Семья стала для меня просто семьей, перестав быть раной, причинявшей боль.
В начале выпускного класса я понял, что пора бы подумать о поступлении в колледж, однако не представлял, как подступиться к этой задаче. Родители поддерживали меня, но считали, что раз я решил пойти в колледж, то это случится само собой. Школьный психолог во время консультации даже не стал рассматривать такой вариант. Беседовал он со мной недолго и под конец сообщил, что может дать информацию о технических училищах, если я заинтересуюсь. Я и не догадывался, что в школе есть психолог, пока не получил извещение о том, что мне назначена встреча с ним. С некоторыми предметами я справлялся неплохо, но в целом мои отметки были посредственными: в хороших оценках я не видел особого смысла. Школу я воспринимал просто как место, куда нужно регулярно ходить, и хотя от природы стремился преуспеть в учебе, никто не подсказал, как этого добиться. Дома мне никогда не помогали с домашними заданиями и не напоминали, чтобы я их делал. Мама, конечно, говорила, что я должен стараться, но что под этим подразумевалось? Я не знал ни одного человека, который окончил бы колледж. И уж точно у меня не было денег, чтобы заплатить за учебу. Да я даже не знал, как подать документы для поступления. Тем не менее я был абсолютно уверен – как бы наивно это ни звучало, – что на следующий год непременно уеду в колледж.
Вскоре после консультации у психолога я задумался над тем, кого бы расспросить о подаче документов в колледж. На перемене перед уроком естествознания, на котором нам должны были поведать о трех законах термодинамики, я заметил симпатичную одноклассницу, заполнявшую кучу бланков.
– Что делаешь? – спросил я. – Что это за бумаги?
Я забеспокоился, что это школьный тест, о котором я почему-то забыл.
Она оторвалась от бумаг и посмотрела на меня.
– Заполняю документы для поступления в колледж.
Я кивнул, словно знал, о чем она говорит.
– Куда поступаешь? – Я наклонил голову вбок, но не увидел названия колледжа на бланках.
– Университетский колледж в Ирвайне.
– Правда?
Я не помнил, где именно находится Ирвайн, но знал, что где-то к югу от Лос-Анджелеса.
Она усмехнулась.
– Ну, во всяком случае, я надеюсь, что поступлю. Крайний срок подачи документов – следующая пятница. Мне ни за что не успеть. – Она обвела руками бумаги.
Я ничего не ответил, в голове забегали тревожные мысли. Крайний срок? Я даже не подозревал, что есть крайний срок подачи документов. Я не знал, как все устроено, и на секунду почувствовал, как в душу закрадывается сомнение. Успею ли я подать документы вовремя?
– А ты куда поступаешь? – поинтересовалась она.
Я на секунду задумался.
– Тоже в университетский колледж Ирвайна.
Сам не понимаю, почему так сказал, но ничего другого в голову не пришло. Я практически ничего не знал о колледже в Ирвайне, но о других колледжах мне было известно и того меньше. Все, что я знал, – надо пойти в колледж, чтобы стать врачом. Как я мог догадаться о кипах бланков и крайних сроках?
Она взглянула на меня:
– А ты уже все документы заполнил?
И я соврал:
– Ну, не совсем… Я не получил бланки. Думал, что они придут в следующем месяце, и ждал их по почте.
Мгновенно, словно фокусник, она достала еще одну пачку бланков и сказала:
– Тогда считай, что тебе повезло: у меня есть лишние. Тебе они нужны?
– Конечно. Спасибо.
Мое будущее несколько раз переправляли по почте, оно переезжало от одной жалкой квартирки к другой, но все-таки наконец-то нашло меня.
Я взял бумаги и вечером начал заполнять их. Оказалось, к этой пачке нужно приложить табель успеваемости, рекомендательные письма и копию налоговой декларации родителей. Следующие три дня я как угорелый собирал необходимые бумажки. Я заполнил формуляр на получение финансовой помощи, надеясь, что ее хватит, чтобы заплатить за обучение. Только тогда я сравнил свои отметки со средними, а также с результатами тех, кого приняли. У меня не было ни единого шанса. И о чем я думал? Я осознал, что на этот раз магия не сможет мне помочь. Кроме того, у меня не хватало денег, чтобы оплатить пошлину за подачу заявления. Тем не менее я все же отправил документы по почте. Вернувшись домой, я уселся на кровать и подумал о Рут. Обо всем, чему она меня научила. Неужели ее волшебство и сейчас сработает? Тем вечером и каждый следующий день я в деталях представлял, как получаю письмо с уведомлением о зачислении. Университетский колледж Ирвайна был единственным местом, куда я подал документы, и в течение нескольких месяцев оттуда не было весточки. За это время мы успели дважды переехать – когда толстое письмо из колледжа наконец пришло, на конверте имелось несколько пометок о переадресации. Я отнес письмо в свою комнату и опустился на кровать. Я начал медленно вдыхать и выдыхать воздух, снова и снова. Я знал, что Рут была права.
