Динамика городского дорожного строительства РСФСР в 1929–1937 гг.
В РСФСР общая протяженность замощенных улиц за период 1921–1936 гг. увеличилась на 220 %. В отдельных городах (Ленинграде, Киеве, Харькове, Одессе и Тбилиси) рост зафиксирован более чем в 2,5 раза; в Днепропетровске, Баку, Свердловске – более чем в 3 раза; Челябинске – более чем в 4 раза; Горьком – более чем в 5 раз; Сталинграде и Ростове – более чем в 7 раз по сравнению с дореволюционным периодом[500]. В последующие годы темпы замощения продолжали расти. Например, в Свердловске в 1928 г. было замощено 468,4 тыс. кв. м улиц, а к началу 1939 г. площадь замощения выросла до 1022 тыс. кв. м, правда, при этом было охвачено всего 35,2 % проездов и площадей. Кроме того, в городе имелось 348,8 тыс. кв. м тротуаров, из них 158,8 тыс. кв. м – асфальтовых[501].
Всего в РСФСР, по сведениям Главного управления благоустройства городов, на апрель 1940 г. протяженность улиц, проездов и набережных составила 33 357 км (из них 9790 км – мощеных), а мостов – 7401 км[502]. Во многом рост дорожной сети, в том числе с покрытием, диктовался увеличением численности транспортных средств, объемов грузовых и пассажирских перевозок. Но главным стимулом дорожного строительства выступала подготовка страны к военным действиям.
§ 2. Озеленение как социальная и политическая задача
Драться за каждый зеленый листочек, за каждую веточку.
До революции в Москве многие зеленые насаждения принадлежали домовладельцам, купцам и прочим гражданам и потому были недоступны для общественного пользования. На 1 января 1916 г. в общественном пользовании находились всего три парка (Сокольническая роща, Воробьевы горы и Мамоновская дача) общей площадью 577,8 га, 36 садов и скверов (41 га) и 26 бульваров (41 га) – всего 659,8 га. Ежегодно высаживалось не более 5–6 тыс. деревьев и 20 тыс. кустарников. Но в ведении городской управы в 1913 г. находилось всего 6 тыс. деревьев. За 1906–1916 гг. в Москве было устроено всего 26 скверов и бульваров (9,3 га), причем только в центральной части города; на рабочих окраинах преобладали свалки[503].
Революция обобществила зеленые насаждения. Однако в результате топливного кризиса в годы Гражданской войны многие деревья были вырублены. Так, в Саратове площадь лесных посадок к 1921–1922 гг. сократилась до 315 га. Меры по восстановлению зеленых насаждений были предприняты только в 1927–1928 гг.[504] Даже в столице площадь зеленых насаждений к 1931 г. увеличилась всего на 102 га. И это при том, что в годы нэпа вопрос о санитарно-оздоровительной роли городской зелени ставился как «вопрос о жизни для молодых и старых». К примеру, соотнесение данных о зеленых насаждениях по переписи 1926 г. и о смертности за 1927 г., по материалам Управления статистики Госплана РСФСР, свидетельствовало, что в городах с зеленой площадью свыше 10 кв. м на человека смертность резко падала[505] (табл. 5.4). Необходимый минимум зеленой площади для городов в то время составлял не менее 20 кв. м на человека[506].
В начале 1930-х годов вопрос об озеленении был переведен в политическую плоскость. Мотивировали это тем, что ударник «нуждается в здоровом воздухе, проветривании своих легких на свежем воздухе, в заслуженном отдыхе среди зелени и цветов». Утверждалось, что «социализм – это не “каменный век” и не каменный город». Признание, что современное общество не может жить без камня, железа и бетона, дополнялось уверенностью, что зелень и цветы помогут преодолеть отрицательные стороны железобетонного строительства[507].
За период 1917–1930 гг. в Москве было посажено 205,5 тыс. деревьев и 653,5 тыс. кустарников. Осенью 1930 г. в зеленом фонде столицы прибавилось еще 6520 деревьев и 24 456 кустов. На 1931 г. президиум Московского совета утвердил план посадочных работ в еще больших размерах: 250 тыс. деревьев, 1 млн кустарников, 50 тыс. вьющихся растений и около 100 га газонных посевов. Впервые в истории страны проводились «озеленительные работы столь крупного масштаба». По инициативе Л.М. Кагановича и Бюро Московского обкома партии 16 мая 1931 г. Московский горисполком организовал специальный «Зеленый комитет». Если до организации комитета в Москве за весну было высажено 15 тыс. деревьев и 25 тыс. кустарников, то с 16 июня за одну пятидневку – 17 220 деревьев и 32 тыс. кустарников. Этот результат был достигнут прежде всего работой организованных на фабриках и заводах рабочих бригад, а в вузах и школах – комсомольских и пионерских бригад. Кроме того, рабочие и школьные коллективы брали шефство над молодыми саженцами, давая обязательство охранять их и ухаживать за ними.
