лишней драмы разойтись в разные стороны…
ТРЕВОГА! ТРЕВОГА!
Территория опасных мыслей, Мэдди.
Когда зазвучал национальный гимн и «Дьяволы» выстроились в линию напротив команды противника, я тряхнула головой, чтобы избавиться от нелепых фантазий, и постаралась сосредоточиться на игре.
Но это оказалось невыполнимой задачей.
Концентрация и внимательность никогда не были моими сильными сторонами, но сегодня они полностью меня подвели. Даже несмотря на то, что нэшвиллцы катались как неповоротливые слизни, пропускали нелепые голы и отдавали неточные передачи, безуспешно пытаясь пробить каменную защиту «Дьяволов», я не могла уследить за шайбой.
Маленький кусочек черной резины, летающий со скоростью гребаного «Боинга», постоянно ускользал от моего внимания, что ужасно раздражало. Сигнал о взятии ворот раздавался снова и снова, увеличивая выброс адреналина в моих венах. Энди забрасывал меня сообщениями о снайперских талантах Харди, называя его перчатки «шелковистыми», а текущий матч – «лодочными гонками», умоляя меня привезти ему мерч из музея Кэша и горячих инсайдов из мира хоккея, а затем к нему присоединилась Тара, настаивая, чтобы я сделала пару грязных снимков в мужской раздевалке. Как будто я была способна на подобную подлость.
Наконец прозвучал финальный сигнал. Толпа с ревом вскочила на ноги и взорвалась бурными аплодисментами. Мое сердце переполнилось радостью и гордостью.
Мы выиграли!
Рид подбросил свою клюшку в воздух, обнялся с другими «Дьяволами», празднуя победу, и покатился в сторону гостевой трибуны. Его влажные кучерявые волосы выбивались из-под шлема, и это выглядело чертовски горячо. Когда наши взгляды встретились, я показала ему поднятые вверх большие пальцы, в ответ его лицо просияло, а затем он снова сделал это…
Подмигнул мне.
Глава 15Рид
Сегодняшнюю победу по традиции отмечали выпивкой и закусками. Место долго не выбирали. Паб «Пьяный дятел» находился в холле отеля, в котором разместили нашу команду. Небольшое помещение было забито до отказа: «Дьяволы», почти в полном составе, несколько ребят из штаба команды и компания знойных «хоккейных заек», которая увязалась за парнями после матча.
Все как-то быстро разбились на группы. Одни дерзко пили, обсуждая прошедшую игру. Другие толпились у музыкального автомата. Третьи играли в дартс, четвертые – включая Коннора и Макса – в бильярд.
Ничего из этого меня сейчас не интересовало, как и попытки флирта со стороны попеременно подсаживающихся ко мне цыпочек. Находясь в максимально расслабленном состоянии, я занял место за барной стойкой и, несмотря на то что приканчивал уже вторую пинту стаута, все еще был трезвее стеклышка. В отличие от устроившейся по соседству репортерши, которая, похоже, задалась целью перепробовать все коктейли в карте.
Игнорируя мой мрачный взгляд, хренов бармен наливал Мэдди так, словно она была стриптизершей на мальчишнике. Даже пытался с ней заигрывать, расточая паршивые комплименты, но девчонка то ли делала вид, то ли действительно не замечала этого.
На Мэдс была простенькая белая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами и закатанными до локтей рукавами, джинсы с высокой талией и замшевые сапоги. Распущенные волосы мягкими волнами струились по плечам и спине. Она сидела вполоборота и считала загнанные Максом в лузу шары. Сбившись со счета, смешно нахмурила лоб, облизала и без того влажные губы и начала заново.
За короткое время нашей поездки Мэдди неплохо освоилась в компании парней из команды, но все равно стоило кому-то из них начать с ней беседу – покрывалась румянцем и смущенно отводила глаза. Признаться, меня эта ее реакция очень веселила. Может, поэтому я вдруг решил прервать затянувшееся молчание и повернулся к ней лицом. Затем положил ладонь на стойку за ее спиной и, не желая повышать голос, наклонился ближе. К самому уху:
– Как тебе наша игра?
Кажется, прозвучало немного резко. Девчонка вздрогнула, сглотнула и перевела на меня расфокусированный взгляд. Ее глаза блестели от выпитого, а на губах медленно растянулась улыбка.
– Если честно, я думала, будет больше драк. – Ее голос напоминал кексы с шоколадной крошкой, которые она так любит готовить. Он был густым и сладким одновременно.
– Не хотел тебя смущать. Попросил парней побыть сегодня джентльменами.
– Правда? – с выражением неподдельного изумления на лице спросила она.
Ее очаровательная наивность вызвала усмешку.
– Нет, – нехотя признался я, и тут же заработал едва ощутимый толчок в бок.
Пытаясь хмуриться, репортерша больше всего напоминала рассерженного хомячка. Пришлось сжать губы, чтобы не обидеть ее громким смехом. Зря старался. Алкоголь успел ударить ей в голову. Раздражение быстро сменилось весельем. И всего через секунду она уже смеялась сама. Легкий мелодичный звук привлек внимание стоящих поблизости парней, в глазах которых отразился неподдельный интерес. Большинство из них, заметив мой предостерегающий взгляд, предпочли не связываться, но Беса это не остановило.
Оттолкнувшись от бильярдного стола, он подошел к Мэдди и что-то шепнул ей на ухо, отчего смех девчонки стал еще заразительнее. А вот мое настроение, по какой-то непонятной причине, резко скакнуло в минус.
– Не хотите сыграть? – Подняв кий, Макс потряс им в воздухе.
– Пас, – резко ответил я и прежде, чем Мэдди успела открыть рот, добавил: – Она тоже.
Пожав плечами, словно его ни капли не расстроил мой ответ, приятель вернулся к бильярдному столу, где его ожидали две «зайки» в крошечных джинсовых шортах, надетых поверх телесного цвета капроновых колготок, и недопитая бутылка пива.
Вудс подняла голову. Ее глаза были слегка прищурены. Во взгляде удивление смешалось с обидой.
– С каких пор ты решаешь за меня?
– Вспомни, сколько ты выпила, – с напускным безразличием заметил я.
– Недостаточно, раз меня до сих пор раздражает твое чертово высокомерие.
Схватив со стойки бокал, на дне которого плескалась розовая жидкость, она вытащила из него зонтик, отсалютовала мне и прикончила содержимое одним глотком. Затем поставила бокал на место, перевела на меня полный вызова взгляд и продемонстрировала средний палец.
Обычно я терпеть не мог пьяных девчонок. Чем больше их развозит, тем наглее они становятся. Вешаются на шею, устраивают истерики, ударяются в слезы… Но Мэдди, даже изрядно выпив, не растеряла своего природного очарования. Она так часто улыбалась, что проклятые ямочки на ее щеках не успевали исчезать. Блеск в глазах делал взгляд выразительнее. Начинала чаще кусать губы, от чего они выглядели пухлее и краснее…
Мысли явно свернули не туда. Осознав это, я тряхнул головой.
– Пока ты здесь, я за тебя отвечаю. И прекращай пить, ты едва стоишь на ногах.
– А ты прекращай командовать, – ткнула она своим мелким пальцем меня в грудь. – Я уже взрослая девочка, делаю что хочу, и ты мне не указ. И вообще, мир, Харди, крутится не только вокруг тебя.
– Тебе-то откуда знать, репортерша? – усмехнулся я, испытывая нелепое желание ее подразнить. – Ты же вроде астролог, а не астроном.
Рот Мэдди приоткрылся от возмущения. Мой взгляд против воли снова упал на ее губы. Я завис, вдруг вспомнив о том, насколько мягкими они были, когда я поцеловал ее в автобусе.
Черт, что за странные мысли, ведь она даже не в моем вкусе! Между нами только деловые отношения.
Пока я повторял про себя эти слова как мантру, Вудс успела упорхнуть со своего стула и сейчас стояла у бильярдного стола. Макс снял с полки на стене кий, протянул Мэдди и, прижавшись сзади, принялся учить правильной для удара позе. Во рту разлилась горечь. И я очень сомневался, что дело в выпитом стауте, иначе эта горечь не смешивалась бы со жгучим желанием набить лучшему другу его гребаную наглую морду. Прицелившись, Мэдди отвела руку, заставляя Громова немного отодвинуться, и ударила по битку. Цветные шары с треском разлетелись по зеленому фетру.
– Малышка – настоящая находка, – лениво протянул внезапно оказавшийся рядом МакБрайд. – Может, предложить старику Гейту включить ее в основной состав?
– Чтобы эта репортерша в первый же день слила своему журналу эксклюзивные снимки из раздевалки? «„ДЬЯВОЛЫ“ БЕЗ ШТАНОВ» – как тебе заголовок?
– А ты не очень-то ей доверяешь, – усмехнулся приятель. – Странно, она же твой талисман.
– Это всего лишь бизнес.
– Ага, и поэтому ты так на нее пялишься? – Он кивнул на Беса и Мэдди, оживленно обсуждающих ее удар: – Не хочешь к ним присоединиться?
– Чего я на самом деле хочу, так это вернуться в номер и лечь спать.
Что являлось абсолютной правдой. Но вместо того, чтобы послать все к черту и исполнить желаемое, я продолжал наблюдать за увлеченной игрой сладкой парочки. Настала очередь Громова делать ход, но стоило ему только прицелиться, как Мэдди толкнула его бедром, отвлекая от удара. Разумеется, он промазал. Но уже через несколько минут отомстил – по-идиотски танцуя перед лузой, в которую она целилась.
– Ты жульничаешь! – возмущенно воскликнула Вудс, когда не смогла попасть.
– Ты первая начала. – Макс подмигнул ей, натирая мелом кончик своего кия.
Фыркнув, словно взбешенная кошка, девчонка перешла на другую сторону стола. Прицелилась и ударила. Когда последний шар опустился в дальнюю лузу, она победно рассмеялась, затем неожиданно повернулась ко мне и показала два больших пальца.