Название классического марьяжа втроем со всеми его контрактами и бонусами определяется способом приобретения прикупа, двух лишних карт из 32 при окончательных десяти в каждой руке. Первый вариант, когда лишние карты сдаются при частичной раздаче форхонту (см. комм., ч. 1, гл. 14, с. 190), называется «с выбором» (volený mariáš). Поскольку, получив семь карт в первом круге раздачи, форхонт «выбирает» козыря, потом берет еще пять карт и уж затем сбросит две в прикуп. Второй вариант, когда всем сразу сдается по десять карт, а прикуп, две карты, кладется отдельно лицом вниз на стол, называется «со спором» (licitovaný mariáš). В этом случае у форхонта право всего лишь первым заявить контракт. Если же другой игрок повысит контракт, например, форхонт говорит: «игра» (hra), а сосед-задак, следующий по старшинству и очкам бетл (betl), тогда уже он, задак, а не форхонт возьмет прикуп и станет актером. Впрочем, форхонт может на вызов задака ответить и не «пас» (pas), а «имею» (má), если после этого задак в свою очередь не повысит контракт до дурха (durch), актером при одинаковой заявке на контракт, а это в нашем примере «бетл», станет форхонт. См. также общее описание игры: комм., ч. 1, гл. 2, с. 39.
Игра вчетвером называется «крест-накрест» (Křížový mariáš). Играют по восемь карт в руке с выбором козырей, как «с выбором», но при этом один из игроков будет играть на руку актеру. А определяется он по заявленной форхонтом в первом круге раздаче карте. То есть форхонт, выбрав козырей по первым четырем картам раздачи, говорит, например, «король», и тот, кому придет козырной король, станет ему партнером по розыгрышу.
Он поднялся и пошел подглядывать в чужие карты.
«Подглядывать в карты» – немецкий дериват kibicovat. См. комм., ч. 2, гл. 3, с. 376.
«Долгий марьяж» – вещь серьезная, серьезнее, чем вся война и ваша проклятая авантюра на сербской границе.
Иронию этого очень часто цитируемого высказывания Швейка лучше чего-либо иллюстрируют живые комментарии, мелькающие в сети, когда речь заходит о «слизном марьяже»:
http://braza.webz.cz/marias/varianty.html:
Hra pro dva hráče. Hrát jen při nejvyšší možné nudě a pokud nemáte nic jiného než mariášové karty.
Игра для двух игроков. Играется, только если уже совсем нечего делать и под рукой нет ничего, кроме марьяжных карт.
http://www.pagat.eom/marriage/marias.html#two:
It is played by Mariáš players who cannot find a third player or by children.
Это марьяж, в которые играют двое, когда не могут найти третьего, или же дети.
Объясняется такое презрительное отношение тем, что при частичной раздаче карт с последующим случайным вытягиванием карт из колоды невозможны какие-либо расчеты, делающие игру интеллектуальной и достойной серьезных людей. В частности, не может быть захватывающей безкозырной игры, betl и durch. См. комм, далее: ч. 3, гл. 1, с. 18.
Я тут такую глупость выкинул! Так и дал бы себе по морде. Не подождал с королем, а ко мне как раз пришел валет.
То есть, Швейк сбросил короля, а следом «потянул» (см. комм, выше: ч. 3, гл. 1, с. 17) из колоды валета. Иными словами, если бы остался король, то можно было бы объявить марьяж король+валет и получить 20 или даже 40 очков, если марьяж был козырной.
С каким удовольствием я по дороге через Венгрию приготовил бы господам офицерам сегединский гуляш!
в оригинале: segedinský guláš. И хотя название венгерского города Сегед само собой приходит на ум, интуиция подводит. Дело в том, что Юрайда неверно называет одно из традиционных блюд венгерской кухни, правильно – székelygulyás. Название образовано от имени одной из трансвальских этнических групп венгров – секеи (székely). Более всего секейский гуляш похоже на бигос – разнообразная мясная обрезь, тушенная с квашеной капустой. И главное, перца побольше.
мне представится возможность приготовить настоящую галицийскую «шоулю» – тушеного гуся с перловой кашей или рисом.
В оригинале – šoule. Правильно, как замечает Ярда Шерак (JŠ 2010), šoulet. Блюдо это еврейское и в русских поваренных книгах именуется – чолнт или хамин. Основные ингредиенты: каша (перловка, пшенка) и горох, которые сначала по отдельности варятся, а затем после смешивания бесконечно долго (12–16 часов) тушатся на очень медленном огне в чугунке с травами, луком, перцем и гусиным жиром, а если и сам гусь в наличии, то и с его порубленной тушкой. Технология называется субботней, так как позволяет в разогретой заранее печи, не разводя запретного огня после захода солнца в пятницу, иметь к субботнему обеду горяченькое.
С. 18
Это письмо явилось следствием того, что повар-оккультист вконец разозлил полковника Шредера, который до сих пор ему покровительствовал.
В переводе утрачены сразу две поговорки оригинала, причем первую – «разлить уксус с кем-то» (в смысле поссориться) – особенно жаль в контексте повара и кухни. Вторая – «держать за палец» – покровительствовать.
Toto psaní bylo vynuceno okolnostmi, když kuchař okultista nadobro si rozlil ocet s plukovníkem Schröderem, který mu dosud držel palec
Буквальный перевод с возможными русскими вариантами: это письмо было продиктовано тем обстоятельством, что повар разлил уксус (у повара пошли блины комом) с полковником Шредером, который до этого его держал за палец (с которым до этого была у него масленица).
Вверив полковую офицерскую кухню какому-то несчастному учителю из школы слепых на Кларове…
В оригинале: ústav slepců na Klárově – Институт слепых на Кларове. Замечательное учреждение, здание которого стоит и поныне, прямо напротив садика у метро Малостранска, правда в наши дни занято вполне зрячими. В доме с башенкой, который заложил профессор и филантроп Алоис Клар (Alois Klar, 1763–1833), а возвели потомки его, квартирует ныне Чешская геологическая служба (Česká geologická služba). А начиная с 1844 года и почти сто лет по этому адресу осуществлял помощь и поддержку слабовидящим Институт слепых Алоиса Клара. От имени основателя и название всего этого квартала – Кларов.
Кстати, совсем рядом с Институтом слепых, буквально за углом, в пределах прямой видимости и слышимости, находились во времена Швейка казармы 28-го полка – Бруские, в которые он мотался по просьбе фельдкурата Каца к капитану Шнаблу, чтобы узнать то место, где тот берет свою замечательную ореховую настойку. См. комм., ч. 1, гл. 10, с. 147.
так как, что там ни говори, а даже на самом фронте должность повара есть своего рода дезертирство.
В оригинале: poněvadž ať si říká со kdo chce, přece jen je to ulejvárna i na frontě.
Буквально: так как, что там и не говори, а и на фронте бывает халява (ulejvárna).
Ведь вы же видите, что он играет на ренонсах, что у меня нет бубен, и все-таки, как неразумная скотина, вместо восьмерки идете трефовым валетом, и этот балбес выигрывает!
Увы, ни о каких «ренонсах» в романе речь не идет, да и не может идти в принципе в данном контексте. Поскольку ренонсом (renons) в чешском марьяже, в отличие от привычных нам русских карточных игр, называется не отсутствие масти и игра на этом, а ошибка игрока, за которую он будет оштрафован – например, нечаянная перетасовка колоды, ошибка в числе карт при раздаче и т. д. Непосредственно в оригинале сказано следующее:
Já se vám divím, že můžete tak blbě hrát. Vidíte přeci, von hraje betla. Já nemám žádný kule, a vy neobrátíte vosmičkou a házíte jako nejpitomější hovado žaludského spodka, a von to trouba vyhraje.
Я вам поражаюсь. Вы же знаете, что он играет бетла. И у меня нет никаких пулек (бубен), а вы вместо восьмерки, как корова, заходите с желудевого (трефового) валета, и этот дурень выигрывает.
О чем речь? Ходоунский-актер (см. комм., ч. 1, гл. 1, с. 39), играет один из вариантов бескозырки, а именно бетл, при котором обязуется не взять ни одной взятки. Задача ловцов поддаться и заставить актера хоть одну взятку да взять. Очевидно, что у Ходоунского оставались на руках старшие бубны и девятка или десятка треф, которую он счастливо сбросил под валета Ванека и тем благополучно слил ему взятку, а дальше уже спокойно скинул и старшие бубны, играя в разномастку.
— Подумаешь, сколько крику из-за одной проигранной взятки, — послышался вежливый ответ старшего писаря.
Здесь ошибки при переводе продолжают усугубляться. Ванек отвечает Швейку:
То je řvaní pro jednoho prohraného betla
Сколько крика из-за одного проигранного бетла.
Из чего следует только одно: не взятка, а весь контракт оборонцы проиграли актеру. «Балбес» Ходоунский, как и заказывал, не взял в безкозырке бетл ни одной взятки. И, соответственно, получил свои пятнадцать ставок.
С. 19
Эх вы, бардачный заседатель!
В оригинале: vy hampejzníku. Буквально: «бардачник» от hampejz – бордель.
— Тогда вам надо было, умная вы голова, играть без козырей! — с улыбкой присоветовал Швейк.
Тут окончательно становится ясно, что переводчик работает просто наугад, не зная ни правил, ни терминов марьяжа. Абсурдность перевода и якобы совета Швейка совершенно очевидна, если соотносить происходящее с оригиналом, ведь люди только что сыграли именно что без козырей – бетла (комм, выше: ч. 3, гл. 1, с. 18). На самом деле, здесь герой Гашека говорит следующее:
Таk jste měl hrát, vy chytráku, durcha.
Чертов вы умник, вы же должны были играть дурха.
То есть Швейк корит партнера за то, что он с хорошими картами на руках позволил Ходоунскому стать актером на бетле. По мнению бравого солдата, Ванек мог сам заказать более дорогой безкозырный контракт – дурх (нужно в отличие от белта не проиграть все взятки, а, наоборот, все взять). То есть перебить форхонта, стать актером, взять прикуп и выиграть тридцать ставок, а не отписать пятнадцать Ходоунскому.