В августе 2004 года тогдашний премьер-министр Японии Дзюнъитиро Коидзуми во время выборов в Верхнюю палату парламента сказал: «Я приложу все усилия, чтобы стать популярным, как Йонсама» (почетное прозвище Пэ в Японии).
Как сумасшествие по Пэ настолько вышло из-под контроля? По ряду причин японские женщины находят много культурных стереотипов во внешнем облике актера. Сценаристов Юна и Кима поначалу озадачил подобный успех шоу в Японии, хотя у них нашлось несколько теорий о том, почему так произошло. Ким предположил: «Японские женщины думают, что корейские мужчины добросердечные, поэтому можно на них рассчитывать». Юн добавил: «Они думают, что корейские мужчины романтичны и защищают своих женщин. У Пэ лицо, которое не встретишь в Японии: мужественное, но доброе».
«Зимняя соната» – образцовая корейская дорама. Она сосредоточена на ностальгии и святости памяти, даже в буквальном смысле (амнезия у главного героя). Идея, что мир, в котором прошлое, некоторым образом, важнее будущего, идет наперекор представлениям Нового Света. Сюжеты вращаются вокруг детской невинности, семейной драмы и громкого плача.
Плач, как мужчин, так и женщин, является одним из основных элементов корейского сериала. К нему подключается и корейский хан, и национальная особенность зацикливаться на страданиях.
По сравнению с другими дорамами, в «Зимней сонате» меньше всего хана. Но в ней говорится о фатальности судьбы и тонкости человеческой природы.
«Зимняя соната» начинается с кадров времен старшей школы, когда главный герой Джун Сан впервые встречает свою возлюбленную Ю-джин. Словно мистер Дарси из «Гордости и предубеждения», который избегает привязанностей, Джун Сан ведет себя ассоциально и холодно со всеми, кроме одного ученика, который по секрету является его сводным братом. Но парень даже не знает, что относится к семье Сана.
У Джун Сана шикарные волосы. Он гений в математике. Как только Джун Сан и Ю-джин собираются встретиться в канун Нового года, мать героя объявляет, что они переезжают в Соединенные Штаты. Немедленно. Прямо сию секунду.
По пути в аэропорт Джун Сана сбивает машина. На следующий день в школе его объявляют погибшим.
Очевидно, что Джун Сан на самом деле не мертв, иначе бы сериал быстро закончился. Но из-за аварии он теряет память. В предфинальные пять минут Джун Сану делают срочную операцию на мозге, он слепнет и вспоминает, кем была его школьная возлюбленная.
Влюбленные воссоединяются. За все серии пара главных героев целуется только дважды, с закрытым ртом.
Учитывая, что корейцы живут под постоянной угрозой вторжения и ядерного уничтожения с севера, удивительно, что у корейского телевидения не было своей собственной шпионской дорамы вплоть до появления популярного сериала «Айрис» (2009). Это сериал о вымышленной секретной корейской структуре, которая занимается не менее секретной террористической организацией под названием «Айрис». Шоу стало настоящим хитом по всей Азии (по-видимому, даже в Северной Корее, попав туда путем контрабанды).
Чон Тхэ Вон, глава носящей его имя компании Taewon Entertainment, является создателем «Айрис». Он настолько требователен в работе, что один из его сотрудников сравнил съемочную площадку Чона с «кладбищем уволенных актеров». Даже прозвище у Чона было «Ким Ир Сен», в честь покойного северокорейского диктатора.
Когда я встретила его в апреле 2013 года, он мне напомнил Юлия Цезаря. У него круглое, серьезное, лицо, задумчивый взгляд и припухшие глаза – последнее, конечно, связано с тем, что он не спал и не ел должным образом в течение нескольких месяцев. Его походка уверенная и, не побоюсь этого слова, царственная. Даже накинутое пальто в пол смотрелось на нем, словно имперский плащ.
