Безо всякого сожаления Сото рубил головы и вешал также своих испанских солдат, считая, что это укрепляет дисциплину.
Твердость и жестокость. Эрнандо де Сото проявил уже в экспедициях на Панамский перешеек и при завоевании Никарагуа. Потом он участвовал в перуанском походе вместе с Франсиско Писарро, покорившим страну инков, и в пленении их верховного вождя Атауальпы. Американские историки всеми силами старались представить Сото человеком гуманным, подчеркивая, что он, дескать, осудил казнь Атауальпы, однако это осуждение он высказал уже после гнусного убийства вождя инков. Между «перуанскими» конкистадорами завязалась братоубийственная война, и де Сото, покинув Перу с немалой добычей, вернулся в Испанию богачом. У него брали взаймы даже члены королевской семьи. Но алчный конкистадор надеялся завладеть еще большими сокровищами в странах, расположенных севернее Новой Испании, как это в свое время удалось Кортесу. Там ему грезилась огромная, богатая золотом империя, где можно будет захватить такие же богатства, как и в стране инков.
Так возник план завоевания Флориды и похода к таинственным городам Сиволы. Используя свои связи при испанском дворе, Эрнандо де Сото собрал большой отряд и отправился с ним на Кубу. Перед отплытием из Испании Сото встретился с Кавесой де Вакой и попытался уговорить этого многоопытного завоевателя принять участие в новой экспедиции. Вака категорически отказался, но намекнул Сото, что во время своих скитаний видел нечто такое, о чем поклялся никому не говорить.
В конце мая 1539 года Сото с большим, хорошо вооруженным отрядом, состоявшим из шестисот (а по свидетельству некоторых авторов, – даже девятисот) пехотинцев и двухсот тридцати (или же трехсот пятидесяти) всадников, высадился на западном берегу Флориды в районе залива Тампа. Он позаботился о пропитании своих солдат и, чтобы иметь всегда под рукой какой-то резерв, взял с собой тринадцать свинец; И действительно, свиньи во время похода быстро расплодились.
Через несколько дней после высадки произошла интересная встреча: всадники Сото, преследуя группу индейцев, вдруг с удивлением услышали, как один из них крикнул по-испански:
– Не убивайте меня, сеньоры, я христианин!
То был один из участников экспедиции Нарваэса – Хуан Ортис, знатный севилец, одиннадцать лет проживший на побережье Флориды среди индейцев.
Сначала индейцы собирались принести его в жертву, но жена касика, воспылав к чужестранцу страстью, помогла ему бежать в другое селение, где пленнику ничто не угрожало.
Ортис уже почти разучился говорить по-испански, но вскоре вспомнил забытое и стал незаменимым переводчиком. Однако, ничего не зная о внутренних районах страны, он не мог служить экспедиции проводником.
Оставив часть отряда охранять суда, Сото в поисках золотых городов двинулся на север. Местность была болотистой, поросшей густым лесом. Лишь изредка встречались крупные индейские селения. Услышав о приближении белых завоевателей, туземцы бросали насиженные места, прятались в лесной чаще и оттуда совершали набеги на пришельцев. Сото приказал заковывать пленных в цепи и нагружать их поклажей.
Запасы продовольствия иссякали, но Сото не разрешал заколоть хотя бы одну свинью – их пока еще было так мало, что этим мясом все равно было бы не накормить отряд. Конкистадоры влачили жалкое существование, питаясь початками кукурузы, кореньями и лесными плодами.
Индейцы убивают аллигатора (с рисунка XVI века).
Удивительно, что испанцы – как экспедиция Нарваэса, так и отряд Сото – избежали укусов ядовитых змей и нападений крокодилов, которыми кишели местные болота. К слову сказать, индейцы умели убивать этих огромных и страшных хищников. Они всовывали в открытую пасть острый кол, проталкивали его все глубже и глубже, потом переворачивали яростно извивавшегося крокодила на спину и били дубинками или пускали стрелы в не защищенный панцирем живот.
Очевидно, случаи нападения крокодилов на испанцев во время их переправы через реки и болота были очень редки. Все же крокодилы вызывали у испанцев ужас и отвращение. К тому же эти чудовища весной во время течки издавали ужасные крики – громче рева быков и львиного рыка; от этих криков у людей стыла в жилах кровь.
В октябре отряд Сото повернул на запад и перезимовал близ залива Апалачи, где продовольствия было вдоволь. Вблизи оказалось то место, где Нарваэс когда-то строил свои лодки, – на берегу еще валялись обломки досок и черепа лошадей. Сото вызвал свои суда и послал их на разведку побережья, лежащего к западу.
В марте 1540 года Сото отправился на северо-восток, в теперешнюю Джорджию, на поиски богатой страны, которой, по слухам, правила женщина, собиравшая с обширного края дань тканями и золотом. Испанцы двинулись туда сквозь густые, заболоченные леса, через заросшие травой долины; там, по утверждению индейцев, прошел мор и все люди погибли.
Здесь было вдоволь дичи – оленей, индюков, кроликов. Испанцы научились также находить съедобные злаки, коренья, среди них – дикий картофель. Сото по-прежнему берег свиней для особого случая.
