а присягу эту, как пели в театре, я, как верный муж, сдержал
В Примечаниях справедливо отмечено (ZA 1953), что Швейк вспоминает оперу Бедржиха Сметаны «Далибор» (Dalibor). И действительно, главный герой, схваченный за убийство благородный рыцарь Далибор, тенор, мысленно обращаясь к другу, скрипачу Зденеку, в свою очередь, как и положено на оперной сцене, ставшему жертвой убийцы, поет в начале первого акта:
Tu přísahal jsem pomstu, hroznou pomstu!
…………………………………………………………..
Purkrabí pak splatil svou krví hlavu Zdeňkovu.
Я присягал тебе, что отомщу, сурово отомщу.
……………………………………………………………..
И своей кровью заплатил бурграф за Зденека
Опера была написана композитором в 1868-м, но шумный успех пришелся уже на девяностые годы того же столетия.
С. 266
в старом рукаве реки Бероунки в Збраславе купался переплетчик Божетех с Пршичной улицы в Праге
Комм, о пригородном поселке Збраслав и реке Бероунка: см. ч. 1, гл. 10, с. 149.
Пршична (Příčná) улица в пражском районе Нове Место, см. комм, к случаю, когда в переводе она была Поперечной:
ч.1, гл.6, с.72.
Они очищены от вшей неделю назад в окружной тюрьме в Добржиши.
Добржиш (Dobříš) – город в центральной Богемии с собственным замком и перчаточной фабрикой. От Збраслава и Берунки чуть больше тридцати километров на юго-запад. Хороший дневной переход.
и встретился с жандармским патрулем изХухли
Хухле (Chuchle) – общее названия для двух юго-западных районов современной Праги – южные Большие Хухли (Velká Chuchle) и северные Малые Хухли (Malá Chuchle). Когда-то Збраслав отделял от Верхних Хухлей – еще один район города Лаховице (Labovice). В 1990 году вошел в состав Збраслава.
С. 267
он каждый день сидел «У Флеков»
Старинная пражская пивоварня, см. комм., ч. 2, гл. 4, с. 433.
С. 268
Приказав на основании приговора своего полевого суда повесить учителя, учительницу, православного священника или целую семью, он возвращался к себе на квартиру, как возвращается из трактира азартный игрок в «марьяж», с удовлетворением вспоминая, как ему дали «флека», как он дал «ре», а они «супре», он «тутти», они «боты», как он выиграл и набрал сто семь.
Православный священник в оригинале просто поп: рор (Když dal pověsit učitele, učitelku, popa). Следует отметить, что для русинских греко-католических служителей культа Гашек использовал в предыдущих главах другое слово – pleban. Ну а чешский католический ксендз всегда kněz, а тот, что на приходе, — farář.
Игра, понятно, что «чешский марьяж», см. комм., ч. 1, гл. 2, с. 39, а флек-ре-супре-тути-боты (jak mu dali «flek», jak on dal «re», oni «supre», on «tutti», oni «boty») – это последовательные ступени удвоения ставки при торговле, вот возможный набор вариантов с синонимами:
1. flek – «skvma», «rána», «pudern», «pcánek», «prc», «haním», «pohana», «pic kozu do vazu», «buším», «obušit».
2. re – «lepší», «vejš», «rek».
3. tutti – «sup».
4. boty – «obuv», «zazpívat obuvnickou».
5. kalhoty – «textile», «jsme v textile», «gatě».
6. kaiser – «císař», «vytočili to až na půdu».
Можно заметить, что Гашек дважды упоминает третью ступень, тутти и суп (ре) – синонимы. Это не ошибка ПГБ, так в оригинале.
«Набрал сто и семь» – ошибка при переводе. В оригинале: а měl sto а sedům – то есть играл «контракт» сто и семь. Сколько генерал при этом «набрал» или выиграл, сказать сложно, все напрямую определяется размером базовой ставки. Если играли по-солдатски, с базовой ставкой по 20 галержей, то расчетный коэффициент при комбинации 100 и 7 будет 2 за последнюю взятку семеркой и 4 за набор в игре ста и более очков, итого (2+4) х 20 = 120 галержей или 1,2 кроны – начальная ставка в этой конкретной игре после объявления генералом 100 и 7. Если играли по кроне, как и положено старшим командирам и военачальникам, то начальная ставка уже 6 крон. Далее, пошла торговля «флек-ре-супре-тути-боты», 2 х 2 х 2 х 2 х 2 = 32. Таким образом, из базовых двадцати галержей получилось 32 x 120 = 3840 или 38 крон 40 галержей, а базовая крона вылилась в 32 х 6 = 192 кроны на кону. Впрочем, Гашек, конечно, не о деньгах здесь, а об азарте, веселящем кровь.
Иногда он умел найти в повешении комические моменты, о чем однажды написал своей супруге в Вену:
Некоторые многоопытные гашковеды полагают, что автора «Швейка» вдохновили письма, которые писал домой австрийский герой, генерал Виктор Данкель (см. комм., ч. 3, гл. 1, с. 63).
С. 269
Когда генерала Финка назначили комендантом крепости Перемышль
Все доступные документы позволяют предполагать, что последним австрийским комендантом именно крепости Перемышль, то есть оборонительного объекта, был генерал Кусманек, см. комм., ч. 1, гл. 14, с. 211, весной 1915-го попавший навсегда в долгий русский плен. Как пишет Йомар Хонси (JH 2010), после повторного взятия крепости войсками центральных держав в грустных развалинах былой твердыни дислоцировался лишь скромный гарнизон из двух неполных венгерских батальонов, чуть больше восьми сот штыков, которыми командовал генерал-майор (Generalmajor Stowasser.)
