Таблица 7.3
Число и мощность гостиниц в СССР на 1 июля 1932 г.
Данные о численности и мощности гостиниц по союзным республикам на 1 июля 1932 г. (табл. 7.3)[591] демонстрируют значительный разброс – как по численности гостиниц, так и по числу койко-мест. Кроме того, анализ данных таблицы показывает, что удельный вес коммунальных гостиниц колебался от 95 % в Белоруссии до 31,7 % в Таджикской ССР (при среднем показателе по СССР 77,6 %). Превышение над общесоюзным уровнем, кроме БССР, наблюдалось только в РСФСР (84,7 %). С учетом типа населенного пункта самый низкий удельный вес коммунальных гостиниц (8,1 %) был в рабочих поселках УССP. Для сравнения: в РСФСР это показатель составлял 64 %.
Как уже указывалось, по темпам роста капиталовложений коммунальных органов в 1928–1932 гг. гостиничное хозяйство по сравнению с другими отраслями коммунального хозяйства находилось не на лучшем месте. Всего за указанный период в гостиницы страны было вложено 56,9 млн руб.[592], в том числе 47,6 млн – в новое строительство и реконструкцию старых зданий (рост вложений составил 83,7 %). Для сравнения: за этот же период вложения в дорожно-мостовое хозяйство составили 298,7 млн, в водопровод – 289,2 млн, в канализацию – 148,4 млн, в бани – 102,3 млн руб. Из всех отраслей коммунального хозяйства меньшие темпы прироста вложений демонстрировали только разные виды транспорта: трамвай (62,5 %), такси (78,4 %), водный (72,2 %) и грузовой автотранспорт (81,8 %). Больший, нежели у гостиничного хозяйства, прирост капитальных вложений наблюдался даже у гужевого транспорта (90,1 %). Львиная доля вложений (55,5 млн всего и в том числе 38,9 млн со стороны коммунальных органов) была сделана в гостиничный комплекс РСФСР. Но при этом удельный вес вложений в гостиничное хозяйство составил всего 3 % от всех капиталовложений коммунальных органов и других ведомств во все отрасли коммунального хозяйства. Это было даже несколько ниже союзного показателя (3,1 %). Кроме того, это был самый низкий показатель среди союзных республик, за исключением Белоруссии (0,9 %). Самый высокий удельный вес вложений в гостиницы за годы первой пятилетки (10,4 %) наблюдался в Таджикской ССР[593].
Данные о коммунальном строительстве по Союзу ССР на 1 июля 1932 г. показывают наличие 108 строившихся гостиниц (из них 99 коммунальных) в 95 городах, рабочих поселках и поселениях городского типа вместимостью 19 146 койко-мест (16 203 – в коммунальных гостиницах). При этом в 53 населенных пунктах РСФСР строилась 61 гостиница (из них 55 коммунальных) в расчете на 14 406 мест (соответственно 11 599 – в коммунальных гостиницах)[594]. Таким образом, удельный вес гостиничного строительства в РСФСР составлял соответственно 56 и 55,5 %, т. е. по объемам общего и коммунального строительства республиканские показатели были сопоставимы с союзными. Хотя по числу койко-мест российские показатели были несколько выше показателей удельного веса гостиниц – 75,2 и 71,5 %. Меньше всего гостиниц строилось в Белоруссии – всего одна коммунальная гостиница на 113 койко-мест. Для сравнения: число строившихся гостиниц в УССР составляло 14, ЗСФСР – 17, Узбекистане – 8, Туркмении – 5 и Таджикистане – 2. Кроме Украины, где две строившиеся гостиницы не были коммунальными, в остальных регионах (за исключением РСФСР) все гостиницы находились в подчинении коммунальных органов местных советов.
11 мая 1933 г. президиум Всесоюзного совета коммунального хозяйства при ЦИК СССР заслушал доклад ЦУНХУ «О предварительных итогах Всесоюзной переписи коммунальных предприятий и городского благоустройства», проведенной в октябре – ноябре 1932 г. Перепись охватила 3288 населенных пунктов, отразив предприятия коммунального назначения независимо от их ведомственной принадлежности[595]. Согласно переписи, в стране насчитывалось 2252 гостиницы на 127,5 тыс. мест. На момент переписи строились 134 гостиницы на 15 444 места (всего 6 % прироста к уже действовавшим гостиницам). По разным категориям населенных пунктов данных не было, а по республикам распределение гостиниц было таким: РСФСР – 1533 (92 302 места, или 59 % от общесоюзного показателя); УССР – 427 (20 772, или 28,8 %); БССР – 90 (3811, или 3 %); ЗСФСР – 155 (7427, или 5,9 %); Узбекская ССР – 22 (455, или 0,5 %); Туркменская ССР – 21 (646, или 1,2 %); Таджикская СССР – 4 (184 места, или 0,1 % общей мощности).
