Я потерла глаза, злясь на себя за то, что поиски так ни к чему и не привели. И на Харди за то, что его биография была слишком вылизанной и больше смахивала на заученную историю, которую повсюду печатали в одном и том же виде. Она не обрастала новыми подробностями из прошлого, как это обычно бывает, не имела каких-либо цепляющих моментов, требующих анализа или перепроверки. Если основываться лишь на общедоступных фактах, скучнее Рида Харди была только схема метрополитена.
Хм… а что, если я вообще не там искала?
Может, стоило начать не с него, а с биографии его родителей?
Глава 20Рид
– Это нечестно, Рид. Ты – мой брат и должен во всем меня поддерживать, – капризным тоном произнесла Саванна, поправив шапку и поднимая воротник, чтобы защититься от пронизывающего ветра. Ее длинные огненно-рыжие волосы красиво контрастировали с бледно-голубым пуховиком и фарфоровой кожей, которая выглядела гладкой, как полированный мрамор.
– Ты планируешь выйти замуж за самого большого в мире недоумка, который буквально одержим тобой и ведет себя как гребаный сталкер, и беспокоишься о том, что я не одобряю эту хрень?
Она молчала, размышляя над моими словами, и взгляд ее голубых глаз был устремлен куда-то вдаль. Горный ветер свистел между небоскребами, пробирая до костей пронизывающим холодом. Небо заволокло низкими свинцовыми тучами. Температура воздуха была определенно ниже, чем вчера, но все еще держалась на отметках чуть выше нуля. В последнем прогнозе погоды говорилось, что через несколько часов шторм выйдет из Скалистых гор и направится на северо-восток через равнины, обрушиваясь на Денвер очередным футом снега. Складывалось ощущение, будто город заперли в стеклянном снежном шаре, который чья-то невидимая рука трясет без остановки. Как бы отчаянно осень ни боролась за контроль над погодой, дерзкая, аномально снежная зима, явившаяся в Колорадо слишком рано, ни на день не уступала ей власть.
– Мейсон не одержим мной. – Сав драматично вздохнула и сморщила маленький веснушчатый нос, кончик которого порозовел от холода. – Ну, может, совсем немножко… Но что в этом плохого? Он просто сильно любит меня.
– Мне он не нравится.
– Как и каждый мой парень.
– Неправда. Тони Гарфилд мне нравился.
– Тони Гарфилд? – Саванна рассмеялась и отступила от огромной лопаты снегоочистителя, который двигался вдоль дороги. – Соседский парнишка-мормон, выступающий за воздержание от секса до брака? Он никогда не был моим парнем, братец. В средней школе мы вместе пели в хоре.
Я задумчиво покрутил в руке стакан с кофе, постукивая пальцем по теплому картону.
– Серьезно?
Лукаво улыбнувшись в ответ, Сав покачала головой, как бы говоря: «Ты не захочешь знать истории о моих школьных парнях, которые я могла бы тебе рассказать».
Когда мы свернули в сторону Чизмен-парка, ее мобильник издал сигнал очередного входящего сообщения, и я закатил глаза. Она вытащила телефон из кармана как раз в тот момент, когда Ролло резко дернул поводок, чуть не сбив ее с ног.
– Полегче, приятель, – сказал я псу, отбирая у сестры шлейку.
Взглянув на экран, Саванна вздохнула.
– Черт, это Мейсон.
– Да неужели? – Я раздраженно фыркнул. – Тридцать сообщений за последние полчаса – по-твоему, это нормально?
– Вообще-то девять. – Она наклонилась, чтобы почесать Ролло за ушами, и тот в ответ радостно завилял хвостом, вывалив наружу длинный язык. – Ладно, мне пора. Нельзя ссориться с ним в такой день.
– Хочешь, морду ему набью?
Сав закатила глаза, а затем обняла меня:
– Нет. Я всего лишь хочу, чтобы ты был к нему немного терпимее.
– А я хочу, чтобы ты была счастлива.
– Так стань образцом для подражания, на который младшая сестричка могла бы равняться. – Запрокинув голову, она с улыбкой посмотрела на меня своими лисьими глазами, наружные уголки которых были немного приподняты. – Ты точно не присоединишься к нам за праздничным ужином?
– Нет, у меня другие планы.
Правда заключалась в том, что мне хотелось увидеть Мэдди. Я понятия не имел, дома ли она, чем занимается, с кем проводит праздник… Я вообще почти ничего о ней не знал, но одновременно с этим мне казалось, что мы знакомы целую вечность.
Светофор переключился на красный. Какой-то дебил просигналил, предлагая нам убраться с дороги. Ролло громко гавкнул и потянул меня за собой.
– Счастливого Дня благодарения! – крикнула мне в спину Саванна.
– Ага, – отмахнулся я.
Деревянные ступеньки крыльца опасно скрипели под моим весом, когда я поднимался по лестнице. Входная дверь дома Мэдди была украшена массивным еловым венком, а карниз крыши – тепло сияющей гирляндой. В одном из окон горел свет, а на подъездной дорожке стояла старая раздолбанная «Хонда Цивик». Ролло возбужденно обнюхивал пространство под дверью, в то время как я нажимал на звонок.