Я годами выполнял упражнения – и вот подал документы в колледж. Я смотрел на большой белый конверт и видел себя в белом халате. Вселенная сделала следующий ход в хитроумной игре, цель которой сделать меня врачом. Вскрывая конверт, я ни на миг не усомнился в том, что там будет написано.
«Поздравляем вас с зачислением в Калифорнийский университет в Ирвайне…»
Мое будущее лежало передо мной. Его несколько раз переправляли по почте, оно переезжало от одной жалкой квартирки к другой, но все-таки выследило меня. Оно меня наконец-то нашло.
– Спасибо, Рут, – пробормотал я. – И прощай, Ланкастер.
Меня приняли. Удивительным образом к окончанию школы я значительно улучшил успеваемость и получил небольшую стипендию, а также финансовую помощь, которой оказалось достаточно, чтобы оплатить обучение, проживание и даже питание. Колледж ждал меня.
Теперь я был свободен.
Я до сих пор мысленно создаю зрительный образ того, чего хочу от жизни. Я вижу его через окно в своем воображении – окно, сквозь которое сперва сложно что-то разглядеть. Но затем я начинаю верить всем сердцем, что, когда придет время, стекло станет идеально прозрачным. Жизненный опыт научил меня, что процесс воплощения мечты в реальность далеко не всегда протекает линейно и в той последовательности, которую я наметил или которая казалась мне логичной. Однако все, что я представляю, обычно материализуется, а если и нет, на то имеются довольно веские причины. За долгие десятилетия я усвоил, что верить в результат – далеко не то же самое, что быть привязанным к результату. На собственном печальном опыте мне пришлось также уяснить: нужно очень осторожно выбирать, что именно ты хочешь сделать явью. И наконец, я узнал, что в намерениях человека сосредоточена невообразимая сила.
Я никогда не верил во всесильного бога, который решает, кто из нас достоин наград, а кто – нет, и в соответствии с этим исполняет желания и одаряет благами. Я слишком часто был свидетелем несправедливости, царящей в нашем мире, где добрый и замечательный человек может внезапно умереть в муках, а недобрые и даже откровенно злые люди всячески преуспевают. Вместе с тем я верю, что каждый способен распорядиться заключенной в нем энергией таким образом, чтобы это отразилось на течении всей его жизни. Каждый из нас может изменить свой мозг, свое восприятие, свои реакции и свою судьбу. Вот чему меня научила Рут. С помощью энергии разума и энергии сердца мы можем добиться всего, чего только захотим. Тем не менее для этого придется приложить немало усилий. Придется стараться и проявлять упорство. Я ведь не проглотил волшебную таблетку, которая сделала из меня нейрохирурга. Еще подростком я усвоил, что в моей власти решать, как именно использовать свой разум и как реагировать на происходящие вокруг события, а чуть позднее – как с помощью собственного сердца находить контакт с окружающими. Не думаю, что существует физический закон, адекватно описывающий силу и мощность, создаваемые, когда одновременно используешь и разум, и сердце, но я на всю жизнь запомнил первый закон термодинамики (учитель рассказал о нем на том самом уроке, перед которым со мной поделились бланками для поступления в колледж).
Энергия не появляется из ниоткуда и не исчезает в никуда. Однако она способна менять форму, а также перетекать из одного места в другое. Это и есть дар, которым владеет каждый.
Каждый из нас в состоянии изменить свой мозг, свое восприятие, свои реакции и свою судьбу.
Энергия Вселенной находится внутри нас. Она присутствует в космической пыли, из которой состоит каждый из нас. Вся сила, существующая с момента сотворения мира. Вся сила, заключенная в пространстве. Вся эта великолепная, простая, синхронизированная энергия. Энергия может перетекать не только из одного места в другое, но и от одного человека к другому. Рут преподала мне первый урок, а жизнь – все остальные. Долгие годы я раз за разом доказывал реальность того, чему научился в лавке чудес. Но в конечном счете все сводится к одному факту – столь же простому, сколь и непостижимому. Можно изучить все до единой тайны человеческого мозга, однако величайшей его загадкой является способность меняться и преображаться.
Подчас я жалею, что у меня нет томограммы своего мозга, сделанной в двенадцать лет, и еще одной, сделанной в восемнадцать, да и других, полученных после каждого жизненного урока, который я усвоил на собственном опыте, зачастую горьком. В колледж я отправился уже с изменившимся мозгом. Исследования подтвердили, что сосредоточенная медитация вроде той, которой научила меня Рут, развивает способность человека концентрироваться, воспринимать и запоминать сложные концепции. Удалось бы мне поступить в колледж, а затем на медицинский факультет, не повстречай я Рут? Пожалуй, нет. Смог бы я преуспеть в учебе, если бы – сам того не ведая – не подготовил мозг к тяготам следующих двенадцати лет обучения? Со всей уверенностью могу сказать, чт