Неожиданно из соседнего здания вышла еще одна большая группа атретасов.
Приложив титаническое усилие, Хаирме на целую секунду отвела взгляд от обращенного, посмотрев на прибывших. За это время она ожидала, что умрет раз пятнадцать, но, когда вновь посмотрела на атара, тот все так же почти равнодушно смотрел на нее.
Приближающиеся солдаты были из И’си’тор. Подойдя ближе, один из них произнес:
– Шеяшхи, можешь идти. Мы разберемся здесь.
Командующая посмотрела на говорившего и, немного покопавшись в своей памяти, опознала его, несмотря на надетую черную маску. Это был Атере со своим отрядом, состоящим из одних ариров. Хаирме не заблуждалась: его отряд был намного опаснее ратша обращенных. Хотя бы потому, что у него в отряде была пара своих атар – две сестры, Сэа и Лэа, выделяющиеся своей жестокостью и безумием даже среди других ариров Акрио. Их белые маски маячили далеко позади, но даже на таком расстоянии Хаирме ощутила магические возмущения в окружающем пространстве. Ходили слухи, что после возвышения они стали поражающе сильны магически. Вдобавок к этому сама Акрио присвоила Сэа и Лэа звание Старших ариров. В последнее время их пара превратилась в трио, разбавившись полукровкой-демоном, которая сопровождала их везде. Информаторы говорили, что Клинок подцепил ее в Ишакши и предложил перейти к нему в Дом. Даже спустя полгода это была одна из самых загадочных фигур во всем И’си’тор. Хаирме поискала ее взглядом и обнаружила за рослыми снежно-белыми фигурами практически обнаженных сестер странный сгусток мрака. Ну, что ж – полудемоница и сейчас с ними.
Но если взглянуть на ситуацию с другой стороны – Атере не был фанатиком и, в отличие от других ариров Ихитоса, был вполне вменяем. А Хаирме как раз было, что предложить. Когда она бросила взгляд на ратш обращенных, они уже удалялись, продолжая тралить за собой «Расссеивание».
– Рада видеть тебя, Атере, – произнесла она.
– Взаимно, Хаирме. Вот только неудачный момент ты выбрала для посещения этой части города.
– Почему же? – решила сыграть в «непонимайку» командующая.
Атере подошел ближе и, расстегнув ремешки, снял маску со своего лица, опустив ее на грудь. Вздохнув, он произнес:
– На Клинка собираются напасть. В свете этого твое появление именно здесь и в этот час крайне подозрительно. Эльвиаран и Ашерас дали мне очень много власти для всего, что касается этого вопроса. Силы, выведенные из Дома для противостояния угрозе, огромны.
Хаирме удивленно подняла брови и произнесла:
– И зачем же такие грандиозные приготовления? Клинок что, сам не сможет справиться?
Атере нахмурился.
– Не корчи из себя идиотку – тебе не идет. Ты должна прекрасно понимать, что то, что замотает в черный шелк Ашераса, унесет и половину города в придачу.
Хаирме задумалась, а арир многозначительно продолжил:
– Многие в И’си’тор считают, что это Кхитан.
Командующая выразительно подняла бровь.
– Я так понимаю, мне не поверят, если я скажу, что ни при чем?
Атере развел руками.
– А если я скажу причину, по которой нахожусь здесь? Причину, которая подтвердит лояльность всего Дома Кхитан?
Арир насторожился и с удивлением в голосе ответил:
– В любом случае ты можешь сказать все мне – ты прекрасно знаешь мое положение в Доме, которое с возвращением моей матери только укрепилось, а уж моя верность никогда не поддавалась сомнению.
Хаирме выдержала паузу, чуть повернулась спиной к ресторанчику, дабы ее губ нельзя было рассмотреть из него, и быстро произнесла, помогая себе знаками:
– Не смотри на ресторанчик за моей спиной. За третьей колонной в нем сидит человек, имперец. Его имя Влен Госс, он магистр порядка. А теперь приготовься. Сдержи свои эмоции. Он сказал, что прибыл искать союзников для уничтожения Дома И’си’тор.
Атере не сдержался и сощурил глаза.
– Мы, Кхитан, разузнали о нем: он тут уже месяц и где только ни побывал за этот промежуток времени… Ну так как?
– Если твои слова подтвердятся, не только ты получишь награду, но и самому Кхитан кое-что перепадет. – Атере сделал незаметный знак себе за спину и, отворачиваясь, мазнул взглядом по колоннаде ресторанчика.
– Мне помочь в захвате? – спросила Хаирме уже в его спину, но увидела лишь знак рукой на рукояти правого меча трукра: «Не вмешивайся».
Атере не спеша удалился, постоянно теребя левой рукой серьгу связи. Очевидно, составляет план захвата и советуется с другими командирами.
Командующая усмехнулась и повернулась к своей свите, напряженно смотрящей по сторонам и на нее.
– Возвращаемся.
Подойдя к встревоженно смотрящему на нее магистру, все так же сидящему за своим столом, Хаирме произнесла:
– Я доложу своей матери, матриарху Акешь, о нашем разговоре и вашем предложении. А сейчас нам нужно уходить: кто-то организовал масштабное покушение на Клинка, и атретасы И’си’тор землю роют в поисках врага.
– Да-да, конечно.
И уже на выходе она услышала, как маг пробормотал себе под нос:
– Так вот зачем он сюда прибыл…
Когда они уже садились на своих хисн, мимо прошли две ариры Реа, и трое замаскированных в атретасов обращенных направлялись в ресторанчик. Команда захвата.
За поворотом улицы они проскочили мимо целого усиленного татретта храмовой стражи, стоящего в подворотне. Обращенные в надетых белых масках и при полном вооружении равнодушно, сквозь прорези масок, следили за ними, пока отряд Хаирме не скрылся за следующим поворотом.
Сжав серьгу связи пальцами, командующая торопливо доложила своей матери о происходящем в городе.
А когда они уже выбрались из квартала И’си’тор, до них донесся звук далеких взрывов, вой пламени и чей-то мощный рев, а зарево от огня осветило всю общую пещеру.
Госс, будучи в раздумьях, доедал довольно вкусный салат из странных фиолетовых водорослей с маленькими кусочками мяса. В мыслях он был далеко – как во времени, так и пространстве.
Как же давно это было.
Сорок два года назад Влен Госс и не думал даже о карьере разведчика и боевого мага. Он был простым пареньком, который жил в самом южном герцогстве огромной империи Заор – Эхросте. Тайком мечтал о соседской дочке, и его будущее ну никак не могло быть таким. Оно было даже частично распланировано практически до самой могилы.
Но в его жизнь вмешался случай.
Однажды, он возвращался с ночного свидания (нет-нет пока ничего такого, но парнишка тешил себя надеждой, что в следующий раз…) и, проходя мимо очередной подворотни, почувствовал нечто. Оно звало и манило в самые глубины мрака. Не в силах перебороть любознательность, он сделал шаг, который изменил его жизнь.
Тупичок был огражден от остальной улицы пузырем заклинания порядка, и своенравная первосила неожиданно пропустила его. А по всем правилам – не должна была. Как позже понял Госс, он просто захотел пройти и прошел…
Под пузырем шла жестокая и молчаливая магическая схватка между двумя магами. Не было никаких громких выкриков. Даже заклинания не были особо разрушительными – хоть каменные стены тупичка и местами оплавились, а в нескольких местах даже потрескались, это были настоящие пустяки по сравнению с тем, что в грядущем повидал будущий магистр на полях сражений.
Появление Госса под куполом заклинания не повлияло на исход схватки: один из магов был явно быстрее и подвижнее другого. Сражались двое эльфов – светлый и темный. Темный побеждал. Магистр за свою долгую жизнь видел подобные схватки лишь дважды. Эльфы уворачивались от ударов и заклинаний, молниеносно создавали свои. Кроме того, не забывали пользоваться оружием и даже кидали друг в друга мусор. Как впоследствии признал магистр, в той битве ни одно заклинание не было принято на какой-либо магический щит. Лишь увороты и уклонения.
Развязка наступила неожиданно: темный эльф ударом меча отрубил запястье своему противнику и добил его ударом заклинания в грудь. Заклинание напоминало очень длинный абсолютно черный штырь, выросший у него из руки. Нанизав на него светлого, как жука на булавку, он поднял еще живого противника и что-то сказал-прокашлял. Заклинание развеялось, и окровавленное тело упало на брусчатку. Темный согнулся и, оперевшись руками на колени, ругнулся и обернулся к Госсу. Его глаза удивленно расширились, и паренек осознал, что он будет следующим.
Эльф медленно сделал шаг вперед. Госс попятился, но тут же уткнулся спиной в стенку пузыря – обратно он его не собирался выпускать. Эльф, ухмыляясь, шел к нему. Подойдя на расстояние удара, он замахнулся коротким изогнутым мечом, и Госс зажмурился, вскинув руки и что-то отчаянно закричав. Секунды шли, а Ахешь все не приходила. Влен помнил, как осторожно открыл один глаз и увидел, что из его рук растут виденные только что черные штыри. Один из них пробил грудь темного эльфа насквозь, и тот, вися в трех метрах от паренька и дергая в воздухе ногами, в данный момент уже умирал.
От этой картины и осознания того, что он только что кого-то убил, паренек потерял сознание и пришел окончательно в себя только в кабинете перед следователем Службы магических преступлений.
Как же давно это было!
Госс допил вино и поднялся, дотронувшись до сигнальной сферы. Рядом, словно появившись из портала, возникла давешняя официантка. Расплатившись, магистр направился к выходу на улицу. Идти ему было всего ничего – его гостиница была прямо напротив ресторанчика. Неожиданно его что-то сильно укололо в шею. Это было почти невозможно: магистр был обвешан защитными амулетами и артефактами по самые кончики волос. Выдернув предмет рукой, он удивленно стал рассматривать его. Черная стрелка-игла, украшенная проточками, в данный момент заполненными темной кровью… Адамант?
Ноги магистра подогнулись, и он упал на колени. В глазах стало темнеть. Падая, он сумел вложить остатки вытекающих сил и выговорить слово-ключ: «Эхташ». Ударившись лбом о каменное покрытие пола, он постарался сосчитать до десяти, как и было сказано в инструкции по затиранию памяти, но успел только до пяти…