Семенов сам себе удивился, как быстро разрешились все его проблемы. Он даже в комнату смог войти.
Действительно, кто здесь может быть? Какие привидения в двадцать первом веке в Москве? Их давно уже всех выловили. А кого не поймали, тот сам от испуга убежал. Вот так-то!
День был воскресный. Родители с утра ушли по магазинам, дома никого не было. Коля сходил в библиотеку (без приключений), сдал брошюрку по средневековым суевериям (хватит забивать голову ерундой, теперь он будет читать только правильные книжки), покопался на пыльных полках, нашел толстенный том Достоевского с подозрительным названием «Бесы».
«Небось опять чертовщина», – с опаской подумал Вафел и взял другую книжку, с более миролюбивым названием, – «Братья Карамазовы». «Идиота» он тоже брать не стал, вдруг там про сумасшедший дом. Ему только психов в снах не хватает.
В глубокой задумчивости Коля отправился в обратный путь. У подъезда он остановился около фонаря, пытаясь представить, где вчера мог стоять ночной незнакомец. Встав под фонарным столбом, Семенов нашел глазами свое окно. Оттуда на него смотрело круглое лицо Вениамина. Как только их глаза встретились, занавеска дернулась, и великий маг исчез. Коля несколько раз моргнул и снова посмотрел на окно. Теперь он увидел, что на подоконнике в полный рост спиной к нему стоит девушка в белом и что-то пытается разглядеть в его комнате. Одну руку она положила на стекло и пальцем в задумчивости выводила на нем кружки и черточки.
Коля закрыл глаза. В ушах шумело море и кричали чайки.
Коля открыл глаза. Окно его комнаты было распахнуто, занавеска шевелилась от легкого ветерка.
Если бы Вафел был не Вафлей, а более сообразительным человеком, он бы уже бежал на третий этаж и пытался выяснить, что происходит в квартире. Но Колю потому и прозвали Вафлей, что он немного тормозил. Около своей квартиры он оказался, когда внутри уже никого не было. Пока Семенов не спеша переобувался, шаги протопали на лестничной клетке. И только в окно он успел заметить, что из подъезда выбежали двое – один низенький, толстый, в черном развевающемся плаще, а второй высокий, худой, с проплешиной на макушке. Коля задумчиво проводил взглядом загадочную парочку.
«Наверное, показалось», – подумал Вафел, проходя в свою комнату. Для себя он решил не придавать особого значения всему происходящему, пока лично не убедится в его реальности.
В комнате все было перевернуто вверх ногами. Книжки и вещи валялись на полу, кровать распотрошена. Здесь что-то искали, в спешке переворачивая все, что попадалось под руку.
Коля сделал шаг назад, закрыл дверь, задержал дыхание, сосчитал до десяти и шагнул обратно в комнату. Посредине стоял белый конь. Недоверчиво фыркая, он обнюхивал лежащие на полу книги. На спине коня сидела девушка, ее белый балахон был перетянут поясом, из-за которого торчали два массивных старинных пистолета. Ничего не говоря, девушка легким движением вытащила один пистолет, щелкнули взводные механизмы, чиркнул кремень, зашипел, разгораясь, огонек.
Коля успел снова выпасть из комнаты, даже дверь прикрыл, когда грянул выстрел. Вздрогнули комнатные перегородки, дверь сотряслась, в ней появилась здоровенная дыра. Сквозь грохот Вафле показалось, что он слышит топот копыт.
В комнате стоял едкий запах чего-то горелого. Ни коня, ни девушки уже не было. На всякий случай Коля пощупал валявшиеся на полу вещи. Да, это были его вещи. Значит, все на самом деле. «Летучий Голландец» есть, и маг Вениамин тоже.
Маг!
На полу среди разбросанных книг виднелся яркий рекламный листок. «Снятие сглаза, порчи…»
Коля так спешил, что чуть в тапочках не вышел на улицу. Уже на первом этаже он вспомнил, что нужно переобуться, и вернулся в квартиру.
В подъезде он на всякий случай огляделся. Никаких девушек с конями. Впрочем, как и мужчин с плащами.
К дому Вениамина Вафел шел окольными путями, сделал несколько пересадок на троллейбусе, три остановки прошел пешком по многолюдному проспекту и только потом свернул в тихие дворы.
На двери, ведущей в полуподвал, где обитал Вениамин, мальчика встретила большая табличка: «Приема нет».
Семенов вышел на улицу. Ему даже в голову не могло прийти, что за дверью с табличкой «Приема нет» может находиться сам Вениамин.
Коля без надежды посмотрел на окна низенького пятиэтажного дома. Вокруг ходили люди, довольные жизнью, они смеялись, разговаривали, договаривались о встречах, обсуждали последние события. Им было хорошо и весело. Одному Вафле было тоскливо и грустно.
Вот бегут две девчонки, таща за собой на поводке карликового пуделя. Вот старушка на лавочке отчитывает карапуза. Вот кругами носится дворняжка. Вот мужчина несет букет цветов.
А Коля продолжал сидеть на лавочке, не в силах встать и уйти.
Хлопнула дверь подъезда.
Сначала во двор выбежал высокий худой дядька с проплешиной, за ним, подпрыгивая, семенил Вениамин.
– Не уходи! – бросил он в спину худому. – Я все исправлю, вот увидишь!
– Ты уже исправил, – буркнул тот. – Хватит! Я не мальчик, чтобы бегать по дворам.
– Орор, ты не справишься один. Ты не понимаешь, с чем столкнулся. Я же тебе говорил, так делать нельзя.
– Плевать! Я даже заниматься этим не буду. Ты заварил кашу, ты и расхлебывай.
Продолжая ругать друг друга, они вышли со двора. Коля еще минуту посидел, удивляясь своему везению, и медленно направился к подъезду.
Они ушли, но скоро могут вернуться. А если попробовать проникнуть в жилище Вениамина?
Вафел хорошо помнил, что вчера их с папой в прихожей встретил молодой человек, задал несколько вопросов и лишь потом пропустил в комнату к колдуну. Правда, когда они уходили, вернее, убегали, молодого человека нигде не было. А если сейчас он там сидит? У него же можно что-нибудь спросить…
Коля с недоверием покосился на табличку «Приема нет» и утопил кнопку звонка. За дверью что-то крякнуло, но никто не отозвался. Для верности Семенов постучал. Нет ответа.
Что делать дальше, Вафле в голову не приходило. За Вениамином бежать было уже поздно, двери вскрывать он не умел, из разговора ничего не понял – неудачная складывалась картинка.
Коля решил немного посидеть на лестничной клетке, в надежде, что Вениамин скоро вернется. К двери в магическую лабораторию колдуна спускалась лесенка с десятью ступеньками. Вафел дошел до квартир на первом этаже и остановился.
Мимо несколько раз прошли люди. А потом сверху стали медленно спускаться, на каждом шагу цокая каблучками. Поначалу Семенов не придал этому значения. Идут – и идут. Мало ли бабушек живет на пятом этаже. Но потом его внимание привлекло цоканье. Если бабушка, то почему на каблуках. А если не бабушка, то почему так медленно. Как будто каждый шаг давался спускающемуся с трудом.
Вафел встал. Незнакомой старушке оставалось пройти два пролета. Коля по стеночке сошел к выходу. У подъезда было две двери: одна внутренняя со стеклянной вставкой, другая внешняя, ведущая на улицу. Коля встал за первую дверь. Вставка у нее была не из обыкновенного стекла, а из фигурного, так что за ним все казалось расплывчатым и нереальным. Спускающийся оказался большим и белым. Он постоял на нижней площадке около выхода. И вновь раздалось цоканье. Незнакомец направился к Вениамину.
Семенов приоткрыл дверь и в образовавшуюся щелочку успел заметить, как в двери с табличкой «Приема нет» исчезает белый покатый зад лошади с коротко подстриженным хвостом. С улицы раздались поспешные шаги, распахнулась входная дверь, чуть не задев притаившегося в крошечном предбаннике Колю. Хлопнула вторая дверь, шаги прошуршали по лестнице вниз, повернулся в замке ключ.
Снова выглянув в щелочку, Вафел увидел раскачивающуюся табличку.
Он вернулся!
Коля сбежал по ступенькам и, не помня себя от волнения, толкнул дверь. Она оказалась не заперта. В прихожей никого не было. В помещении, где вчера Вениамин принимал посетителей, тоже. Только черная штора, разделяющая комнату на части, шевелилась. Значит, великий маг и колдун находился там.
В комнате все было так же, как и вчера. Ящики, книжки с непонятными названиями – слова читались, но что они означали, было неясно. На столе лежала открытая книга.
За черной шторой что-то падало, потом там загорелся неяркий свет. Штора сама собой распахнулась, пропуская Вениамина, в руках у него была колба с пляшущим пламенем. В полутемной комнате четко обозначались тени. Коля машинально отступил за ящики, оказавшись в неосвещенном уголке.
Бормоча себе под нос, маг поставил колбу на стол рядом с открытой книгой. Мелом на полу начертил круг. Из кармана достал пакет с порошком, высыпал его на ладонь, часть разбросал вокруг себя, а остаток бросил в колбу. С треском пламя взметнулось вверх и тут же опало. Вениамин уперся руками в раскрытую книгу и, шевеля губами, стал по ней беззвучно читать. Пламя замигало, наклонилось в сторону, вздохнуло и начало расти. Это уже был не слабый огонек, а высокий белесый столбик, ярко освещающий комнату.
Когда из угла, где прятался Коля, совсем исчезла тень, Вениамин оторвался от книги и поднял руки над головой.
– Призываю! – медленно произнес он.
Из-за коробок с противоположной стороны от Семенова выехала девушка на белом коне и остановилась как раз в центре круга.
Великий маг и колдун дернулся, прижал к груди раскрытую книгу.
– Призываю! – икнув, прошептал он.
– Дальше что? – грубо оборвала его девушка.
Вениамин сглотнул и попятился к шторе.
– Изыди! – Маг слабо махнул рукой в сторону ведьмы, перешагивая начерченную им линию.
Девушка расхохоталась, запрокинув голову.
– Ты сначала разберись со своими желаниями, а потом принимайся за дело. То «призываю», то «изыди». Одно из двух.
– Убирайтесь из этого мира в свой, – завопил Вениамин, прикрывая голову книгой.
– Не пойдет, – мотнула лохмами Магда. – Я как раз зашла к тебе сказать, что мы не собираемся никуда отсюда уходить. Здесь гораздо лучше, чем болтаться между штормами у мыса Доброй Надежды. – Она с любопытством посмотрела на мага. – А тебя тяжеловато было найти, если бы не мальчишка…