, как возможна политическая борьба, если нет борьбы политических программ и взглядов, ведь таковой быть не может, если эти взгляды не отличаются друг от друга? Народу, лишенному возможности отстаивать другие точки зрения на решение проблем своей родины, остается только отдать свою судьбу в руки того, у кого нет никаких сомнений. Свобода выражения мнения, таким образом, выступает средством защиты демократии, поскольку создает условия для существования и распространения различных точек зрения, суждений и оценок по поводу чего бы то ни было.
Конечно, длительные дискуссии утомляют, сомнения не заканчиваются и порождают новые сомнения, выбор пугает, определение окончательного варианта решения проблемы все время откладывается, а сам этот вариант никогда не выглядит окончательным. В этих условиях как избавление воспринимается тот, кто предлагает решить вопрос просто и ясно, разрубив гордиев узел сомнений. Однако не страшно, когда люди выбирают волевой, а не интеллектуальный способ разрешения проблемы: это их выбор, к которому они пришли через частокол раздирающих их противоречий и точек зрения. Страшно тогда, когда у людей вообще нет выбора.
§ 2. Свобода выражения мнения заключает в своем содержании несколько взаимосвязанных аспектов.
Прежде всего речь идет о свободе мысли. Право регулирует отношения между людьми, поскольку невозможно регулировать отношения человека с самим собой. Право не знает, что происходит в душе человека, и не может на эти процессы воздействовать. Поэтому бессмысленно с правовой точки зрения говорить о мыслях, которые родились у человека, но никак не выражены им вовне. Но, как только мысль человека была материализована, как только она была выражена объективно, т. е. в принципе стала доступна восприятию кого-либо другого, свобода мысли защищает человека от любых попыток наказать его, заставив отказаться от выражения таких и подобных им мыслей. Ненаказуемость мысли означает возможность продуцировать любые идеи о чем-либо. Свобода мысли есть основа для любой деятельности человека: для обучения, работы, для творчества, вообще, для его существования. Даже самые страшные мысли не могут запрещаться: пока они не привели к противоправным действиям, они ненаказуемы.
Свобода слова предполагает возможность ознакомления других людей с объективированной мыслью. Свобода мысли защищает человека тогда, когда мысль выражена, но еще не стала доступна для других людей. Когда человек вступает в общение с другими людьми посредством выражения своего мнения, он реализует уже свободу слова. Таковая заключается в возможности выражать свои мнения, суждения, оценки по любым вопросам без боязни понести за этого наказание или претерпеть другие неблагоприятные последствия.
Ясно, что свобода мысли и слова взаимосвязаны: без мысли нет слова, а слово – это основной путь выражения мысли вовне. Поэтому свобода мысли и слова могут быть объединены общим понятием – свободы выражения мнения, удачно подчеркивающего обе эти его стороны. Свобода выражения мнения, таким образом, предполагает возможность по своему усмотрению выражать в любой форме свои мысли или отказаться от их выражения, придерживаться своего мнения по любому вопросу или отказаться от него.
Если выражение мнения – это форма общения, то свобода выражения мнения должна предполагать для других участников общения возможность получать и распространять это мнение. Причем речь идет не о возможности каждого знакомиться с материалами, непосредственно затрагивающими его права, поскольку такая возможность охватывается правом на неприкосновенность частной жизни (ч. 2 ст. 24 Конституции РФ), а о принципиальной допустимости собирания, получения, обработки и распространения человеком циркулирующей в общественном пространстве и не касающейся его информации о других людях, событиях и явлениях.
Принципиально важным элементом этой возможности выступает свобода средств массовой информации (СМИ). СМИ дают возможность каждому узнать, что и где происходит. СМИ создают условия для обсуждения этой информации. Тем самым каждый при желании может, не предпринимая усилий по ее поиску, получать ее. Помимо этого, СМИ привлекают внимание общественности к разным проблемам, создавая условия для общественного контроля за деятельностью организаций и государства. Свобода СМИ выражается в недопустимости создания препятствий для поиска журналистами информации в общественном пространстве, в запрете определять содержание распространяемой СМИ информации и санкционировать ее, в запрете привлекать журналистов к ответственности за высказанное ими мнение или оценку.
Возможность для СМИ агрегировать и предоставлять информацию читателям, слушателям, зрителям, которые в ином случае не смогли бы получить ее, создает угрозу манипулирования общественным сознанием и введением общества в заблуждение относительно самих фактов, их состава и оценки. Поэтому чрезвычайно важно существование в обществе множества различных СМИ, не контролируемых одним лицом или узкой группой лиц, чтобы различные СМИ, борясь за внимание читателей, слушателей, зрителей, давали больше разнообразной информации, становились под угрозой разоблачения конкурентами более объективными, а люди могли сравнивать и сопоставлять сведения, определяя для себя (насколько это возможно) картину произошедшего. Из этого вытекает недопустимость создания государством искусственных препятствий для создания и деятельности негосударственных СМИ.
§ 3. Свобода выражения мнения при всей своей широте характеризуется в каждом случае запретом для всех ее ограничивать. Свободу выражения мнения нельзя ограничивать извне потому, что при таком ограничении от этой свободы ничего не останется, т. е. ограничение сразу же перейдет в умаление этого конституционного права, что недопустимо. Подтверждением этому служит безусловный запрет цензуры (ч. 5 ст. 29 Конституции).
В то же время сама свобода выражения мнения имеет свои внутренние ограничения, обусловленные предназначением этого права.
Прежде всего, свобода выражения мнения не может использоваться для достижения неконституционных целей. К числу таковых основы конституционного строя относят насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни (ч. 5 ст. 13 Конституции). В соответствии с этим ч. 2 ст. 29 Конституции также не допускает пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Ясно, что Конституция, признавая некоторые цели противными конституционному строю, не может одновременно предоставлять для их достижения конституционные средства. Поэтому лица, совершающие неконституционные акты, не могут избегать ответственности за свои неконституционные действия, защищаясь свободой выражения мнения.
Между тем широкое толкование того, что может вызвать вражду или ненависть любого рода, способно полностью уничтожить свободу выражения мнения.
Действительно, никто не любит, если его суждения или оценки подвергают критике, а при сравнении чего бы то ни было выше ставят другое мнение. Вполне естественно стремление такого недовольного человека вовсе убрать предмет своего раздражения, заставив неприятные для него голоса замолчать. Последователи многих религий полагают разделяемое ими учение единственно верным (в том числе потому, что вера в это составляет часть этого учения), а потому само существование других учений, прямо или опосредованно оспаривающих монополию каждого на истину, уже может вызывать ненависть. Если одна нация провозглашает свою исключительность, то любые сомнения в этом со стороны другой нации могут вызывать у первой чувство враждебности. Провозглашение болельщиками своей футбольной команды лучшим клубом в мире вызывает шквал ругательств со стороны болельщиков других команд, что при определенном накале страстей перерастает в социальную вражду. Критика оппозиционным политиком действий властей вполне может вызывать чувство ожесточенного протеста у сторонников власти, желающих, чтобы осуществляемый курс был продолжен.
Ясно, что свобода выражения мнения потому и гарантирована каждому, что конституционный строй предполагает возможность и даже необходимость столкновения и сосуществования полярных мнений по любым вопросам жизни, когда каждый может не признавать правоту оппонента, но, во всяком случае, обязан уважать наличие у того возможности высказаться. Свобода выражения мнения принадлежит равным образом участнику дискуссии и его оппоненту, а потому, запрещая одному высказывать свое суждение, в силу принципа равенства следует запретить и другому выражать свое мнение по этому вопросу. Поэтому необходимо либо всем запретить давать чему бы то ни было однозначные оценки, т. к. любая такая оценка у кого-то всегда вызовет чувство вражды или ненависти (получится общество молчания или общество лицемерия), либо разрешить всем свободно высказываться, не обращая внимание на возможные скандалы, конфликты и дискуссии, которые возникают из-за столкновения мнений.
В то же время люди могут пользоваться свободой выражения мнения не для того, чтобы выразить свою мысль или позицию, а исключительно для того, чтобы с помощью определенных слов, которые в заданном контексте могут пониматься однозначно как оскорбительные, задевающие самые тонкие душевные струны и нетерпимые в приличном обществе, спровоцировать столкновение с оскорбляемыми лицами. В подобных случаях ясно, что свобода выражения мнения будет использоваться не с той целью, ради которой это конституционное право провозглашено, а потому такое выражение мыслей не должно защищаться свободой слова.
Чтобы определить в конкретном случае, могут ли конкретные выражения рассматриваться как возбуждающие ненависть и вражду, можно использовать следующий подход. Во-первых, оценка должна производиться не с точки зрения лиц, у которых эти слова могли вызывать вражду и ненависть, а с точки зрения стороннего наблюдателя, т. к. никто не должен быть судьей в своем собственном деле. Это обусловлено тем, что со стороны оскорбляемых лиц практически всё может рассматриваться как вызывающее у них ненависть, а потому объективный анализ ситуации с этой точки зрения исключен. С такой, внешней точки зрения ненависть и вражду могут вызывать не любые критические высказывания в объективно оскорбительной форме, а только те из них, которые способны вызывать немедленное желание прекратить любым способом подобные высказывания. Во-вторых, если выражения могут со стороны наблюдателя рассматриваться как вызывающие ненависть или вражду по упомянутому в ч. 2 ст. 29 Конституции признаку, следует установить, действовало ли лицо, допустившее такие выражения, умышленно, т. е. преследовало ли оно цель вызвать у оскорбляемых подобные чувства.