Ну и что? Бывает – не предусмотрел такого развития событий!
Ха! Это Кэп чего-то не предусмотрел? Да он, как шахматист, всегда продумывал все возможные варианты на десять ходов вперед. И если приказал торчать тут, то надо торчать.
Слабый всплеск за кормой катера легко мог бы напомнить нормальному человеку о томной прогулке с барышней теплой майской ночью. Но для Поручика он прозвучал как песня смерти. Старший лейтенант еще разворачивался, когда его автомат начал изрыгать огонь и свинец в сторону темного моря. А оттуда на торпедный катер уже ползли черные тени. Четыре большие надувные лодки под покровом ночной тьмы неслышно подкрались к катеру, и теперь их экипажи бросились на абордаж.
– Пираты, блин!
Поручик успел скосить длинной очередью нескольких врагов, но те полезли кучей, его автомат щелкнул разряженным магазином. Перезаряжать времени не было, на Голицына навалились человек пять, остальные бросились добивать оставшихся на катере кубинцев.
Спасательный жилет сковывал движения и мешал Поручику двигаться. А двигаться было необходимо, потому что у врагов в боеприпасах недостатка не было. Они палили не переставая, старшему лейтенанту только каким-то чудом и сверхчеловеческим напряжением сил удавалось уклоняться от их выстрелов.
Но всякому везению, как и умению, приходит конец. Как в анекдоте про солдатскую смекалку, которая в нужный момент всегда придет на помощь бойцу и подскажет: «Вот тебе и п…ц настал».
Поручик понял, что этот момент настал и для него. Он успел только отметить, что в него нацелились сразу четыре ствола. Уклониться от выстрелов он уже не мог. И никто бы не смог, это было выше человеческих сил. Разве что помолиться…
– Чтоб вас разорвало! – с чувством пробормотал он.
И презрительно сплюнул.
Палуба под его ногами дрогнула, и по глазам ударила яркая вспышка света.
Расчет пиратов, которые скрывались в трюме траулера, был безошибочным. Неожиданная атака из трюма почти достигла цели своей внезапностью. Все внимание экипажа торпедного катера было приковано к траулеру. В этот момент другая группа пиратов на четырех лодках, пользуясь темнотой, атаковала торпедный катер с тыла. Засада удалась. Почти.
Помешала сущая мелочь. На борту торпедного катера вместо нормальных людей оказались подводные спецназовцы – глубоководные водолазы противодиверсионного отряда «Кракен». Спецназ в квадрате, как называл своих бойцов начальник управления разведки вице-адмирал Старостин.
Они не были неуязвимыми суперменами, просто дело в рефлексах. Так, например, если ткнуть кулаком в морду нормальному человеку, он, скорее всего, отшатнется назад. Если успеет. Боксер же в такой ситуации уклонится вправо или влево и ответит встречным ударом.
То же и спецназ. Существуют естественная реакция и стереотипы поведения. Умный, услышав выстрелы, спрячется. Дурак, наоборот, полезет вперед и встанет на цыпочки, чтобы получше рассмотреть. И, скорее всего, получит пулю. Спецназовец делает и то и другое. То есть он и прячется, и лезет вперед. А пули посылает сам.
Как только из вонючего рыбного трюма ударил свинцовый ливень, Док и Бертолет не вздрогнули, не растерялись и не напустили в штаны, как поступил бы на их месте всякий нормальный человек. Стреляли-то пока вверх, а не в них. До того момента, когда враг полезет из трюма и сможет открыть прицельный огонь, оставалась пара-тройка секунд. Спецназовцы использовали их, чтобы найти укрытие и занять оптимальные позиции для стрельбы.
И когда пираты и в самом деле полезли, их встретил точный убийственный огонь. Напоровшись на столь жесткий отпор, пираты оставили на палубе с десяток тел и убрались обратно в трюм. Спустя еще несколько секунд к Доку и Бертолету присоединились Кэп с Малышом.
– Что тут у вас? – как бы между прочим поинтересовался Татаринов.
– Стреляли, – в тон ему ответил Док. – Ребята хамили, пришлось их немного покритиковать.
– А вот и мы! – Из машинного отделения вынырнул Марконя, за ним показался ворчащий по обыкновению Дед.
Марконя окинул взглядом поле боя и разочарованно присвистнул.
– Ну вот, мы с Дедом только в тепле подремать решили, а тут шум. А вы и без нас справились…
– Не гони коров, еще не вечер, – возразил Кэп.
И не ошибся. Сзади, с торпедного катера послышалась частая стрельба.
– Ну вот, нарвались на полноценную засаду, – проворчал Дед.
Пираты из трюма совершили вторую попытку вырваться на свободу, но были буквально сметены обратно. Кэп прикинул соотношение сил.
– Док, Бертолет, остаетесь контролировать погреб, остальные за мной!
Четверка спецназовцев рванулась на свой торпедный катер. Но у борта им пришлось столкнуться с запаниковавшими кубинскими матросами, которых пытались сдерживать Фидель и Лопес.
И тут случилось невероятное. Палуба торпедного катера «Хувентуд» вспучилась, из образовавшейся пробоины ударило пламя, грянул гром. Пробоина превратилась в трещину, которая тут же протянулась от борта до борта. Бедный старый деревянный катер буквально разорвало пополам. И обе половины, медленно вращаясь, стали погружаться в темную воду.
