ž se ruka к ruce vine
Так se dílo podaří
Когда все плечом к плечу,
Дело наше победит
(путь открыт к успехам)
Помните господина Люккени, который проткнул нашу покойную Елизавету напильником?
Луиджи Люккени – итальянский анархист, смертельно ранивший тонким, острозаточенным напильником (трехгранным надфилем) императрицу Елизавету, которую нежно ее любивший император Франц Иосиф звал Сиси. Гулять, вопреки убеждению Швейка, малорослый убийца с высокой императрицей (метр семьдесят два сантиметра) не гулял. Первоначально вычислив и дождавшись в нужном месте, а именно, на женевском причале 10 сентября 1898 года, душевно не вполне здоровый молодец бросился к царственной жертве и, буквально припав, проткнул похожей на маникюрную железочкой корсет и грудь. Смертельную рану в сердце удивительная нематериальная женщина, с детства писавшая стихи, сначала даже не заметила, но уже поднявшись на кораблик, отплывавший в Монтре, упала и умерла.
Любопытно, что это гнусное убийство любимой и обожаемой императором жены в 1898 году ни к какой войне не привело, в отличие от убийства в 1914 неприятного Францу Иосифу и весьма далекого от него во всех отношениях племянника Франца Фердинанда (ЯШ 2003).
Вот увидите, пани Мюллерова, они доберутся и до русского царя с царицей, а может быть, не дай бог, и до нашего государя императора, раз уж начали с его дяди.
Теперь уже ошибается Швейк и будет это делать упорно на протяжении всей главы: Франц Фердинанд – племянник, а не дядя императора. Дядей Ф. Ф. приходился будущему и последнему из австрийских императоров Карлу I (а до того просто Карлу Францу Иосифу Людвигу Хуберту Георгу Отто Марии фон Габсбургу Лотарингскому).
С. 27
«Придет время – эти императоры полетят один за другим, и им даже государственная прокуратура не поможет».
В оригинале используется словосочетание státní návladnictví – государственное представительство, также было в ходу и státní zastupitelství; и тот, и другой вариант – смешная калька с немецкого термина из свода законов Staatsanwaltschaft (государственная защита), в действительности вне всяких сомнений переводимого как «прокуратура».
Попросту говоря, соединяя обратно разделенные в чешской кальке слова Staats + Anwaltschaft, не надо было жадничать. Прокуратура, и больше ничего, государственная она по самому определению.
Потом его увезли в корзине очухаться…
Согласно Примечаниям (ZA 1953), буквально «плетеная из лозы корзинка на двух колесах» (košatinka). Тачка, как ее называет в своем комментарии переводчик (ПГБ 1963), в которой полиция в те славные неавтомобильные времена увозила в участок не желавших самостоятельно идти пьяниц. Бржетислав Гула (BH 2012) добавляет, что эта высокая коляска для бесчувственных или упрямых была довольно длинной и широкой – 2 метра на 60 сантиметров.
С. 28
Тюремного сторожа разжаловали и вкатили ему шесть месяцев, но он их не отсидел, удрал в Швейцарию и теперь проповедует там в какой-то церкви.
Швейцария, весьма далекая от обычных мест пребывания 91-го полка Швейка – Ческих Будейовиц и Праги, была очень близкой в период службы романного героя в Тренто, городе в современной северной Италии, до Первой мировой войны принадлежавшем Австро-Венгрии. См. комм, об этом периоде жизни романного персонажа – ч. 3, гл. 3, с. 178.
Кроме того, возможно здесь шуточный намек на одного из отцов Реформации христианской церкви, француза Жана Кальвена (Jean Calvin, 1509–1564), бежавшего в 1533 году от французских суда, тюрьмы, а возможно и казни в Швейцарию, чтобы в конце концов стать одним из самых знаменитых проповедников протестантизма в женевской церкви Св. Петра.
— Газеты пишут, что эрцгерцог был, как решето, сударь. Тот выпустил в него все патроны.
Пани Мюллерова вновь ошибается, на самом деле в Сараево Гаврила Принцип сделал всего два выстрела, почти не целясь, но при этом поразительно метких. Эрцгерцогине пулей разорвало аорту, а эрцгерцогу шейную артерию. Браунинг FN М1910 калибра 7,65 миллиметров, которым воспользовался убийца, снабжался стандартным магазином на семь патронов, так что Принцип имел возможность еще и застрелиться, что и попытался тут же сделать, но в этом деле удача ему уж не улыбнулась (ЯШ 2003).
Вы, может, помните, как в Португалии подстрелили ихнего короля? Во какой был толстый!
1 февраля 1908 года в португальской столице Лиссабоне парой местных карбонариев был застрелен действительно несколько переедавший, но определенно не тучный король Карлуш I (Carlos) и заодно его вполне еще стройный старший сын, наследный принц Луиш Филипп (Luis Filipe).
Ну, я пошел в трактир «У чаши».
