— Это охренеть как странно… И я не знаю, что со всем этим делать…Но… Я правда не могу без тебя. Бля… Даже звучит по ублюдски. Будто я прыщавый подросток перед сексуальной старшеклассницей. Отпусти меня. Сделай что-нибудь, чтоб я перестал думать о тебе.
— Не могу. Потому что, когда ты уходишь, весь мир становится черно-белым. Прости. Не могу. Если это колдовство, как ты говоришь, то я все отдам, чтоб оно не прекращалось.
Саша, отодвинувшись чуть назад, провела рукой по его щеке, стараясь вложить в этот жест все то, что чувствовала с ним и без него. Всю свою тоску, всю свою нежность, все то непонятное, но очень сильное, что творилось в ее душе, а потом осторожно выскользнула из его рук и пошла от кинотеатра прочь. Генка переживет, ничего с ним не случится, а вот ей нужно сейчас побыть одной. Все происходящее между ней и Маратом обретало такие громадные пугающие размеры, что она должна была это пропустить через себя, дабы на выходе понять, готова ли сама к тому, что изменит ее навсегда. Жить, не зная того самого чувства, о котором пишут в книжках, это — одно. Совсем другое, как потом существовать, когда оно закончится, и обыденная реальность станет слишком мала. Она полюбила. Теперь это точно. Но, если он уйдет… Нет, не так. Когда он уйдет, выживет ли девочка Саша? Вот в чем вопрос…
Одиннадцатая глава
21 апреля 2008г
Ольга Сергеевна уже много дней чувствовала маяту в сердце. Душа, что говорится, была не на месте. Слова, сказанные Серёгой, который в результате даже не злился на великую подставу с её стороны, упорно не шли из головы. С Олеськой водила, вроде, разбежался краями, но, как оказалось, даже ухитрился остаться в хороших отношениях, обоспечив себе в смену присутствие дорогих тёлок. Хитрожопый сукин сын.
Неужели она, Ольга Сергеевна, на самом деле становится такой же, как эти продажные, во всех смыслах, люди? Самое печальное, что жизнь на "конторе" летела с бешеной скоростью. Поэтому, если в обычной реальности можно общаться с человеком годами и не подозревать о его дерьмоватой начинке, то в сфере эскорт-услуг все говнище лезло сразу, будто прорвавшая трубу канализация. Сколь хорошим и добрым существом не была бы новенькая работница, спустя какое-то время оказывалось, что все грехи человеческой натуры присутствуют в гипертрофированном варианте. Предательство, продажность, ложь, зависть, алчность. Почему? Возможно из-за денег, крутившихся на "конторе", словно финансовое состояние небольшого европейского государства. Не зря говорят, что бабло-одно из лучших мерил состояния души.
Подтверждением послужили следующие двое суток смены. Сначала "выступила" Танечка. Данная особа приехала покорять город из близлежащего села и в первые дни работы напоминала доярку из Хоцапетовки. Только не в переносном смысле, а прямом. Яркие тени на веках, килограммы туши, криво размазанный тональный крем. Девочка, в принципе, от природы очень симпатичная, но вот этот деревенский фольклерный стиль губил любую надежду на корню. Ольга Сергеевна потратила уйму времени, вбивая новой сотруднице в голову, что не все золото блестит. Учила правильно краситься, одеваться, вести себя, соответствующе статусу дорогой проститутки, а последнее, на самом деле, целая наука. И вроде бы, все получилось, но вот эта колхозная душевная простота, иной раз граничащая с дурью, все равно нет- нет да вылазила наружу.
Танечка нашла себе "любимого" переплюнув в абсурдности выбора всех остальных коллег. Она познакомилась в интернете с мужиком, который мотал за грабёж то ли третий, то ли четвёртый срок. Этот гражданин прекрасно знал, где и кем работала девочка. Но на полном серьёзе уверял счастливую в своей глупости проститутку, что конечно же у них любовь и конечно же, как только он выйдет на волю, у них будет настоящая семья.
Ольга Сергеевна даже не знала, что ей на все это сказать, поражаясь фанатичному желанию тёлок найти драгоценности в куче дерьма.
— Танечка, етить твою налево, он зек! Ты —проститутка. О чем мы вообще говорим? Сейчас ты ему просто нужна. Отправляешь передачки, причём такие, что можно позавидовать, снабжаешь баблом. Выгода. Понимаешь смысл этого слова? Он всего лишь качает из тебя все то, что ты можешь дать.
Но девочка упорно не слышала доводов разума, повторяя, как заведенная, что любит Олега, а Олег, естественно, любит её.
Этот день начался, как обычно. Танечка вернулась с выходного на "контору", проведя прошлый вечер в гостях у подруги, такой же сотрудницы эскорт-услуг, которая имела собственную отдельную квартиру в городе. Привела себя в подобающий вид и отправилась на "заказ". Клиент находился в гостинице, просил конкретно брюнетку с большими формами, поэтому повезли без выбора, заведомо зная, что он девочку точно возьмёт.
Ольга Сергеевна только навела себе кофе, который глотала на работе литрами, как в дверь позвонили. Она посмотрела в глозок, а затем спокойно пустила гостью внутрь. Кристина. Та самая подружка, с которой провела вечер только что уехавшая Таня.
