– Отражения от волоконец, да, похоже.
Люди и силы стояли, сбившись в кучку. В большую каюту медленно, скользящей походкой вступили Птицы. Остановились. Огромные чужаки нависли над пленниками и издали серию длинных упорядоченных гогочущих звуков.
– Что они говорят? – спросил шепотом Терри.
– Приветствие посетителям. Но посетителям низшего ранга, которые о том в ответ заявить должны.
– Заявить? – переспросила Ирма тоже шепотом. – Как?
Кверт обратился к другим силам с быстрым журчащим вопросом. Те ответили коротко, негромко, отрывисто.
Кверт посмотрел на людей. Его морда сморщилась, обретя сухое спокойное выражение.
– Силы не заявят, и вам не надо.
– Хорошо, – ответил Айбе, остальные кивнули. Не надо им почестей, но и унижаться не заставят.
Клифф изучал пронзительные птичьи глазки особей Народа, которые сложно было с чем-то перепутать: крупные, но сейчас полускрытые за тяжелыми веками, сжатыми в щелочки. Зрачки большие и черные, радужки ярко-желтые. По ту сторону глаз что-то происходило. Клиффу показалось, что Птицы неторопливо, задумчиво оценивают группу людей и силов. Высокие пернатые чужаки покачивались на здоровенных задних лапах и хвостах, жестикулировали, перешептывались, не сводя взоров с пленников. Клиффа пронзило неприятное ощущение опасности, но совершенно особое, взывавшее к примитивным рефлексам. Ноздри его непроизвольно раздулись, он автоматически принял стойку готовности к драке – сжал руки в кулаки и упер в бедра – и смело встретил взгляды чужаков.
Три Птицы стояли посередине каюты с розовыми стенами, похожими на стенки кишечника. Представителей Народа окружали многочисленные адъютанты, а еще некоторое количество слуг разбежалось по неведомым делам. Были эти создания низкорослы и шестилапы, с плюмажами на головах; они таскали какие-то тяжести и сновали среди розовых мясных стен с неутомимой энергией. Вокруг Птиц все время что-то происходило, а сами они двигались медленно, словно скользили на коньках. Клиффу это напомнило странный парад вокруг трех крупных, устрашающих флагманских кораблей.
– Ирма! Клифф!
Внезапно появилась Тананарив Бэйли. Выбежав из-за Птиц, она устремилась к людям. В этом странном месте любого друга встретить было словно дар небесный. Тананарив кинулась им в объятия, они все стали наперебой ее приветствовать. Клиффу она показалась жилистой, подтянутой, как гимнастический снаряд в людском обличье; под кожей на лице отчетливо проступали кости черепа. Ирма громко рассмеялась:
– Наконец-то женская компания!
Они все засмеялись, долго, счастливо. Стали перебрасываться шутками-прибаутками.
Самая большая Птица издала долгую громкую трель, прервав их веселый треп. Люди поглядели в желтые глазищи чужака.
– Они говорят, что вы им нужны, – перевела Тананарив, – но я никогда не могу сказать наверняка, искренни ли они.
– Их небесная рыба попросту заглотила нашу, – сказала Ирма. – Я подумала, нам каюк.
– Это лучше, чем безнадежная драка, – сказал Терри. – Но да, мы в плену.
Клиффа наконец охватило осознание событий последнего беспокойного и безнадежного часа бегства. Он долго скрывался, возглавляя отряд, чудом ускользал от новых и новых ловушек… и надо ж было так быстро угодить в плен. Их проглотили одним махом: ушат холодной воды по разгоряченному самолюбию.
Он открыл было рот для ответа, но ничего не придумал. Остальные все еще радовались встрече с Тананарив, не вполне понимая последствия.
– Возможно, они хотят переговоров? – сказал Клифф, сам себе не слишком веря.
Тананарив ответила:
– Они получили приказы от кого-то вышестоящего – захватить вас, и точка. Они следили за вами с тех самых пор, как вы вошли в контакт с этими Ледоразумами, или как бишь их. Им долго пришлось за вами гоняться. Птицы большие, по туннелям подповерхностной структуры Чаши они лазить не станут. Они постоянно ноют, что приходится пользоваться транспортными аппаратами, не рассчитанными на их расу.
– А что происходит? – спросил Айбе.
– Они в затруднительном положении. Не знаю почему.
Тананарив подошла к Птицам и представила Асенат, Мемор и Бемора. Некоторое время ушло на разъяснения, что у Мемор и Бемора, в сущности, одинаковый геном, что они вроде разнополых дизиготных близнецов, но что Бемор каким-то образом усовершенствован и занимает более высокий общественный пост.
– Он говорит с Ледоразумами. А это Асенат… – Тананарив мотнула головой в сторону высокой Птицы с резким колючим взглядом и нетерпеливо шелестевшими густыми перьями. – Старшая Мудрица. – Она передернула плечами. – Насколько могу судить, она руководит операцией.
Воспоследовало еще несколько сеансов перевода, поскольку Мемор настояла, чтобы ее представили полным титулом Уполномоченной Астронома-Дальновзорки, а Бемор, заслышав это, ввернул свой титул Изыскателя и Тайного Посланника к Ледоразумам. Тананарив шепнула:
– Вы постарайтесь время от времени вставлять их титулы в свою речь; им это по нраву.
