<…>. И его возлюбленная – Земля – обнимает его и осыпает его невообразимыми дарами»[416]. Полнота мага свидетельствует об огромных энергетических ресурсах внутренней составляющей воина. Именно они являются магическими возможностями, позволяющими дону Хенаро выполнять задачи духовного плана, недоступные обычным людям.
В книге «Путешествие в Икстлан» Кастанеда повествует о втором важном элементе мира – о смерти. Для кастанедовского воина нагваля огромную роль играет его отношение к смерти. Она выступает в виде мудрого советчика, от указания которого зависит дальнейшая судьба человека знания. В главе «Смерть-советчик» Карлос Кастанеда подчеркивает важность смерти для каждого мага: «Единственный по-настоящему мудрый советчик, который у нас есть, – это смерть. Каждый раз, когда ты чувствуешь – как это часто с тобой бывает, – что все складывается из рук вон плохо и ты на грани полного краха, повернись налево и спроси у своей смерти, так ли это. И твоя смерть ответит, что ты ошибаешься и что, кроме ее прикосновения, нет ничего, что действительно имело бы значение. Твоя смерть скажет: „Но я же еще не коснулась тебя!“»[417] Для любого воина нагваля смерть вбирает в себя значение, превосходящее по степени важности разнообразные жизненные коллизии. Суждения воина о структуре мироздания находятся в прямой зависимости от отношения к понятию «смерть».
Мир Карлоса Кастанеды лишен акцентирования мага на процессе жизнедеятельности и существует благодаря контролю жизни индивида посредством смерти. Смерть подсказывает видящему, как поступить в той или иной ситуации, таким образом, кардинально меняя вектор его существования. В состоянии полного краха воин останавливается в духовно-нравственном развитии, прекращая какую-либо деятельность в качестве своего становления как будущего нагваля. Однако при концентрации на смерти маг продолжает духовно-практическую деятельность вплоть до завершения собственного жизненного пути. С точки зрения дона Хуана, смерть соотносится с живым созданием и намеренно сосредотачивает мага на собственном последнем касании. Доминирование смерти относительно человека знания выражается в именовании ее в качестве охотника. При этом позиция воина нагваля заключается в отношении к собственной личности как к объекту охоты самой смерти. Карлос Кастанеда пишет: «… Один из нас должен снова осознать, что смерть охотится за каждым из нас, что она всегда рядом, за нашим левым плечом. Один из нас должен обратиться к смерти за советом, чтобы избавиться от бездарной мелочности, свойственной людям, которые живут так, словно смерть никогда их не коснется»[418]. Осознание охоты смерти «за каждым из нас» обуславливает подчинительное положение человека знания относительно нее, которое обосновывается сверхъестественной силой смерти лишать жизни людей одним прикосновением. Смерть является первой ступенью видящего при его плавном переходе к высшему божеству – Орлу. По мнению Карлоса Кастанеды, сначала происходит физическое умирание воина с помощью прикосновения смерти, после чего его осознание становится добычей всемогущей субстанции – Орлом.
Роман Виктора Пелевина «Бэтман Аполло» повествует о сверхлюдях – вампирах, которые доступными им средствами и способностями используют каждого человека в собственных целях. Вампиры обладают различными магическими силами, которые дают им превосходство над простыми жителями Земли. Вампиры способны извлекать из человеческой крови информацию путем непосредственного контакта с ее носителем. Виктор Пелевин пишет: «Кровь содержит только шифры и коды, которые позволяют считывать сведения, имеющие отношение к данному человеку. Грубая аналогия – это удаленный сетевой доступ. Дегустируя чужую красную жидкость, мы получаем все логины и пароли»[419]. Любой сверхчеловек способен превращаться в летучую мышь, тем самым переходя в свое «древнее тело». В романе данная метаморфоза необходима для перемещения вампира в его обитель – Хартланд: «Вампир попадает в Хартланд, прыгая в пропасть. Во время этого прыжка он превращается в подобие огромной летучей мыши (конечно, значительно меньшего размера, чем титаническая Великая Мышь). Это и есть Древнее Тело, в котором, если верить нашей мифологии, магические черви жили на Земле за сотни миллионов лет до человека»[420]. На основании этого по сравнению с людьми вампиры являются богами. Виктор Пелевин подчеркивает их главенствующую роль на Земле и использование людей в качестве послушных им марионеток: «Халдеи тоже начинаются на букву „Х“. Больше никакого отношения к хамлету они не имеют. Это наши человеческие слуги, через которых мы управляем планетой»[421]. Неслучайно вампиры удовлетворяют свои эгоцентрические потребности присвоением себе наименований божеств мифологических преданий мира. Автор подчеркивает идентичность вампиров с богами древнейших языческих верований планеты. В «Бэтман Аполло» находим: «Именно вампиры когда-то открыто управляли людьми под видом эллинских и прочих богов. Потом по ряду обстоятельств мы ушли в тень – но по-прежнему сохраняем власть над миром. По древнему обычаю мы берем себе имена богов, которым поклоняются люди. Но это всего лишь лошадиные клички»[422].