Эта светловолосая особа поражала диспетчера своим понятием о счастливой жизни в самое сердце. Она, как раз, относилась к той категории девочек, которые вышли из очень обеспеченой, купающейся в роскоши семьи. Папа-чиновник в губернском центре, мама занимается бизнесом. Денег столько, что тратить и тратить. Однако доченька выбрала карьеру проститутки, объясняя это крайней нуждой в карманных деньгах. Да, ей купили квартиру, устроили в университет на достаточно престижный факультет, умрёшь со смеху, юридический. Но хотелось красивой веселухи, а такое желание родители, почему-то, не спонсировали. Девочка приобрела себе солярий, который поставила прямо в спальне, инкрустировала в зуб бриллиант, одевалась исключительно в брендовые шмотки и завтракала только в ресторанах. И вот ради этих пустых, в общем-то, понтов, молодая красивая телочка трахалась с клиентами, которые, иной раз, понятия не имели о личной гигиене.
Ольга Сергеевна в этот день Кристину не ждала, но против, естественно, не была.
Девочка прошла в квартиру, села за кухонный стол и уставилась на диспетчера огромными синими глазищами.
— Ольга Сергеевна, Таня украла у меня вчера деньги. Она тут?
Твою мать, подумалось женщине, отличное начало смены.
— На заказе. Ты уверена?
— Да. До её прихода они были, после того, как она ушла денег нет. Тридцать пять тысяч.
Ольга Сергеевна устало откинулась на спинку диспетчерской кресла. Господи, как же достали. Теоретически кража произошла не на "конторе", но практически девочка имела право обратиться к крыше. Таньку, дуру, было жалко, но в то же время, Ольга понимала, что скорее всего деньги понадобились любимому зеку проститутки. Скорее всего тот проигрался в карты, потому что другого обьснения подобной сумме не находилось.
— Я её привечаю, дружу с ней, помогаю во всем, а она вот так по крысиному, — продолжала Кристина.
Ольга Сергеевна набрала телефон водилы.
— Серёга, сколько у Танечки времени осталось? Двадцать минут? Хорошо. Оттуда вези её сразу на "контору". Если будет просить заехать в банк, не ведись. Она никуда не должна попасть, кроме нашей квартиры.
Спустя положенное время, Таня зашла в кухню, злая и переругивающаяся с Серёгой, который, следуя указаниям диспетчера, отказывался останавливаться, где бы она не просила. Увидев Кристину, девочка автоматически метнулась назад к двери, но там уже стоял водила, лишая возможности сбежать.
— Садись.
Ольга Сергеевна кивнула в сторону свободного стула. Танечка молча опустила пятую точку на облезлый дермантин табуретки, упорно не глядя в сторону Кристины.
— Деньги где?
Танечка открыла было рот, собираясь возразить или оправдаться, но тут же закрыла обратно, прекрасно понимая, что диспетчера сейчас обманывать не вариант.
— Олегу понадобилось? Проигрался? Надеюсь, ты ещё не успела их перевести?
Таня открыла сумочку, которую до этого сжимала руками, а потом достала свернутые стопкой деньги, чтоб положить их на стол перед диспетчером. Ольга посмотрела на Кристину, и блондинка тут же забрала купюры.
— Это останется между нами. Ясно?
В данном случае, слова диспетчера предназначались, в основном, Кристине. Девки крысятничество считали тяжким грехом и в большинстве своём таких вещей не прощали. Узнает "контора" о Танечкином поступке, для неё настанут тяжёлые времена. Будут гнобить, похлеще любого маньяка-садист. В этих вопросах проститутки были принципиальны и очень жестоки.
Кристина, перед тем, как уйти, все же сказала бывшей подруге, которая сидела, не поднимая головы, то, что возмущало блондинку больше всего.
— Ведь ты могла просто попросить. Уж кому-кому, а тебе точно известно, каким образом достаются эти гребаные деньги. Ведь сколько раз вытаскивали друг друга на жопных заказах, сколько раз помогали с особо тяжёлыми уродам. Неужели твой виртуальный женишок стоит дороже, чем все то говно, что нас связывает?
Дверь захлопнулась за покинувшей "контору" Кристиной, а в кухне стояла гробовая тишина.
Что тут скажешь?
Однако смена, начавшаяся столь "радужно", продолжала набирать крутые обороты.
На работу заявилась парочка, олицетворяющая собой расхожее выражение "семейный подряд".
Девочку Алёну привозил на "контору" родной законный муж. Сам он не работал, следуя своей, на взгляд диспетчера, извращенной логике, доверив тяжёлое бремя кормильца супруге, которая, дабы обеспечить мужу сытую жизнь, трудилась, не покладая ног, проституткой под зорким и бдительным контролем своей второй половины. То есть Максим садился рядом с Ольгой Сергеевной рядом и отслеживал все поступающие звонки, требуя, чтоб на самые жирные заказы отправляли его Аленушку.
Для любого нормального человека это было, как минимум, странно, а, как максимум, вопиюще неправильно. Не любовник, не случайный хахаль, а законный муж, с которым Алёну, ко всему прочим, объединяло наличие двух детей. Совершенно спокойно и рассудительно он выбирал из поступающих звонков тех мужиков, которые будут сегодня трахать его жену за деньги. Потом, по окончании смены, собственноручно проверял, все ли часы записаны в диспетчерскую тетрадь и забирал зарплату, как правило, к этому моменту уже пьяненькой, жены.