Клифф наблюдал за огромными чужаками в смешанном свете звезды и Струи: в этих высоких широтах сияние двух источников изливалось на пол мясной каюты сверкающим беловато-желтым маслом. Асенат прогромыхала:
– Наконец-то вы попались. Первым делом вы поможете нам приготовить ответное послание тем, кого вы называете глорианцами, и начать обманный маневр.
Земляне покосились на Клиффа. Он увидел, как здоровенная башка Асенат склоняется к ним, словно прислушиваясь. Клифф заподозрил, что это просто угрожающий жест, и решил не обращать внимания – единственная разумная стратегия.
– Обманный маневр?..
– Глорианцы полагают, будто это вы, приматы, управляете нашей Чашей и пилотируете ее, – прогромыхала Асенат. – Они введены в заблуждение нашими траекториями и решили, что Чаша направляется к ним от вашей родной планеты.
– Странно. И что? – Клифф решил пока притворяться тупицей. Столько всего происходило кругом, что было и вправду тяжело понять. Нужно поговорить с Тананарив и собраться с мыслями. Эти Птицы через посредство Тананарив уже общались с Редвингом – интересно, добились чего-нибудь?
Перья Асенат налились красным и розовым; голова опустилась еще ниже. По-англишски инопланетянка говорила отрывисто, грубо. Возможно, лишь недавно научилась языку, а может, коверкала речь специально.
– Разумеется, мы летим к одной Цели, имя ей Глория. Много тысяч оборотов, сходные цели у разных видов. Единственная загадка: почему вы, на своем простеньком, хотя и умело стачанном кораблике, дерзнули взыскать статуса, обещанного глорианскими технологиями.
Клифф пожал плечами и посмотрел на Тананарив; та тоже пожала плечами.
– Обещанного?
– Гравитационные сигналы. Это ведь они вас приманили?
– Не совсем. Мы летим на Глорию, потому что там биосфера вроде нашей. Нам подходят тамошние уровни кислорода, водяного пара, биогеохимический цикл водорода. И никаких признаков технологии. Никаких примесей странных элементов в атмосфере. Никаких ЭМ-сигналов. Вообще никакого трафика. Такой была наша планета тысячи лет – оборотов, по-вашему? – назад. – Клифф развел руками, надеясь, что Птицы правильно истолкуют этот жест как признание очевидного.
Асенат недовольно зашуршала перьями, фиолетовыми и алыми:
– Ваш корабль принял сообщения глорианцев, и вы продолжаете делать вид, что не поняли?
– Чего не поняли?
– Глорианцы, как вы их называете, относятся к Августейшим.
– В смысле?
– Они не удосужились ответить на наши электромагнитные сигналы за много мегаоборотов. Ни разу. Ни на каких частотах. Они Августейшие Отшельники.
– Ну, это о любой скале можно сказать.
– Высокоразвитые общества этой галактики общаются между собой по каналам связи, предназначенным для Августейших, и вы, юные расы, не в состоянии обнаружить их. – Асенат пошелестела крыльями, придав им синевато-белый оттенок яичной скорлупы. – И, что более важно, сигналы эти обладают высочайшей плотностью упаковки информации, так что вы, юные виды, даже ответить на них не сможете.
– Мы приняли гравитационные волны оттуда, незадолго до отлета с Земли, – согласился Клифф. – Но они не были похожи на сигналы, просто шум какой-то.
– Так думают юные цивилизации, – сказал Бемор, стоявший рядом с Асенат. – Мы же…
Внезапно три Птицы замолчали, Бемор застыл, не закрыв клюва. Повисла тишина. Желтые глазищи уставились в пространство.
Кверт скользнул к Клиффу и прошептал:
– Другие голоса слышат.
– С ними уже такое происходило, – сказала Тананарив, – они откуда-то сигналы принимают. Давайте не будем времени терять. Какая у нас стратегия?
– Птицы что-то задумали, – сказал Айбе, – они явно хотят нас как-нибудь использовать. Хотел бы я знать, что они сейчас слушают.
– Слышат они то, что мы, силы, явили миру, – сказал Кверт. – Поведали. Древнюю правду раскрыли мы.
– Как? – спросила Тананарив.
– Народ управляет электромагнитными каналами Чаши. Потому силы зданиями знаки подают. – Негромкая текучая речь Кверта звучала загадочно.
– Эти вот деформированные дома, которые вы возводили на наших глазах? – спросил Клифф. Он вспомнил, как стремительно отстраивался после бомбежек город силов. Вот растущая из руин арка взметнулась параболой к небу, вот бежевые опорные стены поднялись из того, что казалось грудой липкого грязного пластика. Деформировались и принимали новую форму балки, продолговатые окна проявлялись из грубого субстрата; все хозяйство питалось от солнечных батарей. Силы придавали новые черты всему своему городу, словно формовали стеклянные изделия из расплава: элегантные мостики и арки, изящные шпили.
– Вы подаете сигналы своими городами? – спросила Ирма. – Как?
– Город всем по Чаше виден. Другие знают, как смотреть. Получают сообщение. – Полное спокойствие облекло гуманоидного кота, словно незримая вторая шкура.
– А что это за сообщение было?
Кверт медленно оглядел собравшихся с таким видом, словно у него с плеч наконец свалился тяжкий груз. Поведя мордой из стороны в сторону, он проговорил: