Несмотря на испорченное настроение, уголок моего рта приподнялся в кривой улыбке. В это время к нам с МакБрайдом подошла смазливая официантка. Длинноногая, в откровенном топе и с собранными в высокий хвост светлыми волосами. Поставив на стойку перед приятелем пинту пива, она задела меня плечом и кокетливо подмигнула, явно намекая на более близкое знакомство. Раздраженный тем, что она закрыла мне обзор, я отвернулся, всем своим видом демонстрируя полное равнодушие. Правильно расценив сигнал, девушка исчезла так же быстро, как и появилась.
Вскоре к нам с Коннором присоединились Медведев, Ландри и Кэмпбелл. Как-то незаметно обсуждение сыгранного матча перетекло к смешным воспоминаниям из жизни. Но я в этом разговоре не участвовал, продолжая наблюдать за игрой в бильярд.
Музыкальный автомат на мгновение затих. Затем заиграла I Wanna Dance with Somebody. Видимо, это была одна из любимых песен Мэдди. Двигаясь в такт с мелодией, она принялась соблазнительно покачивать бедрами. Я сам не заметил, как скучная история Джека о том, как однажды соседский бульдог пожевал его счастливые шнурки, стала фоновым шумом. Член напрягся. Желание перекинуть девчонку через плечо и унести отсюда в свою постель прожгло насквозь.
Окружавшие меня недоумки, заметив, на кого я пялюсь как завороженный, принялись свистеть и улюлюкать, будто прыщавые подростки. Не обращая на них внимания, девчонка продолжала танцевать, едва заметно покачиваясь от выпитого. Не выдержав, я вскочил с места и направился к ней.
– Пойдем. – Я схватил ее за руку и, провожаемый удивленными взглядами Громова и остальных парней, потянул за собой в сторону выхода.
– Куда ты меня тащишь? – захныкала она, впрочем, не сильно сопротивляясь.
– Наверх. Нам завтра рано вставать. – Выйдя в коридор, я прислонил Мэдди к стене и нажал на кнопку вызова лифта. – Какого черта ты так надралась?
– Этот паб называется «Пьяный дятел», – невинно захлопала она глазами. – Чем еще тут можно заниматься?
Мой сдавленный смешок заглушил скрип открывающихся створок.
– На каком ты этаже?
Она задумалась.
– Четвертый… или пятый. Нет, шестой.
Мэдди вытащила из заднего кармана джинсов карточку, которую я тут же поспешил забрать. Триста восемь. Я ткнул на кнопку с цифрой «3».
Ее номер оказался в разы проще моего, что неудивительно. Отели для команды бронируются заранее, а о том, что прибывших будет на одного больше, стало известно в самый последний момент.
М-да… Неудобно вышло. Может, предложить ей поменяться? Подумаешь, переночевать разок в «экономе». Душ тут имеется, уборная тоже. А больше ничего и не надо. Но как только я открыл рот, Мэдди, издав тонкий писк и разведя в стороны руки, прыгнула на постель.
– Знаешь, что я больше всего люблю в отелях? – спросила она, забираясь с ногами на матрас.
– Что? – Прислонившись плечом к косяку, я скрестил руки на груди.
– Здесь всегда можно попрыгать на кровати. – Девчонка замахала руками. – Давай присоединяйся.
Я усмехнулся, отрицательно мотая головой. Проигнорировав мой ответ, она опустилась на колени, соскользнула на самый край, наклонилась вперед и вцепилась в полы моего черного худи.
– Ты такой сексуальный, Харди, – сообщила Мэдди слегка заплетающимся языком. Ее глаза заволокла мечтательная дымка. На щеках углубились две гипнотические ямочки. – И высокий… Высокий и сексуальный. Мой папа от тебя без ума.
Последняя фраза заставила меня закашляться.
– Твой папа?
– Ага, я так скучаю по нему. – Прикусив нижнюю губу, она то ли всхлипнула, то ли… хрюкнула. – Упс! Не обращай внимания, я не плачу.
Давясь смехом, я осторожно отцепил ее руки от своей одежды, думая: должен ли я остаться и проследить, чтобы девчонка уснула, или не стоит? Похоже, алкоголь действовал на нее как сыворотка правды. И надо признать, от такой по-детски открытой и наивной Мэдисон Вудс у меня могли полностью отказать тормоза, а она между тем снова упала спиной на кровать.
– Боже, ты такой высокий.
– И сексуальный? – не удержался я, чтобы не подразнить ее.
Мэдди серьезно кивнула.
– А еще… заносчивый сукин сын. Иногда мне хочется тебя стукнуть, а иногда… – Она всплеснула руками. – Это все твоя внешность. По-хорошему, ее надо объявить вне закона, чтобы обезопасить всех женщин планеты. Точно! Завтра создам петицию президенту.
Она так весело хихикнула, вдохновившись своей глупой идеей, что я тоже не сдержал улыбку. Заметив ее, девчонка нахмурилась.
– Поцелуй-меня-снова. – Ее слова слились воедино, давая понять, что она вот-вот отключится.
– А если нет? – Продолжая смотреть на нее, я склонил голову набок.
– Тогда я… – Она на мгновение задумалась, а затем торжественно объявила: – Прокрадусь в твой номер и испачкаю томатным соусом всю твою одежду. Целуй!
Мэдди была такой очаровательной, когда пыталась командовать, что я не мог сопротивляться. Наклонившись, я снял с нее обувь, после чего мягко опустился рядом с девчонкой на кровать. Ее рука скользнула по моему лицу и обхватила затылок.
– Останься, – прошептала она, не открывая глаз. – Останься со мной.
На мгновение я представил, что действительно остался. Представил ее улыбку спросонья, как она смущенно подтягивает одеяло к груди…
В джинсах моментально стало тесно. Я мысленно отругал себя за то, что возбудился на пьяную девчонку. Всего от пары слов. Такому либидо позавидовало бы студенческое братство.
– Ты должна поспать, Мэдди. – Я говорил с ней, как с ребенком, который отказывается есть овощи.
Пьянчужка ожидаемо продолжала сопротивляться, придвигаясь все ближе.
– Я видела в уборной аппарат с презервативами. – Ее губы легко скользнули по моим, обдавая теплым и сладким от выпитых коктейлей дыханием. – Там есть даже ребристые, среднего размера, со вкусом киви… для твоего…
Так и не договорив, она уснула.
Глава 16Мэдди
Если гороскоп на следующую неделю не будет содержать слов «Близнецы», «алкоголь» и «зло во плоти», я лягу посреди магистрали, ведущей из Денвера в Шайенн, и пусть меня переедет автобус.
Впрочем, ощущения были такие, будто это уже произошло. Голова раскалывалась и гудела, словно рой жужжащих пчел облюбовал ее под улей. Свет от проникающих сквозь окно солнечных лучей противно резал глаза. Тело ощущалось тяжелым, как набитый кирпичами мешок, а во рту будто устроила ночлег парочка бездомных. Я села в кровати, потерла ладонями лицо и в полном смятении стала осматриваться по сторонам.
Где я, черт возьми?
Дерево. Вокруг было все из черного дерева: пол, потолок, мебель, стены и даже подвесные светильники. Когда мой взгляд наткнулся на стоящий в углу чемодан, который я так полностью и не распаковала, мозг наконец включился в игру и паника отступила. Мой номер в отеле.
Интересно, как я сюда попала? Сама пришла или?..
Осторожно приподняв одеяло, я увидела на себе свободную зеленую футболку с лепреконом, подаренную отцом на День святого Патрика. Так как накануне поездки все мои пижамы оказались в стирке, пришлось взять ее.
Хм. Нашла свой номер, переоделась – не так уж я и безнадежна, можно выдыхать. Теперь нужно встать, принять душ, набрать администратора отеля и заказать легкий завтрак с таблеткой от головной боли. Отличный план… который тут же полетел ко всем чертям, когда я оглянулась и увидела спящего рядом мужчину.
Рид Харди, максимально расслабленный, лежал на спине, закинув одну руку под голову, а вторую положив на живот – голый и мускулистый, с шестью отчетливо проступающими кубиками. Во сне он выглядел таким умиротворенным. Из одежды на нем были только черные боксеры. Слегка приподнятые под напором довольно внушительного утреннего «флагштока», от которого еще минуту я не могла оторвать взгляд.
Ответ на вопрос, можно ли одновременно дрожать от холода и обливаться потом, отпал сам собой, когда я почувствовала, как по позвоночнику ползет озноб, а кожу лижут языки пламени.
Ко мне вновь подкралась паника, кружа вокруг меня, как акула вокруг своей жертвы. Пьяный трах? Самая банальная и пошлая вещь на свете. Но, к счастью, этого с нами точно не произошло. Здоровяк сложен как бог, а значит, и секс с ним гарантированно оказался бы восхитительным. Такой и после нескольких бутылок виски невозможно забыть. А я выпила лишь три-четыре легких коктейля, где содержание сока в разы превышало алкоголь. Так какого черта Рид делает в моей постели?
Стараясь не потревожить спящего соседа, я осторожно поднялась на ноги и закуталась в одеяло, как в защитный кокон. Подхватила с пола разбросанную одежду и на цыпочках прокралась к двери, ведущей в ванную комнату. Но не успела ее открыть, как тишину разорвало протяжное I love you Daddy.
Сердце подскочило к горлу. Бросившись к тумбе, на которой лежал мой вибрирующий телефон, я принялась тыкать пальцем в экран в поисках кнопки сброса вызова. Воздух рваными толчками покидал мои легкие, словно я только что завершила триатлон.
Харди заворочался, поморщился, открыл глаза и уставился прямо на меня. В этот самый момент экран телефона потемнел и уже через секунду его заполнило взволнованное лицо отца на фоне висевшего на стене плаката с «Дьяволами».
– Мэдисон Валери Вудс!
Стоило мне услышать свое второе имя, как все посторонние вещи перестали иметь значение. Чтобы отец, позабыв про «кексик», «букашку» и «тортик», назвал меня полным именем, должен был наступить конец света.
– Привет, пап. – Высунув руку из-под одеяла, я помахала в экран. – Ты так рано, что-то случилось?
– Случилось. Я узнал, что моя девочка врет собственному отцу. – В любимом низком голосе вместо привычных теплых ноток звучала неприкрытая обида. В глазах горел упрек, а губы сжимались в тонкую линию. И пусть я понятия не имела, в чем дело, щеки тут же обожгло стыдом. – В прошлый раз ты говорила, что вы с Ридом Харди просто дружите. Естественно, я тебе поверил. А сегодня Эйб присылает мне ссылку на новость о том, что вы встречаетесь. И не смей отпираться! Я видел фотографии с вашими объятиями на стадионе, одна из которых была сделана в отеле Нэшвилла, где у «Дьяволов» вчера проходила игра.