Изначальное место жительства Швейка – всегдашняя тема для обсуждения у гашковедов. На Бойишти (Na Bojišti) 10 или 12, а может быть на несуществующем пересечении Катержинской улицы (Ulice Kateřinská) и На Бойишти? Все, конечно же, возможно, однако на мой вкус точнее всего и определеннее со всей возможной чешской мудростью высказался Ярослав Шерак (JŠ 2010):
určitě nedaleko hospody U kalicha, v okruhu tak maximálně 0,5 km. Dál by přece na pivo nešel
совершенно определенно где-то в районе пивной «У чаши», в радиусе не более полукилометра от нее. Дальше по пиво никто не пойдет.
См. также комм, к ч. 1, гл. 6, с. 71.
Если придут брать терьера, за которого я взял задаток, то скажите, что я держу его на своей псарне за городом, что недавно подрезал ему уши и, пока уши не заживут, перевозить щенка нельзя, а то их можно застудить.
В оригинале порода собачки – ratlík, и это такая же специфически пражская особь, как, например, кавказец у нас на юге. И точно так же, как и кавказец, этот вид четвероногих до сих пор официально не внесен в реестры собачих пород Международной кинологической ассоциацией FCI (Fédération Cynologique Internationale), что не мешает твари оставаться очень популярной и с любовью разводимой и поныне в Чешской республике. Внешне эта мелкая псина, по чешскому стандарту – вес 2,5–2,7 кг, высота в холке 20–23 см, гладкошерстая, окрас черный с резко ограниченными золотисто-желтыми подпалинами и т. д., и ей действительно купируют по меньшей мере хвостик. Короче, по всем признакам хорошо нам тут знакомый подвид карликового пинчера, в результате неумелости хозяев ставший символом собачьей психопатии на наших улицах. При нормальном воспитании это вполне рабочий домашний крысолов, отчего и называется в Чехии Pražský krysařik.
Не менее ходовое название ratlík – всего лишь унаследованный дериват немецкого эквивалента Rattler. Правильный перевод, видимо: «пражского пинчера» или «карликового пражского пинчера». Здесь необходимо отметить общую небрежность переводчика во всех случаях, когда речь идет о собачьих породах, что не может не огорчать, принимая во внимание гражданскую профессию главного героя. Если в данном конкретном месте английское слово «терьер» без принципиальной уточняющей приставки той- еще имеет какое-то, пусть и за уши притянутое оправдание, то далее в книге 1, главе 14, части 3 все тот же ратличек, из одного-единственного абзаца:
Jestli si někdo od vás chce koupit ratlíčka a vy nemáte nic jiný- ho doma než nějakýho loveckýho psa, tak musíte umět toho člověka přemluvit, že si místo ratlíčka odvede s sebou toho loveckýho, a jestli náhodou máte doma jen ratlíčka a někdo si přijde koupit zlou německou dogu na hlídání, tak ho musíte tak zblbnout, že si vodnese v kapse toho trpasličího ratlíčka místo dogy —
умудряется самым фантастическим образом, переходя всего лишь из одного предложения в другое, превращаться то в болонку, то в фокстерьера – и даже карликового:
Если кто-нибудь хочет купить болонку, а у вас дома ничего, кроме охотничьей собаки, нет, то вы должны суметь заговорить покупателя так, чтобы тот увел с собой вместо болонки охотничью собаку. Если же случайно у вас на руках только фокстерьер, а придут покупать злого немецкого дога, чтобы сторожил дом, то вы должны говорить до тех пор, пока покупатель не очумеет и вместо того, чтобы увести дога, унесет в кармане вашего карликового фокстерьера…
Стоит отметить, что для самого Швейка ратлик и пинчер синонимы. В частности, это видно из такого употребленного им в самом конце приведенного пассажа оборота, как trpasličí ratlíček, правильно же trpasličí pinč – собачка на сей раз из официальных книжек FCI, внешне очень напоминающая карликового пражского крысолова, но ирония и тут состоит в том, что этот пес заметно крупнее. Что-то вроде карликовой таксы, до 5 кг. Но так как ни хвост, ни уши ему не купируют, то правильный перевод во всех трех местах был бы «карликового пинчера» или даже «немецкого карликового пинчера».
В трактире «У чаши» сидел только один посетитель. Это был агент тайной полиции Бретшнейдер. Трактирщик Паливец мыл посуду, и Бретшнейдер тщетно пытался завязать с ним серьезный разговор.
Паливец слыл большим грубияном. Каждое второе слово у него было «задница» или «дерьмо».
И то и другое имя, как и многие прочие в романе, заимствованы Гашеком у реально существовавших людей. Так, скульптор Владимир Бретшнейдер (Vladimír Bretschneider) был близким приятелем Гашека. Родители реального Бретшнейдера недолюбливали Гашека и заставили сына отказаться от каких-либо контактов с будущим автором «Швейка» (JH 2010).
Что касается реального Паливца (Josef Palivec), то он был всего лишь младшим официантом в пивной «У чаши», а хозяином заведения совсем другой человек – Вацлав Шмид (Václav Šmíd), действительно, всему свету известный хам и грубиян. Впрочем, Йозеф Паливец, по всей видимости, не многим уступал своему патрону: как уверяют исследователи, когда однажды некая читательница романа, во время знакомства с ним поинтересовалась, правда ли, что он ругался через слово, подлинный Паливец ответствовал: «Milostiv