Нередко индейские касики щедро снабжали экспедицию продовольствием. Так, один из них прислал испанцам четыреста, другой – две тысячи носильщиков с грузом кроликов, куропаток, индюков, орехов, кукурузных лепешек и маленьких собачек, не умевших лаять (это, возможно, были опоссумы – прирученные лесные зверьки, мясо которых очень вкусно).
В этих местах обитали большие племена индейцев; среди их касиков было немало женщин. Индейцы здесь занимались земледелием и охотой, плели ткани из коры тутовых деревьев, дикорастущих конопли и льна. Их крытые тростником жилища были сложены из досок или древесной коры (туземцы научились деревянными клиньями раскалывать стволы на доски), а стены оштукатурены глиняным раствором. Каждый дом был подобен небольшой крепости: в стенах туземцы оставляли отверстия – бойницы, которые тщательно замазывали глиной, так что снаружи они не были видны. Изнутри бойницы были обведены кружочками. В момент опасности индейцы мгновенно выбивали штукатурку и встречали нападающих градом стрел.
Испанцам в этих районах жилось неплохо, но золотой страны, где можно было нажить богатство, они все еще не нашли. Как ни плодородны были пройденные земли, им далеко было до Мексики или Перу. Сото нашел здесь и женщину-вождя, которую так долго искал.
Она управляла несколькими индейскими племенами в среднем течении реки Саванны (штат Джорджия).
Женщина эта из селения Кофитачеки прибыла в лагерь Сото на покрытом легкой белой тканью паланкине, который несли на плечах ее подданные. Испанцы были поражены молодостью, красотой и грацией женщины, приятными манерами ее и гордой осанкой.
Она подарила им ожерелье из прекрасного жемчуга, которого в местной реке водилось очень много.
Задержавшись здесь подольше, испанцы начали раскапывать индейские могилы: на груди и руках мертвецов они находили множество жемчуга. Всего они собрали около двухсот фунтов, но, по утверждению хрониста, жемчуг этот по большей части не стоил и гроша: индейцы прежде чем вынуть жемчуг из раковин, варили их на кострах и так приводили жемчужины в негодность.
Произошел и такой курьезный случай: в одной из могил грабители нашли большой зеленый камень, походивший на изумруд. Вскоре, однако, выяснилось, что это кусок обыкновенного стекла, привезенного из Европы. Рядом валялись другие стеклянные предметы, а также железные топоры. То были следы экспедиции Васкеса де Аильона, пытавшегося в 1526 году основать колонию на юго-востоке Америки. После бесплодных поисков золота Аильон перезимовал у какой-то реки. Однако судьба этой экспедиции закончилась трагично: Аильон со своим отрядом погиб в далеких дремучих лесах.
Солдатам же Сото, напротив, здесь повезло, и они не знали никаких забот. Несколько негров-рабов, соблазненные свободой, тайком убежали в лес; дезертировали и некоторые испанцы. Когда их обнаружили и предложили вернуться, они отказались. Видимо, жизнь в этой чудесной плодородной местности, да еще с красивыми женами-индианками казалась им гораздо приятнее бесконечных, не приносивших желанного богатства скитаний сквозь леса и болота, через горы, реки и пустыни.
Но Сото был храбрым и опытным командиром, не менее алчным, чем Кортес и Писарро. И он решил во что бы то ни стало продолжать экспедицию. Индейцы по-прежнему рассказывали о сказочно богатых странах и больших городах.
Сото двинулся на север вверх по долине Саванны и, достигнув 35° северной широты, очутился в горном районе у подножия Аппалачей. Не перевалив через хребет, экспедиция повернула на юго-запад, двигаясь вдоль плато Пидмонт.
Укрепленное индейское селение (с рисунка XVI века).
Сначала отряд шел по территории теперешних штатов Южная Каролина и Теннесси, затем повернул на юг и достиг нынешнего штата Алабама.
Индейцы приносили белым дары: то собак, то огромные корзины со сладкими ягодами тутового дерева, то другие съестные припасы. Каждое селение старалось снабдить опасных чужеземцев всем необходимым, лишь бы они поскорее отправились дальше. Один из касиков послал к испанцам проводников в надежде, что те уведут непрошеных гостей от селения. Другой готов был отдать белым людям своих жен, дочерей и сестер. Конкистадоры требовали много женщин, и индейцы им не отказывали. Иногда воины даже выменивали на женщин ножи и осколки зеркал.
Изредка отряд останавливался на отдых, обычно на землях более радушных племен.
Надо было время от времени дать откормиться и огромным стадам свиней, которых гнали закованные в цепи индейцы.
Однажды авангард отряда Сото остановился в селении на берегу большой реки где-то в южной части Алабамы. Конкистадоров встретили приветливо; в их честь пели и играли на флейтах. Но вскоре между Сото и касиком вспыхнула ссора. Поселок был сильно укреплен, и испанцы решили, что их хотят заманить в ловушку. Разгорелся бой. Кучку конкистадоров оттеснили на расстояние целого дня пути. Тем временем подошли главные силы экспедиции, и Сото немедленно бросил их в атаку.