Таблица 5.4
Зависимость смертности населения от площади зеленых насаждений
Но, по мнению нового руководства столицы, «старая пятилетка развития зеленых насаждений предусматривала черепашьи темпы» (на 1931 г. – 40 га новых насаждений, на 1932 г. – 62 га, на 1933 г. – 125 га). Тем самым обеспечение рабочих Москвы санитарной нормой зелени (20–30 кв. м на человека) «откладывалось в далекое будущее». Поэтому Каганович на очередном пленуме Московского комитета партии поставил задачу довести площадь зеленых насаждений в столице до санитарной нормы в ближайшие 3 года. В пределах только Окружной дороги предстояло покрыть зеленью 3–3,5 тыс. га. Кроме того, Трест зеленого строительства Москвы занялся проработкой вопроса о создании вокруг Москвы зеленого кольца в пределах 25—30-километровой зоны отдыха – резервуара кислорода и поставщика ягод, фруктов, овощей, меда и проч. Как уже отмечалось, осенью 1931 г. планировалось ежедневно сажать столько же, сколько за весь 1913 г. Для этого при Тресте зеленого строительства был создан специальный оперативный орган – штаб по осенним посадкам. Фактически весной 1931 г. было посажено 45 210 деревьев и 126 470 кустов, а осенью этого же года – 250 тыс. и 1 млн соответственно. Было озеленено 218 улиц, 108 бульваров и скверов, 2607 домовладений, 77 фабрик и заводов и т. д. К 1932 г. площадь зеленых насаждений в Москве увеличилась по сравнению с 1916 г. в 5 раз (3284,1 га без пригородных рощ и лесов)[508].
Распределение зеленых насаждений по районам Москвы представлено в табл. 5.5. В таблицу не вошли придомовые сады (около 125 га) и несколько зеленых массивов, принадлежавших ведомствам и учреждениям (парк Тимирязевской академии, Черкизовская роща, Канатчикова дача и проч.), общей площадью до 1 тыс. га. Всего в Москве в пределах Окружной железной дороги числилось 3282,7 га зелени, но она была распределена «крайне неравномерно». Резко бросалась в глаза «ничтожность зелени» внутри Садового кольца (0,28 кв. м на человека). Несколько лучше (благодаря бульварам) было внутри Бульварного кольца и еще лучше – в пределах кольца Камер-Коллежского вала[509].
Таблица 5.5
Зеленые насаждения Москвы в 1931 г.
Но в целом по городам СССР в 1931 г. средняя площадь зеленых насаждений составляла всего лишь 1,9 % заселенной площади, в то время как должна была достигать не менее 15 %. Сопоставление наличной площади зеленых насаждений с количеством населения давало столь же неудовлетворительную картину, а именно: на 1 тыс. жителей приходилось в среднем 0,42 га (или на 1 жителя – 4,2 кв. м), в то время как «голодной нормой» в западноевропейских городах считалось менее 1 га на 1 тыс. человек[510].
Впрочем, положение, пусть и постепенно, улучшалось. Решения июньского (1931 г.) Пленума ЦК партии о важности зеленого строительства подтолкнули к резкому росту затрат на зеленые насаждения. Если в 1931 г. на зеленое строительство было ассигновано 3,5 млн руб., то в 1932 г., по разным данным, – от 10,3 до 18 млн. В Сталинграде, например, на озеленение в 1932 г. был выделен 1 млн руб., в том числе 261 тыс. – на строительство парка культуры и отдыха. Массовое озеленение райцентров, кишлаков, колхозов, совхозов и МТС весной 1932 г. началось даже в Средней Азии[511].
Во второй пятилетке партийное руководство поставило задачу превращения основных индустриальных пунктов страны в культурные, технические и хозяйственно развитые благоустроенные пролетарские центры. Уже с 1933 г., кроме ассигнований по линии коммунального хозяйства, большие средства на озеленение стали отпускать промышленные предприятия. В 1933–1934 гг. общая сумма ассигнований составила 25 млн руб. В итоге в стране не было города и рабочего поселка, где не были бы проведены работы по озеленению. Во многих населенных пунктах были созданы крупные зеленые массивы, парки культуры и отдыха, сады и бульвары. Активно участвовали в посадке зеленых насаждений сами трудящиеся: созданное «Общество друзей зеленых насаждений» насчитывало 60 самостоятельных организаций. Трудовое участие населения в посадках деревьев в эти годы достигало 15 % ассигнований на озеленение городов. Особенно широко озеленительные работы развернулись на новых стройках и в крупных промышленных центрах. Например, в Магнитогорске на месте мусорных свалок и загрязненных площадок было разбито 280,6 га скверов и бульваров, заложено 51,5 га питомника, построена крупная оранжерея. В Горьком было устроено 102 га парков и скверов, около 2 км улиц засажено деревьями. Большая работа по озеленению была проведена республиканским трестом «Госзеленстрой», заложившим 1192 га парков, садов и скверов, 258 га питомников как базы для развертывания дальнейших работ по озеленению, засадившим зелеными насаждениями 500 км улиц и дорог и организовавшим ряд оранжерей