Изначально Дельфин, как человек наркозависимый, в основном лоббировал в своих песнях тему отказа от наркотиков («Тишина», «Один на один»). Позже, когда избавился от зависимости, он стал более мудрым и разносторонним. Поэзия многогранна и невероятно метафорична. Тексты варьируются от религиозных воззрений («Сажа») до жестокого протеста («Без нас»), от всем привычной и «примитивной» любви («Любовь», «Надежда») до страшно депрессивных песен («Надя»).
В произведении Дельфина «Решения» творчество Карлоса Кастанеды отразилось как намеренное накладывание на музыку определенных фраз из его книги:
Низкое солнце косыми лучами
Освещало западные склоны пиков,
Рассекая казавшуюся монолитной
Стену темного камня
Слепящей сеткой золотистых отражений
В мире, где за каждым охотится смерть,
Не может быть маленьких или больших решений.
Здесь есть лишь решения, которые мы принимаем
Перед лицом своей неминуемой смерти
Решения, решения, решения,
Которые мы принимаем
Перед лицом своей неминуемой смерти. [170]
С точки зрения авторской задумки, эту песню следует воспринимать как единое целое. Однако стоит учитывать, что предложения взяты из одной книги Карлоса Кастанеды, которая носит название «Путешествие в Икстлан», но из различных глав. Путешествие в Икстлан символизирует вечное стремление воина довести свои цели и задачи до конкретного логического завершения. При этом чтобы ему перейти на более сложный этап осознания природы вещей – стать нагвалем, необходимо духовное совершенствование, состоящее из множества аспектов: стирание личной истории, отказ от чувства собственной важности, остановка мира, «не-делание», принятие ответственности и так далее. Выполнив данные условия, человек знания становится существом, недоступным для других настолько, что дону Хенаро на пути в Икстлан встречающиеся люди казались призраками. То есть для него обычная жизнь и люди, ее составляющие, перестают существовать и, чем призрачнее всё вокруг, тем ближе воин к своей конечной цели. Тем временем человек знания на пути к чему-то важному все дальше отдаляется от прошлого, прекрасно осознавая, что вряд ли к нему вернется.
Произведение Карлоса Кастанеды проникнуто пафосом стремления к самосовершенствованию, у которого нет четко обусловленных рамок, ограничивающих его. Именно поэтому дон Хенаро не сумел достигнуть Икстлана, но при этом утверждал, что все маги до сих пор стремятся туда. При недостижимости совершенствования в виде конечной точки, подразумевающейся как апофеоз высокодуховности, Карлос Кастанеда уповает на постоянное преображение внутренней человеческой сути, на духовный рост мага. Каждая фраза, взятая Дельфином из книги «Путешествие в Икстлан», имеет в песне свое определенное место и значение. Произведение «Решения» начинается со строфы, носящей описательный характер:
Низкое солнце косыми лучами
Освещало западные склоны пиков,
Рассекая казавшуюся монолитной Стену темного камня
Слепящей сеткой золотистых отражений.[171]
Она была взята из главы «Не-делание», служащей в прозаической форме описанием места, куда Карлос Кастанеда отправился со своим учителем доном Хуаном Матусом. У Карлоса Кастанеды упоминания пейзажа с фигурированием солнца, солнечного света или чего-то ему близкого неоднократны. В книге «Сказки о Силе» в главе «Предрасположение двух воинов» говорится о шаре света, который породила любовь дона Хенаро к Земле: «Поток почти неощутимого света прошел сквозь него. Он исходил из земли, и, казалось, обнял все его тело <…>. В какой-то момент мои глаза расфокусировались, и я уже следил без всякого перехода за шаром света, скользящим взад и вперед по чему-то похожему на поверхность катка с тысячами лучей света, сияющих над ней»[172]. Таким образом, Карлос Кастанеда показывает мир, недоступный людям, не имеющим магических способностей.
Карлос Кастанеда утверждал, что любовь, радость, смех и так далее являются незаменимыми вещами, которые должны составлять природу воина. Повседневность, служащая домом простых людей, наполнена не только такими положительными эмоциями, но и отрицательными, которые наносят соответствующий отпечаток на астральном дубле человека знания. А, исходя из того, что отрицательные эмоции связывают магов с людской суетой теснее, так как являются прямой реакцией или ответом на события, происходящие в реальности, мир обыденной жизни априори представляет собой обитель, наполненную безрадостностью. Только разорвав круг существования в мире, не отдающего полного приоритета духовности, можно наполнить собственную внутреннюю составляющую радостью. Именно поэтому Карлос Кастанеда использует метафорическое появление света в области темноты: «Низкое солнце косыми лучами освещало <…> Рассекая казавшуюся монолитной стену темного камня…»[173]
Существование без магии, по мнению Карлоса Кастанеды, воину представляется тьмой, так как чувства положительного характера приоритетны лишь в чистом виде, так как в окружении отрицательной коннотации они теряются. На протяжении одиннадцати книг Карлос Кастанеда упоминает горные пейзажи. В произведении «Сказки о Силе» автор прыгает в пропасть вместе с Паблито, доном Хуаном Матусом и доном Хенаро в горной местности. Как правило, именно в таких местах располагаются места силы, где маги черпают силу для перемещения между реальностями. Следует подчеркнуть, что закат, фигурирующий в главе «Предрасположение двух воинов» как портал, через который герои попадают в действительность тоналя и нагваля, – явление, напрямую связанное с солнцем, так как закат или заход Солнца – исчезновение светила под горизонтом. Метафорическое осмысление солнечных лучей сводится не только к тому, что они прорываются сквозь тьму, ноик «разрезанию» границы, разделяющей измерения. С описанием, приведенным в качестве вступления поэтом и музыкантом Дельфином, напрямую связана магическая практика «не-делания», которой дон Хуан Матус обучал Карлоса Кастанеду. Карлос Кастанеда пишет: «Деланием разделяют этот камешек и этот валун <…>. Чтобы научиться не-деланию, тебе, скажем так, нужно слить их воедино» [174]
Карлос Кастанеда противопоставляет «не-делание» «деланию» на основе различных подходов к одному и тому же предмету. «Делание» – это восприятие субъекта или объекта с его рационалистической стороны. Она заключается в знаниях, которые мы имеем о предмете изначально. Человек знает основные свойства, которые делают камень и валун тем, чем они являются, а также которые не позволяют слить их воедино посредством силы мышления. При этом он разграничивает два конкретных понятия с помощью их лексических значений. В толковом словаре «валун» имеет значение: «Большой округлый камень»[175]. Более того, знания людей о лексическом значении слов «камень» и «валун» черпаются из общепринятых научных обоснований повседневного мира. Таким образом, «делание» увеличивает степень привязанности не только к общепринятым истинам, но и к миру. Научное обоснование различных вещей вводит героев Карлоса Кастанеды в рамки, ограничивающие свободный полет их сознания. Автор предлагает читателю шагнуть за пределы типичной информации, которой обладают люди о тех или иных предметах действительности. Для этого он вводит понятие «не-делание», связывая его с эмоциональночувственной сферой восприятия человека.
Воину нагваля предлагается воспользоваться не поверхностным осознанием определенной вещи, а точнее, ее свойствами, которые проявляются в согласии с общедоступными законами. Человек знания должен заглянуть вглубь явления, при этом Карлос Кастанеда считал, что сущность любого одушевленного и неодушевленного предмета составляет сгусток энергии, циркулирующий по нему в хаотичном или последовательном режиме. Таким образом, воин, осознав объект как энергетическую структуру определенного вида, в состоянии узнать истинную природу вещи, которую невозможно увидеть на поверхности. Основанное на чувственном восприятии, «не-делание» предмета не поддается рационалистическому объяснению. Важную роль для видящего играет его высокое духовное развитие, позволяющее с помощью ощущений отразить мироздание через призму пронизывающих его энергетических волокон.
Неотъемлемой составляющей ощущений человека знания является его собственная трактовка происходящего, так как восприятие носит индивидуальный характер. Пейзаж, приведенный Дельфином, по словам Карлоса Кастанеды, имел на него гипнотическое воздействие. Солнечный свет, являющийся ядром кастанедовского описания, – уникальный преобразователь действительности, совмещенный с индивидуальными образами автора, возникшими в связи с этим в его подсознании. В главе «Не-делание» дон Хуан Матус заставляет Карлоса Кастанеду созерцать стену каньона, находящуюся под действием солнечных лучей. Солнце трансформирует камни стены во множество солнечных пятен, в то время как они в сознании Карлоса Кастанеды сливаются в одно большое пятно: «Я взглянул прямо вверх, на стены, причудливо сверкающие бесчисленным количеством каких-то вкраплений, фантастически разбивавшими солнечный свет на множество невыносимо ярких точек. Я смотрел туда, где точки отраженного света сливались в гигантское сияющее пятно»[176].
Впоследствии солнечный свет, прошедший сквозь призму восприятия Карлоса Кастанеды, залил всю скалу до такой степени, что она перестала быть тем, чем является для людей, не обладающих магическими способностями. Цель дона Хуана Матуса заключалась в отвлечении внимания Карлоса Кастанеды от понятия «стена каньона» и сконцентрировать его на том, во что она трансформировалась. Таким образом, «не-делание» представляет собой не только познание подлинной природы предмета и взгляд на него под другим углом, но и преобразование чего-либо в некую субстанцию различного характера. Для этого нужно «стереть» в своем сознании исходное понятие о вещи и принять ее как возможный материал для создания чего-то нового, тем самым увидеть то, что недоступно обычному человеку.