Что касается весьма редкой фамилии героя Финк фон Финкенштейн (Fink von Finckenstein), то принадлежит она древнему прусскому роду, давшему, в частности, русского военачальника, генерала-фельдмаршала Петра Христиановича Витгенштейна (1768–1843). Его матерью была графиня Амалия Людовика Финк фон Финкельштейн.
С. 272
всякий раз пожелание, чтобы такие богослужения совершались по образцу богослужений в праздник тела господня – с октавой.
Праздник с октавой, в оригинале: něco па způsob Božího těla s oktávou – у католиков это такой, который отмечается восемь дней, включая первый, то есть попросту целую неделю. Подобных продолжительных у современной паствы Ватикана совсем немного: Рождество, Пасха и праздник Святой Троицы. Праздник, имеющий народное название Божьего тела (Boží Tělo) и официальное – праздник Тела и Крови Господней (Slavnost Těla а Krve Páně), отмечается в следующий четверг после праздника Святой Троицы. Если с октавой, то последняя месса (богослужение по терминологии ПГБ) будет через неделю, также в четверг. Увы, ныне это уже не дозволяется. В 1955 году папа Пий XII прежнюю широту и роскошь отменил.
Праздник Тела Божьего в католической Австро-Венгрии очень торжественный с крестным ходом уже один раз упоминался в романе, см. комм., ч. 1, гл. 13, с. 175. Без октавы, но все равно в музыкальном контексте, с колокольчиком.
и рассказывал рабу божьему Мартинецу новейшие анекдоты из глупейших сборничков, издававшихся специально для армии журналом «Lustige Blätter».
«Lustige Blätter» («Веселые листки») – наравне с мюнхенским «Симплициссимусом» (см. комм., ч. 3, гл. 1, с. 66), старейший из германских юмористических журналов. С 1887 года издавался в Берлине уроженцем Вены Отто Эйслером (Otto Eysler). Один из пионеров цветной карикатуры. Во время Первой мировой «Веселые листки» демонстрировали ярый патриотизм и чуть ли не все номера были специальные военные Kriegs-Nummer со своей отдельной сквозной военной нумерацией, параллельной обычной годовой. А всю Вторую мировую, как наш «Крокодил» с пижонами, верноподданно боролся с мировым еврейским заговором. На чем и кончился.
Генерал собрал целую библиотеку книжонок с глупыми названиями, вроде «Юмор для зрения и слуха в солдатском ранце», «Гинденбурговы анекдоты», «Гинденбург в зеркале юмора», «Второй ранец юмора, наполненный Феликсом Шлемпером», «Из нашей гуляшевой пушки»
Феликс Шлемпер, так у Гашека – Schlemper, в реальности Феликс Шломп (Felix Schloemp, 1880–1916) – германский литератор, редактор и издатель. Славился юморком еще до войны, первое собрание его искрометных шуток
«Придурошная утка. 200 самых смешных уток, взращенных в германской прессе и вырвавшихся из леса на свободу» (Die Meschuggene Ente: Die 200 ulkigsten Enten, die im Blätterwalde deutscher Zeitungen unfreiwillig ausgebrütet worden sind. In Freiheit dressiert und vorgeführt von Felix Schloemp) вышло в 1909-м. Сохранил любовь к длинным названиям газетный острослов и в тяжкую годину войны. Название его самого известного военного сборничка издательства «Lustige Blätter» (Годик и Ланда утверждают (HL1998), что общий тираж превысил 125 тысяч) Гашек в романе раскидал на целых три:
«Гинденбурговы анекдоты. Наш Гинденбург в зеркале юмора. В дополнение к побасенкам серых шинелей с востока. Второй ранец полный юмора (ранец юмора часть 2)». [Felix Schloemp. Hindenburg-Anekdoten. Unser Hindenburg im Spiegel des Humors. Nebst vielen feldgrauen Schnurren aus dem Osten. Ein zweiter Tornister voll Humor (Tomister-Humor, Bd. 2), Berlin, Verlag der «Lustigen Blätter», 1915].
А всего таких веселых ранцев, покуда самого неугомонного шутника на фронте не нашла в 1916-м русская пуля, вышло аж пять. Последний назывался с обьшным многословием:
«Неунывающее ополчение. Веселое ополчение и окопные побасенки. С морем смешных картинок. Пятый ранец юмора». [Felix Schloemp, Der fídele Landsturm. Heitere Landsturm und Schützengraben-Schnurren. Mit vielen lustigen Bildern. Ein fünfter Tornister voll Humor. Berlin, Verlag der «Lustigen Blätter», 1917].
Или такая чепуха, как «Под двуглавым орлом», «Венский шницель из императорской королевской полевой кухни разогрел Артур Локеш».
Артур Локеш (Lokesch Artur) – еще один из авторов-ударников издательства «Lustigen Blätter», гвоздавший наперегонки с Феликсом Шломпом познавательно-бодрящие подтирки для солдатиков в той же самой серии «юмор-в-ранце» (Tornister-Humor) во славу немецкого оружия и лично командующего восточным фронтом фельдмаршала Гинденбурга. Что касается «Шницеля», то остается лишь поражаться цепкости гашековской памяти. Подлинная книга Локеша имела не такое, конечно, длинное, как у шломповых, но достаточное для деления на два название «Под двуглавым орлом: Венский шницель из императорской королевской полевой кухни» [Unterm Doppeladler: Wiener Schnitzel aus d. K. K. Feldk