Меня охватило нелепое волнение, когда я услышал быстрые шаги и в открывшейся двери появилась Мэдди. Ее волосы были в беспорядке, а нос и подбородок испачканы чем-то похожим на муку. Она по-совиному моргнула, глядя на меня.
– Рид? Что ты здесь делаешь?
Я позволил своему взгляду задержаться на удивленном выражении ее лица, на тонких пальцах, обхвативших дымящуюся кружку с надписью «Нет вина – нет веселья», на мешковатом ярко-зеленом свитере с северными оленями, который висел на ней и выглядел скорее как платье… Святой грешный ад. Это был самый уродливый свитер, который я когда-либо видел в своей жизни. Должно быть, именно так выглядит идеальное топливо для мусоросжигательной печи.
– Мне нужно было тебя увидеть. И я подумал, что мы могли бы вместе… – Не забегай вперед, придурок. – В общем, сегодня День благодарения, и мне действительно есть за что быть тебе благодарным.
– Рид Харди и благодарность… Необычное сочетание. – Она наклонилась, чтобы погладить Ролло, пока тот радостно провывал ей приветствие на языке хаски. После чего обнюхал ее ладонь, лизнул ее, и Мэдди рассмеялась. – Ну ладно, проходите.
С этими словами она выпрямилась и отошла, пропуская нас в дом. Переступая порог, я с довольным видом я подмигнул псу. Собачье обаяние всегда обезоруживает.
Жилище репортерши было маленьким, немного захламленным, но довольно уютным. Мэдди отвела нас в ванную комнату, где я вымыл Ролло лапы, и предложила пройти на кухню. Из духовки доносился аппетитный запах мяса. Что бы она там ни готовила, пахло вкусно, и меня так и подмывало остаться.
– Ты живешь одна? – спросил я, неловко топчась на маленьком квадрате пространства между шкафчиками, столешницей, холодильником, плитой и кухонным столом, к которому прилагались два узких деревянных стула.
– С коллегой. Она улетела на праздники к родителям в Феникс.
– Ясно, – выдохнул я, с сочувствием глядя на Ролло, который беспокойно вертелся возле входа на кухню, словно недоумевая, где на этой крошечной территории ему разместить свои двадцать пять килограммов. – Найди себе другое место, приятель.
Пес издал недовольный звук, но послушно улегся возле дивана, который отделял кухонную зону от гостиной.
– Индейка уже в духовке, картофель варится на плите, осталось только приготовить десерт. – Она указала на посыпанную мукой столешницу, где лежали деревянная скалка и небольшой комок теста. – Сможешь раскатать тесто, пока я займусь глазурью?
На мгновение я вдруг представил, как поднимаю ее за талию, сажаю на этот стол и срываю с нее этого зеленого вязаного монстра. Но если я хотя бы попытался сделать что-то подобное, она, скорее всего, в ужасе сбежала бы. Из собственного дома. К тому же у нее есть этот офицер Зад, или как его там. И, похоже, этот бородатый хрен ей действительно нравится.
– Без проблем.
– Отлично. – Она подошла ближе, и я закрыл глаза, вдыхая сладкий аромат. От нее пахло как от чертовой кондитерской. – Только не делай его слишком тонким. Мне нравится густая глазурь.
– Звучит сексуально.
Мэдди закатила глаза, улыбаясь, и я ощутил странный толчок в животе. Сегодня в ней было что-то особенное. Она казалась более расслабленной, чем обычно. И каким-то образом это делало ее еще привлекательнее.
Мне нравилось проводить время с Вудс. Казалось, что присутствие рядом с ней прогоняло из моей головы все дерьмовые мысли и дарило ощущение покоя и умиротворения. Не знаю, что в ней такого, но Мэдди являлась единственной женщиной, не считая сестры, с которой мне было комфортно и легко. Давно забытые ощущения.
Признаться, я никогда раньше не думал о том, чтобы остепениться, оставшись рядом с женщиной, особенно после того, как одна из них скормила журналистам хренову кучу лжи обо мне. Но на один короткий, смехотворный момент я представил рядом с собой Мэдди… После чего слепил из своих мыслей баскетбольный мяч и мысленно послал его в корзину под названием «Мечты».
Глава 21Мэдди
Рид вымыл руки, вытер их кухонным полотенцем в красно-белую клетку и взял со стола скалку. У меня дрожали колени и мурашки бегали по коже от того, что он был здесь, на моей кухне. На расстоянии одного крошечного шага от меня. Прошла целая вечность с тех пор, как мое тело так реагировало на кого-то. Я чувствовала себя медицинской колбой, которая в любой момент могла взорваться в результате опасного химического эксперимента.
Мысленно стряхнув с себя нервозность, которая сковывала движения, я принялась замешивать глазурь. В разных мисках, по цвету. Под монотонное жужжание миксера напряжение в теле стало понемногу спадать. Образ двухметрового широкоплечего хоккеиста, с серьезным видом раскатывающего имбирное тесто для выпечки, то и дело вызывал улыбку, поднимая праздничное настроение до небес.
– Я думал, рождественское печенье пекут только на Рождество. – Рид повернул голову, его взгляд скользнул вниз, к моим белым фланелевым штанам с принтом леденцовых тростей. Он забавно нахмурился.
– Необязательно. – Я встала на носочки и достала из шкафчика формочки для печенья. У меня был шикарный рождественский набор: варежка, елка, снежинка и пряничный человечек.