Вампиры являются высшими существами на Земле, нашедшими способ управлять людьми посредством воздействия на их восприятие с целью сокрытия реалий окружающей среды. Обитель вампиров Хартланд и ее глава Великая Мышь доступны для восприятия вампиров и скрыты от обзора обыкновенного человека: «Как я уже сказал, материальность Великой Мыши несколько иная, чем у людей. Ее может лицезреть только вампир (кроме редчайших исключений по воле самой Мыши). Человек просто не сумеет обнаружить вход в Хартланд – и вопрос о том, где именно он находится, лишен для людей смысла»[423]. Таким образом, в книге Пелевина «Бэтман Аполло» происходит обожествление понятия «вампир» посредством присвоения ему сверхъестественных способностей. В книгах К. Кастанеды представлены люди знания, чьи способности существенно отличаются от среднестатистического человека. Они способны находить места силы, которые недоступны вниманию обычного человека. При этом места силы замаскированы под реалии окружающий среды, распознать которые может только кастанедовский маг. В книге «Учение дона Хуана» описывается поиск места силы Карлосом Кастанедой, вследствие чего оно было обнаружено на полу веранды у обыкновенного камня. Автор пишет: «Тут я вспомнил, что дон Хуан, наверное, за мной наблюдает. Я медленно отполз к ботинку и прислонился спиной к валуну. Я хотел передохнуть и собраться с мыслями, но заснул. Я услышал над собой голос и смех дона Хуана и проснулся. – Ты нашел его, – говорил он»[424]. Человек знания волен изменять собственную физическую оболочку с помощью внутренней энергии своего астрального дубля (донья Соледад, Хосефина). Считывание информации о мире представляет собой энергетическое взаимодействие мага и предметов окружающей его действительности. Объекты и субъекты мира представляют собой энергетическую субстанцию – внутреннюю суть вещей, которая дает воину определенные сведения о них. С точки зрения Карлоса Кастанеды, информационный материал об окружающей среде воин получает с помощью собственного интеллектуального потенциала – правостороннего осознания, вбирающего в себя обусловленное опытом человеческое представление о вещественной составляющей мироздания.
Второй способ извлечения сведений об окружающем мире – левостороннее осознание заключается в магических ощущениях человека знания, основанных на энергетическом взаимодействии его астрального дубля с непознаваемой природой объектов и субъектов действительности. В главе «Право- и левостороннее осознание» книги «Дар Орла» сказано: «Правая сторона, которую он называл тональ, охватывает все, что может воспринимать интеллект. Левая сторона – нагваль – царство, черты которого неописуемы, мир, который невозможно заключить в слова. Левая часть до какой-то степени воспринимается (если это можно назвать восприятием) всем нашим телом, отсюда и его сопротивление построению концепций»[425]. Левостороннее осознание автор относит к стороне представления о вещах, которое не поддается объяснению посредством мышления конкретного индивида. Противоположное интеллектуальному методу извлечения информации – познание с помощью ощущения допустимо в случае осознания объектов и субъектов в качестве сгустков энергии определенного вида. Энергетическая субстанция как сакральная часть вещи дает воину информацию об истинной ее природе, недостижимой людям, использующим интеллектуальную трактовку значения предметов. Извлечение сведений в романе Пелевина «Бэтман Аполло» вампиром из красной жидкости имеет смежный аспект с левосторонним осознанием Карлоса Кастанеды на основе сакральности данных знаний и доступности их определенной категории индивидов. Образ кастанедовского человека знания и вампира из романа Пелевина тождественны на основе определенных магических способностей, в которые входят изменение облика и восприятие объектов, скрытых от обычных людей.
В произведении Карлоса Кастанеды «Дар Орла» представлено три «не-делания» Сильвио Мануэля. Каждое из них призвано изменить восприятие человека знания, сконцентрировав его внимание на недоступной обычному пониманию природе вещей. Концентрация внимания осуществляется с помощью игнорирования значений и свойств объектов повседневного мира и придания им новых путем мыслительных операций воина. Особое внимание заслуживает третье «не-делание» Сильвио Мануэля. Сущность этого процесса заключается в подвешивании магов к дереву кожаными корсетами, при котором люди знания должны сформировать в воздухе подобие треугольника с основанием на земле и вершиной в воздухе. Так как дерево имеет прямое отношение к земле, для создания вершины в воздухе Ла Горде и Кастанеде пришлось висеть вниз головой. Подобные манипуляции необходимы для того, чтобы вызвать у них чувства определенного характера: «Занимаясь не-деланием в подвешенном виде бесчисленное количество раз, мы испытывали могучий поток физических ощущений, подобных слабым разрядам электрических импульсов»