Но бой еще не был закончен. Услышав мощный взрыв, пираты из трюма расценили его как новую атаку своих соратников и совершили очередную вылазку. По плотности и интенсивности огня спецназовцы поняли, что Доку и Бертолету нужна помощь. На этот раз с пиратами расправлялись без малейшей жалости. Наконец их попытки вырваться из трюма прекратились.
– Эй! – послышался голос снизу. – Мы хотим говорить с командиром.
– Мне с вами не о чем говорить, – прогремел в ответ Кэп.
– Если обещаете сохранить нам жизнь, мы сдадимся! – прокричали из трюма.
– Обещаю кинуть гранату! На счет «три»! Раз! Два! – Кэп не шутил, сейчас он способен был порвать пиратов просто руками.
Снизу послышалось:
– Мы выходим, не стреляйте!
И из рыбного трюма снова показались враги. Но на этот раз они вылезали без оружия. Выбравшись на палубу, сразу поднимали руки вверх и покорно отходили к левому борту. Их было восемь, из них двое раненых. Татаринову стоило немалых трудов удержать своих бойцов от расправы. Да и кубинцы, при их горячем темпераменте, явно горели желанием перерезать пленным глотки. Кэп отозвал Деда и Лопеса как самых опытных и серьезных и поручил им запереть пленных в кубрике.
Малыш просто кипел от праведной ярости. Кэпу даже пришлось сделать ему замечание:
– Ты спецназовец или базарная баба?
– Но они… Поручик… Там! – У Малыша не хватило сил связно изложить свое возмущение.
Кэп его понимал.
– Если Поручик жив, мы его найдем. Но для этого я должен быть спокоен за пленных. Мы должны их допросить, ты это понимаешь? Тут творятся какие-то непонятные дела. Мы попали в хорошо подготовленную засаду. Кто и зачем ее устроил, с чьей помощью? А ты хочешь перестрелять их и покидать за борт. На это ума не надо.
Малыш немного поворочал мозгами, а дураком он не был, и признал правоту командира. Кэп решил дожать его.
– Иди и карауль их. За наших я спокоен, но среди кубинцев может оказаться предатель. И он захочет, чтобы мы ничего не узнали. Поэтому пленных надо охранять. А Поручика сейчас будем искать. Ты его знаешь – если живой, выберется.
Малыш осознал всю важность возложенной на него задачи и выпрямился. Насчет предателя среди кубинцев Кэп, конечно, малость загнул. Но предатель был, иначе пираты не получили бы такой точной наводки. С другой стороны, кому и зачем нужно было нападать на какой-то торпедный катер? Все это предстояло узнать.
А сейчас на повестке дня стояла спасательная операция. На траулере не нашлось ни одной шлюпки. Дед запустил двигатель на самых малых оборотах и осторожно повел траулер через плавающие вокруг обломки катера и разорванные в куски надувные лодки.
Траулер тоже пострадал от взрыва, но не сильно. Спецназовцы и оставшиеся в живых кубинцы свешивались с обоих бортов, высматривая людей на темной поверхности воды. Им удалось вытащить на палубу троих кубинских матросов и одного пирата. Но Поручика среди них не было.
Между тем ветер посвежел, волнение усиливалось с каждой минутой.
– Рановато в этом году начинается сезон штормов, – встопорщил колючие усы унтер-офицер Лопес. – Совсем природа взбесилась. Как и люди, – добавил он.
Кэп кивнул.
Тут Лопес произнес то, что боялись сказать все остальные:
– После такого взрыва никто не мог остаться в живых, этих-то чудом удалось подобрать. Шторм приближается. Надо уходить.
Собравшиеся на палубе матросы и спецназовцы не произнесли ни слова. И в глаза друг другу старались не смотреть. Смотрели в черные волны, словно надеялись на чудо. Но чуда не случилось. Кубинцы прощались с товарищами. От их экипажа осталось четверо матросов и Лопес с Фиделем.
– Сделаем еще круг и уходим, – дрогнувшим голосом сказал Кэп.
Дед нахмурился и переложил штурвал в поворот.
Захваченный траулер тарахтел мотором, переваливаясь с волны на волну. Кэп вел судно к ближайшей земле. Это был остров Сан-Сальвадор, известный также как остров Вейтлинга – первый остров, который встретил Колумб во время своего первого исторического плавания. Все молчали, подавленные случившимся.
Рация на траулере оказалась исправна, впрочем, как и все прочие механизмы. Принятый сигнал бедствия оказался ловушкой. Марконя настроил рацию на нужную волну, и Кэп смог связаться с вице-адмиралом Старостиным. Он вкратце доложил о происшествии. Тот ответил не сразу.
– Как думаешь, с какой целью они на вас напали?
– Есть несколько версий, – ответил Татаринов. – Это могут быть пираты. Здесь, конечно, не побережье Сомали и не Малаккский пролив, но тоже места горячие. Собственно, пиратство тут существует пятьсот лет и никогда не прекращалось. Корабли постоянно пропадают, но поскольку регион держится на туризме, никто не поднимает шума, чтобы не отпугнуть публику.
Старостин прокашлялся: