Спустя несколько минут он повернулся и пошел обратно, к ярким сумеркам.
Хуан затруднялся выполнить задание Большого Ящера. Школа слишком отвлекала. Чумлиг требовала закончить проекты и хотела увидеть впечатляющие результаты. Хуже всего, что попечительский совет неожиданно постановил назначить креативную демонстрацию на вечер родительского собрания – вместо последнего экзамена. Низкие оценки и разочарование Чумлиг на него и так давили; Хуан смирился с мыслью, что он лузер. Но подобного публичного унижения он стремился избежать всеми силами.
Поэтому уже некоторое время он был занят другим: подыскивал себе напарника по сочинительству. Трудность заключалась в том, что литературным даром Хуан не обладал. С математикой и форумами по интересам дела у него тоже обстояли посредственно. Мисс Чумлиг говорила, секрет успеха – научиться задавать правильные вопросы. Но чтобы это делать, нужно, как она тоже говорила, кое-что знать кое о чем. Сия мудрость в сочетании с «у каждого свой талант» легла в основу ее уроков. Хуану это не помогало. Он мог надеяться, вероятно, лишь на участие в такой большой группе, что лузеры там надежно прикроют друг друга.
В тот день он сидел у задней стены трудовой мастерской вместе с Фредом и Джерри. Близнецы прогуляли свой урок труда и остаток дня маялись тут, а не в учебном классе. По-своему прикольное зрелище. Они делали вид, что работают над магнитным оррерием – вопиющий плагиат, на планах даже исходные URL не затерты. Примерно половине учеников удалось что-нибудь склепать. Бумажные самолетики Дорис Шлей поднялись в воздух, но команда обнаружила катастрофические проблемы с устойчивостью полета. Они не знали, что виной тому неофициальный проект Фреда и Джерри: близнецы хакнули систему вентиляции мастерской и, притворяясь, что корпят над оррерием, отклоняли самолетики Шлей кондиционерами.
Сю Сян сгорбилась над транспортным лотком, который с недавних пор ее занимал. В последнее время выглядела она не такой отчаявшейся и равнодушной, хотя лоток помяла, и было ясно, что проку с него мало. Сян буквально носом уткнулась в оборудование, то и дело отвлекаясь, изучая визопейджер и возвращаясь к недвижимой горемычной конструкции.
После того как Хуан завербовал Уинстона Блаунта, бывшего декана было почти не видать. Хуана это обнадежило: может, над своим заданием по аффилиации работает.
Хуан откинулся так, чтобы его обдувало холодным воздухом из кондиционеров. Хорошо. У входа в мастерскую, напротив, жарко и шумно, но именно там обосновался Роберт Гу и раньше украдкой подсматривал за Сян. Порой казалось, что Сян тоже поглядывает на него, но еще более настороженно. Теперь глаза Гу были устремлены на перекресток: время от времени подкатывали автомобили, высаживали или забирали пассажиров и уезжали. Стол перед лжетинейджером был завален фрагментами BuildIt; виднелось несколько неустойчивых башенок. Хуан приблизил картинку, захватил пару их в ракурс из точки под крышей палатки над головой Гу. Гм. У этих гаджетов ни движков нет, ни даже контроллеров.
Значит, Гу провалится на экзамене с не меньшим треском, чем Хуан на сочинении. Хуана внезапно осенило – не испытать ли метод Большого Ящера? А вдруг сейчас его одноклассник более расположен к сотрудничеству в проекте для мисс Чумлиг? Но я на прошлой неделе уже пытался. Писателя круче Роберта Гу Хуан не знал. Такой мастер, что словом убить может. Хуан понурился – забыть бы события прошлой недели…
И тут он понял. Чувак же не носит, значит, сейчас смотрит в никуда. Он, наверное, одурел от скуки. Минут десять Хуан боролся с искушением, но до конца урока труда было еще тридцать, а Раднеры слишком сосредоточились на системе ПВО мастерской.
Джерри Хуан:
Хуан Раднеры:
Фред Хуан:
Хуан блуждал по палатке, обходя лабораторные столы и делая вид, что разглядывает чужие проекты. В итоге он прибился к странному старику. Гу повернулся посмотреть на него, и с Хуана вся решимость слетела. Потное лицо Гу казалось не старше, чем у Фреда Раднера, но глаза, холодные и жестокие, заглядывали прямо в душу Хуану. На прошлой неделе чувак притворялся дружелюбным, а потом взял и одним ударом располосовал Хуана. Заготовленное Хуаном умное вступление испарилось из башки, и даже глупой замены он не подыскал.
Наконец он робко показал на диковинные башенки, с которыми работал Роберт Гу.
– А что это за проект?
Молодой старик не сводил глаз с Хуана.
– Часы.
Потом он полез в ящик с запчастями, вынул три серебристых шарика и уронил их в отверстие на вершине самой высокой башни.
– Ой!
Шарики, ударяясь друг о друга, покатились по соединявшимся лестничным пролетам. Первая башня была установлена прямо перед Хуаном. Каждая из остальных, переходя слева направо, – немного короче и значительно сложнее последней. Мистер Гу израсходовал большую часть «классических запчастей» Рона Уильямса. И что ж это за часы такие? Хуан попытался сопоставить их со старомодными моделями. Точного аналога не нашлось, но вот рычажки, клацавшие туда-сюда, и какая-то еще фигня… тэк-с, погуглим… анкерное колесико. Возможно, скачки шариков по лестницам аналогичны движениям стрелок на циферблате.
Гу продолжал смотреть на мальчишку.
– Они спешат, – проговорил он.
Хуан наклонился вперед, стараясь уйти от этого взгляда. Он записал примерно три секунды работы странного механизма, чтобы определить устойчивые точки и размеры. Потом скормил данные старому механическому симулятору, полезному для игр со средневековыми гаджетами; результаты легко поддавались истолкованию.
– Нужно вон тот рычажок на четверть дюйма удлинить.
Он протянул палец к штырьку.
– Знаю.
Хуан глянул на него.
– Но вы же не носите. Как вы это поняли?
Гу пожал плечами.
– Подарок от врачей.
– Круто, – неуверенно прокомментировал Хуан.
– И на что оно годится? На то, что любой ребенок и так умеет?
Хуан не придумал ответа.
– Но вы ведь еще и поэт.
– Теперь я гаджетоман. – Рука Гу дернулась, ударила по рычажкам и колесикам. Элементы механизма брызнули во все стороны, некоторые от силы удара сломались.
Этим он привлек всеобщее внимание. В классе неожиданно замолчали – и стали оживленно перебрасываться безмолвными сообщениями.
Пора закругляться, понимал Хуан, но ему очень нужна была помощь по сочинительству. Поэтому он сказал:
– Но вы ведь все еще знаете про слова, не так ли, э-э-э?
– Да, я все еще знаю слова. Я все еще знаю грамматику. Я разбираю фразы. Я даже умею писать – без помощи машинок, аллилуйя! Как тебя зовут?
– Хуан Ороско.
– Да, помню. Какая от вас польза, мистер Ороско?
Хуан понурился.
– Я учусь задавать нужные вопросы.
– Так сделай это.
– Э-э-э. – Хуан оглядел остальные запчасти, которые Гу забрал себе, но в часах не использовал. Ротационные моторчики, беспроводные синхронизаторы, программируемые зубчатые передачи. Даже транспортный лоток вроде испорченного доктором Сян. – А как так получилось, что вы всем этим не пользуетесь? Так же гораздо проще.
Он ожидал услышать от Гу отмазку в стиле Чумлиг, про необходимые ограничения при решении задачи. Вместо этого тот гневно ткнул пальцем в запчасти.
– Потому что я внутрь заглянуть не могу. Смотри. – Он перекатил по столику ротационный моторчик. – НЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНО ДЛЯ ОБСЛУЖИВАНИЯ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕМ. Прямо на пластмассе оттиснуто. Сплошь черные ящики. Всюду непостижимая магия.
– Можно в руководства заглянуть, – сказал Хуан. – Там показана начинка.
Гу поколебался. Его ладони сжались в кулаки. Хуан отступил на пару дюймов.
– Ты видишь начинку? Ты можешь заменить ее?
Хуан опасливо следил за его кулаками. Он сдурел.
– Ее легко можно посмотреть. Почти все снабжено собственным руководством. Если его нет, просто погуглите серийник. – Увидев лицо Гу, Хуан зачастил: – А насчет замены… начинка часто программируемая. Но если нет, то изменения можно внести только при заказе, на этапах дизайна и печати. В смысле, это ж обычные компоненты. Кому нужно их менять после изготовления? Если не работают так, как надо, просто выбросьте.
– Обычные компоненты? – Гу посмотрел на улицу от входа в мастерскую. По Пала-авеню взбирался автомобиль, направляясь к разворотному кольцу рядом со школой. – А как насчет гребаных машин?
– Гм. – На них глазел весь класс. Ну почти весь: мистер Уильямс ушел перекусить, и с ним связи не было.
Мистер Гу несколько мгновений дергался, потом внезапно вскочил и сгреб Хуана за ворот.
– Клянусь Богом, я хочу посмотреть.
Хуан болтался в грубых лапах Роберта Гу, который волок его за собой.
– Вскрыть машину? А зачем?
– Это неправильный вопрос, дитя. – По крайней мере, они удаляются от перекрестка. Ну ладно, полезет он в авто: какой ущерб-то причинит? Корпуса машин из говнокомпозита, удобные для переработки, при этом достаточно прочные, чтобы выдержать столкновение на скорости пятьдесят миль в час. Хуану представились боевые лазеры и монструозные отбойные молотки. Но это же реальность.
Джерри Хуан:
Хуан Раднеры:
Роберт Гу протащил Хуана через палатку к рабочему месту Сю Сян. Когда он добрался туда, от безумия не осталось и следа, если не считать легкого тика лицевых мускулов.
– Доктор Сян?
Безумец казался расслабленным и дружелюбным, но Сян долго колебалась.
– Да, – ответила она наконец.
– Мне очень понравился ваш проект. Это для грузоперевозки?
Сян повернула к нему искривленную поверхность.
– Да. Просто игрушка, но мне подумалось, что если изогнуть поверхность, получится эффект рычага.
Разговор о гаджете, казалось, отвлекал ее от странностей Гу.
– Отлично! Превосходно! – Гу был само очарование. – Можно? – Он поднял панель со стола и присмотрелся к иззубренной кромке.