Потом Хвинь увидел то, что заметила Шейла. Незнакомец проецировал графику. Тонкая работа, лавандово-фиолетовые оттенки, едва доступные глазу. Туман поднимался от обуви незнакомца и, словно бы набирая яркость по мере удаления, уплывал к деревьям.
Хэнсон Ночной Отряд:
Служебные диагностические утилиты GenGen вне лабораторий использовать было трудновато, но они заметно превосходили функциональностью базовые эпифанические. В этом ракурсе стало видно… что незнакомец основательно снаряжен. Лавандовый туман намекал на это, но теперь Хвинь четко различал сцинтилляцию высокоскоростных лазерных каналов, исходящих из одежды странного человека.
Без лавандовой подсказки они бы и не догадались. Иногда высшее мастерство выглядит как неудачная попытка притвориться непричастным.
Смэйл Ночной Отряд:
Участники с недоверчивой радостью переглядывались. Наверное, это настоящий болливудский магнат. Круги убеждений – источник питания киноиндустрии.
Хэнсон Ночной Отряд:
Теперь задача вышвырнуть гачекианцев из библиотеки представлялась еще более важной.
– Вперед! – закричала Хэнсон вслух, громко и на весь мир. – Дави Гачека! Дави библиотомную мразоту!
Виртуалы и почти вся вечерняя смена побежали дальше в лес. Хвинь задержался на несколько секунд, проверяя, не застрял ли в листве кто из чирикунов и пискунов, а вилочные погрузчики – между деревьев. Потом все потопали дальше скоординированно.
– Нам нужны наши этажи!
– Нам нужна наша библиотека!
– Важней всего – наши РЕАЛЬНЫЕ книги!
Хвинь почему-то не думал, что арахноботов удастся застигнуть врасплох. Что у Шейлы в ее шимапинговом рукаве припрятано?
21Когда сталкиваются круги убеждений
Альфред Вас следил за удаляющимися шизиками.
Кролик за его спиной приплясывал в такт боевым кличам. Этого субъекта, казалось, в кои-то веки впечатлили чьи-то заслуги, помимо своих. А может, и нет.
– Хех, – сказал он, отдав легкий салют морковкой. – Не могу дождаться увидеть их физиономии, когда они обнаружат, кто на стороне противника.
Вас посмотрел на кроличьи пушистые уши.
– Отключи публичный режим. – Им нужно было не привлекать к себе внимания.
– Ты слишком переживаешь. – Но Кролик напоследок похрумкал морковкой и швырнул ботву в сторону. На сей раз та исчезла, не долетев до земли. – О’кей, док. Теперь меня видишь только ты. Что дальше?
Вас что-то проворчал и направился на юг. Нахальство Кролика его не столько беспокоило, сколько раздражало. Если все пройдет как задумано, американцы не сумеют связать операцию даже с Кроликом, не говоря уж про Индо-европейский альянс. Если американцы присмотрятся как следует, им быстро станет ясна роль Альфреда в происходящем, независимо от того, видели их с Кроликом вместе или нет. Сотрудники Кейко разработали сложную программу принятия решений – «дерево запасных вариантов» – на случай, если возникнут глюки; она подсказывала, что еще можно сделать, а от чего придется отказаться. Двадцать лет назад Альфред бы высмеял такое автоматизированное планирование. Больше не пытался. Его секретная команда аналитиков составила аналогичное «дерево запасных вариантов», взяв за основу дерево Кейко, и продвинулась до самых скверных сценариев, включая демаскировку его проекта ЛТМП.
Альфред вынырнул из эвкалиптовой рощи в самом темном месте. Вокруг ненавязчиво рассредоточились мини-боты, подстраиваясь под его темп. Каждый из них, в явное нарушение местных законов, был полностью свободен от чипового контроля Управления внутренней безопасности США. Пока Вас изображал для публичной сети болливудского продюсера, эти устройства обеспечивали ему личную сеть и контрмеры. На дереве запасных вариантов встречались ветки, где подобные мобили окажутся весьма полезны.
Тем временем высоко наверху летал маленький стелс-аэробот, принимая трафик из локальной сети Альфреда и перенаправляя его в тысячи точек западного небосклона. Энергия каждого импульса оставалась ниже порога обнаружения любой аппаратурой, кроме очень чувствительных и очень близких устройств, но в целом ансамбль при должной синхронизации мог поддерживать отличную связь с антенным массивом Кейко над Тихим океаном. Их собственной военной сетью. По крайней мере, в теории. Фактически же Альфред почти три минуты как выпал в офлайн. Он знал, что сегодня на вахте Элис Гун, вероятно, в роли аналитика. Он атаковал ее как раз незадолго до обрыва связи. Вскоре должностные обязанности приведут ее к лабораторному файлу, содержащему невинный узор муара, вот только для Элис он окажется совсем не таким невинным. Случилось ли уже это? Возможно, стоит разнюхать что-нибудь по публичной сети.
– Док, вперед, вперед-вперед! – Кролик отплясывал что-то вроде джиги. Голос его звучал издевательски. Последний раз с Альфредом так говорили лет восемьдесят назад. – У тебя какие-то проблемы?
– Никаких проблем, – ответил Вас. – А твои агенты на местах?
– Не бойся. Все на старте, кроме Риверы и Гу. Я их направляю в обход беспорядков, прямо сейчас, пока говорю с тобой. Но если хочешь прокинуться по волокну, лучше поспеши.
Почва была ровная и жесткая. Вот и дорожка. Теперь темп их определяется скоростью, с какой способны скрытно двигаться шпионские механизмы.
Вокруг царила толчея, но почти все шли к библиотеке. Он углядел Риверу с Гу. И еще двух ребят на велосипедах. Какое им-то дело до гачекианцев и скучеров, интересно? Он бы аналитикам этот вопрос задал, но военная сеть по-прежнему молчала.
Таинственный Незнакомец поторопил Роберта сойти с дорожки и направиться мимо бывших административных бунгало. Роберт подсвечивал неровную почву виртуальным фонариком. Картинка синхронизировалась ежесекундно и давала больше света, чем настоящий фонарик, но, спеша за Незнакомцем, он не мог отвлечься на библиотеку.
– Там настоящий свет, – сказал он. – Еще сильнее прежнего. Это что?
– Гачекианцы малость раздухарились. Они уничтожили кое-какие камеры. Им теперь нужен настоящий свет. – Незнакомец хмыкнул. – Не переживай. Никто не пострадает, а диверсия принесет… пользу.
Незнакомец замедлился. Роберт на миг поднял взгляд. За холмом попалась точка зрения – свысока, из крон деревьев – на людей внизу. В истинном ракурсе – студенты орут друг на дружку, несколько настоящих драчек. Но стоило сместиться поодаль строгой реальности, и картинка менялась, показывая то, чего хотели от нее те или иные участники. Рыцари и Библиотекари Гачека дрались с пушистыми разноцветными созданиями, которые были похожи на большеглазых млекопитающих или…
– Ага! Значит, это скучеры с гачекианцами выясняют отношения?
– В основном. – Незнакомец, кажется, к чему-то прислушивался. По склону холма наперерез им кто-то спускался. Воинствующий Библиотекарь. Это был Карлос Ривера. Толстенький библиотекарь кивнул Незнакомцу-Шарифу и Роберту.
– Ну и переполох, – сказал Ривера.
– Но полезный переполох, – отметил Незнакомец.
– Да. – Карлос сбросил личину: шляпа Библиотекаря вернулась к обычной бейсболке козырьком назад, а кольчуга превратилась в бермуды и стандартную футболку. – Надеюсь только, что эта потасовка не станет традиционной.
Таинственный Незнакомец повел их через кусты.
– Традиционной? – переспросил он. – Но это было бы хорошо. Вроде набегов на женские общаги и затаскиваний машин на крыши административных корпусов. Таким традициям американские университеты обязаны своим величием.
Ривера пыхтел, еле поспевая за ним.
– Может быть. У нас прибавилось дел после того, как библиотека переехала в виртуал, но…
Роберт продолжал наблюдение за толпами по ту сторону холма.
– Мне казалось, смысл кругов убеждений как раз в том, что они способны сосуществовать в одном пространстве.
– В принципе, да, – ответил Ривера. Они заложили большой крюк вокруг места, где даже в виртуале было темно. Образ Шарифа дергался и мерцал. Движение здесь было настолько редкое, что случайная сеть зияла прорехами, и носимая электроника терялась в догадках.
– Но, – продолжил Ривера, – в этой библиотеке им тесно. В принципе, мы могли бы переформатироваться так, чтобы поддерживать множественные убеждения, как на «Пирамидальном холме». Фактически же гаптики в нашем окружении зачастую слишком близки и конфликтуют между собой. Администрация попыталась отделаться от скучеров и отвела им немного места в подвале. – Ривера помедлил, и Роберт едва не врезался в него. – Вы же знали, что это не сработает, да?
Карлос обращался к Незнакомцу-Шарифу, или, вернее, тому, кого Роберт воспринимал Незнакомцем-Шарифом.
Незнакомец с улыбкой обернулся.
– Я дал тебе лучший совет, какой был в моих силах, дорогой мой.
– Да. – Голос Риверы прозвучал довольно кисло. Он оглянулся через плечо на Роберта. – Профессор, а что он вам пообещал?
– Я…
– Стоп-стоп-стоп! – вмешался Незнакомец. – Думаю, нам всем будет лучше не делиться такими откровениями.
– О’кей, – сказали обе жертвы.
– В любом случае, – продолжил Незнакомец, – я скорее горжусь тем, как удалось мне перевести библиотомную заковыку в плоскость конфликта кругов убеждений. Беспорядки отвлекают внимание тех, кто в противном случае следил бы за другими вещами, в частности, за тем, что делаем мы.
Они находились далеко к югу от библиотеки. Выйдя из рощи, двинулись вниз по крутому склону. Впереди показалась Гилман-драйв. Карлос без опаски вышел на проезжую часть. Машины сбрасывали скорость, меняли полосы, и вокруг него все время оставалось пустое место. Роберт помедлил, оглядываясь в поисках перехода. Черт. Наконец он набрался смелости и чухнул следом за Карлосом в поток машин.
Мири остановилась на северной стороне Гилман-драйв.
– И куда они направляются? – спросил Хуан.