Пришли выпить – в оригинале: кат jsme šli my saperáci na víno, то есть «куда мы, саперы, пришли попить вина». Дело в том, что этот район, ныне австрийская земля Бургенланд (Burgenland), с Бруком-над-Лейтой и Брукнойдорфом, всегда был территорией виноделов. Таким и остался. Производятся здесь главным образом красные вина. Естественный повод для приезжих чехов разнообразить свою золото-пенную алкогольную диету.
Хочу это я ему дать ремнем по черепу в темноте.
«Ремень» в оригинале немецкий дериват – übersvunk (chci mu dát jednu übersvunkem), Überschwung. Примечательно только одним – буквально через две строчки будет переведено как в романе о стрелецком бунте, словом «кушак». Следует отметить, что под поясом (Überschwung) понимается весь комплект – полоска кожи, кованая бляха и штык на петле.
Очевидно, что, как и все солдаты во всем мире, австрийские наматывали ремни на кулак и били своих противников ременной пряжкой или штыком в ножнах, орудуя ремнем как кистенем.
С. 407
Тонда, да ведь это я, Пуркрабек из Шестнадцатого запасного!
Тонда (Tonda) – сокращение от распространенного чешского имени Антон (Antonín). Одно из очевидных. Менее очевидное – Ярда (Jarda) от имени автора романа и уж совсем неочевидное – Гонза (Honza) от Ян (Jan). Впрочем, только на первый взгляд. Библейская первооснова как чешского имени Ян, так и немецкого Ганс – Иоганн (Jochanan) делает трансформацию совершенно прозрачной.
Фамилия Пуркрабек уже использовалась в романе. Это был агент банка «Славия». См. комм., ч. 2, гл. 1, с. 257.
Запасной – конечно же, в оригинале: 16. Landwehr. То есть Пуркрабек, просящий милости у Антонина Водички – солдат из полка самообороны. См. комм., ч. 2, гл. 1, с. 270.
Но зато у Незидерского озера мы с ними, шутами мадьярскими, как следует расквитались!
От военного лагеря в Кирайхиде до Нойзидаерского озера 15 километров на юго-восток. См. комм., ч. 1, гл. 14, с. 222.
,Uram, urаm, biró urаm’ nebo, Láňok, láňok, láňok a faluba’. «Uram, uram, birо uram», либо: «Lanok, lanok, lahok а faluba» /Господин, господин, господин судья! Девочки, девочки, деревенские девочки (венгерск.)/
Обе песни любовные, только первая грустная – речь о суде за измену, зато вторая веселая о том, как девкам хорошо танцевать с солдатами.
Положили на стол только свои солдатские кушаки и говорим промеж себя: «Подождите, сукины дети!
Кушак – в оригинале: übersvunk (jen jsme si übersvunky položili před sebe). O переводе этого слова см. комм. выше.
А один из наших, Мейстршик, у него кулачище, что твоя Белая гора
Белая гора (Bílá hora) – возвышенность на северо-западе Праги, недалеко от современного аэропорта Рузине (Letiště Praha-Ruzyně), Мотольского плаца (см. комм., ч. 1, гл. 9, с. 106) и Бржевновского монастыря (см. комм., ч. 1, гл. 8, с. 90). Не только холмик, с которого «Москву видно», но один из самых значимых символов чешского патриотического набора. Здесь 8 ноября 1620 года армия, нанятая чешскими аристократами-гуситами, потерпела поражение от армии, нанятой австрийским королем-католиком. Результатом стали уничтожение чешской национальной знати, рекатолизация и триста лет власти Габсбургов.
С. 408
— Короче говоря, мадьяры – шваль, — закончил старый сапер Водичка свое повествование, на что Швейк заметил:
— Иной мадьяр не виноват в том, что он мадьяр.
Сравни с позицией Швейка по турецкому вопросу: комм., ч. 1, гл. 1, с. 32.
и спьяна даже не заметил, что рядом находится еще такая же комната, где собрались, пока я заряжался, человек восемь гусар
Бржетислав Гула (BH 2012) обращает внимание на то, что в австро-венгерской армии все гусарские части (16 общеармейских полков и 10 гонведских) формировались исключительно в венгерских округах. Иными словами, гусар в империи Габсбургов – синоним слова венгр.
С. 409
Знавал я одного кабатчика Пароубека в Либени.
В оригинале: kořalečník (á jsem znal nějakýho kořalečníka Paroubka), и это не кабатчик, а человек, который гонит коржалку. «Знавал я одного винокура Пароубека». Есть свидетельство, что речь идет о реальном человеке, державшем вычеп крепких напитков на Гуситской улице (Husitské), только не в Либени, а рядом, в Жижкове, в двух шагах от того места, где жил сам Гашек после возвращения из Советской России.
Либень – район Праги. См. комм., ч. 1, гл. 9, с. 121.
У него в кабаке перепился раз можжевеловкой бродячий жестяник-словак
Жестяник-словак – в оригинале: dráteník. Весьма специфическое ремесло, действительно, родом из Словакии, состоявшее в плетении из проволоки всякой хозяйственной утвари – корзин, вазочек, полочек и т. д., а также предохранявших или восстанавливавших сеточные оболочки для всякой керамической посуды. Фигура такого бродячего мастера из Словакии была знакома всякому богемскому горожанину на рубеже XIX и XX веков.
И прибавил, что Пароубек – продувная шельма и бестия
Словак-жестяник ругается по-словацки. Шельма у него – huncút,a бестия – шашчинская (šaščínská bestie). Последнее, по мнению Здены Анчика (один из уникальных случаев, когда статья Примечаний (ZA 1953) не совпадает дословно с соответствующим комментарием (BH 2012) Бржетислава Гулы), либо свидетельство не полного владения Гашеком словацкими мифами и топонимами, либо очевидное издевательство. Бестия у словаков обычно чахтицкая (čachtická) по имени легендарной злодейки Алжбеты Батгоровой (Alžběta Báthoryová, 1570–1614, в русской традиции Батори) из чахтицкого (Čachtice) замка, которая якобы чтобы омолодиться, купалась в крови убитых по ее приказу юных девушек. А вот шашчинская в Словакии – дева Мария из города Шаштин (Šaštín – Stráže). Впрочем, расстояние между этими городами в северо-западной Словакии у самой границы с Чехией не такое уж и большое – 60 километров по прямой. Спутать трудно, но можно.
С удовольствием добавляю тут комментарий доброжелательного блогера khathi:
У нас сия достойная дама обычно известна как графиня Елизавета (или Эржебет) Батори, легендарная венгерская «вампирша». Поскольку, хотя поместье ее территориально и находилось в Словакии, но и сама она, и ее муж Ференц Надашди, у которого она его унаследовала, были самыми что ни на есть чистокровными венграми. Сама Елизавета, в частности, была племянницей знаменитого короля Стефана Батория.
Лупил до самой площади Инвалидов и так озверел, что погнался за ним через площадь Инвалидов в Карлине до самого Жижкова, а оттуда через Еврейские Печи в Малешице
Площади Инвалидов в Праге не было. В оригинале речь о доме призрения для ветеранов – Инвалидовна, Invalidovna (až dolů na Invalidovnu), построенном в пражском районе Карлин в 1731–1737 гг.
Здание и прилегающий к нему парк сохранились и находятся между улицами Za invaldovnou и U invalidovnu. Сейчас здесь Центральный военный архив (VojenskéÚstřední Archiv). От географического центра Либени до Инвалидов больше двух километров.
Еврейские Печи (Židovský pece) – парк в Жижкове. От Инвалидовны до парка еще километра три, причем через пути северо-восточной ж/д ветки Государственного вокзала (Státní nádraží).
Малешице – район Праги юго-восточнее Жижкова. См. комм., ч. 1, гл. 13, с. 178. От парка до границы Малешиц еще три километра. Итого получается, гнал винокур пьяного словака километров семь-восемь. Действительно освежился.
С. 410
Мы, брат, не то, что какие-нибудь там ополченцы.
Ополченцы – в оригинале: железные мухи (železné mouchy). Это оскорбительное прозвище солдат войск самообороны (ZA 1953). См.: zeměbranec (landvérák) комм., ч. 2, гл. 1, с. 270. См. также ч. 2, гл. 5, с. 450.
С. 411
Знаешь Некланову улицу на Вышеграде?
Так и есть, улица у крепости и реки в Праге – Neklánová ulice.
Раз в Забеглицах, на «Розовом острове», одна этакая харя не хотела со мной танцевать
Кавычки для названия в русском переводе – ошибка. В оригинале они есть, но одинарные: Jednou v Záběhlicích na “Růžovým ostrově”. Такие Гашек может использовать для топонимов, когда же приводит название пивной или ресторана, то пользуется двойными кавычками. Вот пример из этой же главы:
do hospody “U černého beránka” v Brucku
se ve velké vinárně a kavárně “U arcivévody Albrechta”
В данном случае речь идет не о танцзале «Розовый остров», а о куске пражского района Забеглицы (см. комм., ч. 1, гл. 2, с. 41), впрочем до 1922 года еш;е самостоятельного населенного пункта, с названием Розовый остров. Это и в самом деле топологически остров, кусок земли между рекой Ботич (ч. 1, гл. 3, с. 50) и каналом, снабжаюш;им водой Хамерский пруд (Hamerský rybník).
Я аккурат пришел с танцульки из Гостивара…
…Небось и в Михле было слыхать.
Гостиварж и Михле, два соседствующих с Забеглицами района Праги. Гостиварж (Hostivaři) на востоке, а Михле (Michle) на западе. До 1922 года – самостоятельные населенные пункты.
С. 414
Baszom az anyát, baszom az istenet, baszom а Krisztus Márját, baszom az atyadot, baszom а világot!”
Рассерженный господин Какони совершенно не стесняется, Baszom он маму, преисподнюю, деву Марию, отца и весь свет. И это при совершенно невинной жене и служанке. Трудно не согласиться с поручиком Лукашем, писавшим:
«Я глубоко убежден, что ваш супруг – чистейшей воды эгоист, который, который в своих личных интересах водит вас, сударыня, на театральные представления, отвечающие исключительно его собственному вкусу».
С. 416
Я влюблен в вашу жену по уши, как говорил Врхлицкий – Kapitales Frau /Капитальная женщина (нем.)/.