По ведомственной принадлежности гостиницы распределились следующим образом: Наркомат коммунального хозяйства – 1075 (58,2 % от общей численности); Наркомат тяжелой промышленности – 77 (3,1 %); Наркомат легкой промышленности – 16 (0,2 %); Наркомат путей сообщения – 4 (0,1 %); Наркомат снабжения – 190 (4,1 %); прочие ведомства и организации – 711 (34,3 %)[596]. Как мы видим, ведущее место в системе гостиничного хозяйства занимал Наркомхоз и его органы на местах.
Данные также свидетельствуют, что в I полугодии 1933 г. в самом неблагоприятном положении находилось именно гостиничное хозяйство. Обследование гостиниц в Горьком, Иванове и Уфе, проведенное Комиссией исполнения при Совнаркоме РСФСР в мае 1933 г., выявило ряд существенных недостатков в гостиничном хозяйстве этих городов. Из докладной записки наркома коммунального хозяйства РСФСР Н.П. Комарова в Комиссию узнаём, что только в Иванове имелась новая, крупная и хорошо оборудованная гостиница вместимостью 222 номера. Тогда как гостиничный фонд Горького и Уфы представлял собой «мелкие домики – бывшие номера» по 20–30 комнат, построенные 40–70 лет назад. Правда, в Горьком велось затянувшееся строительство двух гостиниц (одну строили второй, а другую – третий год). Но местный горсовет отказался от одной гостиницы и передал ее «Интуристу», а вторая к маю 1933 г. была готова только на 20 %. Понятно, что гостиниц катастрофически не хватало. И при этом в Иванове из 222 номеров 137 (62 %) были заняты постоянными жильцами. Несмотря на то что в номерах ставили от двух до восьми коек, в период большого наплыва жильцы располагались даже в коридорах. В Сормове гостиница представляла собой запущенный заезжий двор, куда командированные ехали весьма неохотно. В гостиницах Горького было очень сыро, так как ремонт носил «преимущественно декларативный характер», капитально отремонтирована была только гостиница «Неаполь». Если в Горьком водопровод и канализация были в четырех гостиницах, то в Сормове в двух гостиницах их не было вообще. В Уфе водопровод и канализацию имели три гостиницы из четырех. А в новой ивановской гостинице не работали ванные, так как строительная организация неправильно проложила трубы[597].
Гостиничный инвентарь был изношен везде, кроме Иванова и гостиницы «Россия» в Горьком. Во всех гостиницах мебель была «разношерстная, не гарнитурная, краска с мебели стерлась, зеркала потеряли способность отражать». По данным комиссии, «краска с отражателей у электроламп настолько стерлась, что вместо функции собирания и отражения света – поглощают его, а следовательно, ослабляют освещение комнаты». Проверка обнаружила, что чистое белье (за исключением гостиниц Уфы) было в заплатах. Смена белья проводилась один раз в 5 или даже в 10 дней. Хотя создание камер хранения в гостиницах проверенных комиссией городов привело к сокращению краж, полностью они не закончились[598].
Причины сложившейся ситуации проверяющие увидели в системе управления гостиничным хозяйством. Например, на хозрасчет гостиницы были переведены только в Иванове. В Горьком гостиничное хозяйство, наряду с банями, прачечными и парикмахерскими, было частью треста «Комхозпред». В силу этого на гостиничный сектор установился взгляд как на «источник получения прибылей» для поддержки других участков хозяйства. Если в Горьком прибыль гостиничного хозяйства в основном направлялась на строительство новых гостиниц, то в Уфе и Иванове она изымалась в местный бюджет. Но в том же Горьком управляющие гостиниц не имели права сдавать номера, которые распределялись по ордерам городского Распредбюро. Основная функция управляющих сводилась к сбору денег и их передаче в трест, и это на фоне роста гостиничных цен. Так, за 1933 г. средние цены на номера по сравнению с 1932 г. выросли на 100 % (в частности, в Горьком – с 3,5 до 7 руб.). Как выяснила Комиссия, основной причиной роста цен было наличие постоянных жильцов, которые оплачивали проживание по льготным расценкам[599].
Из докладной записки представителя Наркомата коммунального хозяйства Вайсзимбера об обследовании гостиниц Горького видно, что в 1932 г. в городе из семи гостиниц одна была полностью занята постоянными жильцами, а остальные шесть – почти на четверть. В результате для размещения приезжих осталось всего 346 коек. В условиях гостиничного дефицита все гостиницы города были переведены с комнатной системы на коечную. Несмотря на то что в гостинице «Россия» в каждой комнате стояло по 4–8 коек, постоянные жильцы располагались весьма просторно – по 1–2 человека на 30–40 кв. м[600].
В постановлении Комиссии исполнения при Правительстве РСФСР от 25 мая 1933 г. «О состоянии гостиниц в городах Горьком, Иваново и Уфе» отмечались «антисанитарное состояние» (неисправность уборных, наличие насекомых, редкая смена белья) в гостиницах Уфы и Горького, плохая организация питания в ряде гостиниц Уфы и Сормова, а также несоблюдение правил внутреннего распорядка в большинстве проверенных гостиниц. Значительный процент жилой площади гостиниц, занятой постоянными жильцами (23 % в Горьком и 61 % в Иванове), вел к недопустимо высоким расценкам на сдаваемые номера и койки