Мы встретились в гольф-клубе в городе Квачхон, недалеко от Сеула, где Чон снимал девятнадцатый эпизод второго сезона «Айрис». В продолжение был взят за основу формат американского сериала «24 часа», где игру в «кошки-мышки» в реальном времени растянули на весь сезон. Дорама отображает экстремальную действительность, которую вы больше нигде не встретите. Ведь Южная Корея граничит с самой взрывоопасной страной на Земле. «Корейцы считают шоу «Айрис» очень реалистичным, – сказал Чон, – и даже для иностранцев Северная Корея представляется настоящей угрозой. Мы точно не знаем, что произойдет завтра. Северокорейцы – бандиты. Они продолжают угрожать миру. И не время от времени, а еженедельно. Уже в «Айрис-2» Южная Корея осознает, что не способна ответить на северокорейские запугивания. Страна жаждет ядерного оружия, чтобы соответствовать Северу».
В то время как Соединенные Штаты и Великобритания не могут обойтись без показа реальной работы полицейских в своих телевизионных шоу, самым известным примером которых является «Закон и Порядок», южнокорейская аудитория хочет больше знать о личной жизни персонажей. «В корейском ТВ-сериале обязательно должна быть любовная история, – с легким отвращением произносит Чон. – Мощная, глубокая, грустная, с тревожным концом. И это затрудняет дело. Потому что, с одной стороны, я снимаю сериал о шпионах, заложниках и стрельбе, а с другой стороны, я обязан вести еще и любовную линию. Это так утомительно! Но корейская телевизионная аудитория в основном состоит из ajoomas (аджумы) – домохозяек среднего возраста. А они голосуют с помощью пульта. Так что, если я не смогу привлечь их внимание, мне будет очень сложно поднять рейтинги».
Несмотря на успех корейских шоу как внутри страны, так и за рубежом, Чон считает, что до сих пор существует много ограничений, которые мешают создателям телешоу проявлять свою креативность по полной. Шоу длиной шестьдесят две минуты по закону должно включать вплоть до тридцати двух рекламных роликов. Каждый из них длится пятнадцать секунд. Реклама не распределена равномерно на протяжении серии, а обычно сгруппирована в длинные рекламные блоки, что приводит к утечке зрителей в течение эфирного времени любого шоу.
Кроме того, телеканал берет себе все поступления от рекламы и только частично финансирует ими программы. Для «Айрис-2», например, телеканал выделил три миллиона американских долларов. Остальные двенадцать миллионов должны были поступить из внешних источников. Что означало, что Чон приходилось идти на крайнее унижение – скрытую рекламу.
«В американских ТВ-шоу тоже существует подобная реклама», – сказала я, пытаясь поддержать его, чтобы он почувствовал себя хоть немного лучше. Но Чон покачал головой. «Это не одно и то же. На американском телевидении такая реклама не настолько очевидна. Тогда как в «Айрис» рекламируемые продукты бросаются в глаза и некоторые из них просто никак не вяжутся с происходящим.
Например, Kia является одним из наших крупнейших спонсоров. Поэтому все персонажи в сериале ездят на Kia, независимо от того, откуда они: Южная Корея, Северная Корея или Европа.
Нам пришлось отправить модели Kia K5 и K7 на самолете в Венгрию, чтобы во время съемок там актеры сидели за рулем автомобилей данной марки».
Он продолжил: «Нашим вторым крупнейшим спонсором стал Samsung. А значит, все в сериале используют только их телефоны, даже северокорейцы, даже в качестве шпионской камеры. Кроме того, в «Айрис» не планировалось ни одной сцены с велосипедом, но электрический велосипед от Mando мы должны были показать четыре раза за двадцать эпизодов». Корень проблемы, по словам Чона, заключается в том, что национальные телевизионные каналы все еще имеют слишком много власти и не вкладывают много денег в шоу, которые «не следуют их правилам».
В дополнение к скрытой рекламе Чону пришлось торопиться со съемками, чтобы продать дораму за границу. К тому моменту сериал еще не успели закончить. Но риск оправдал себя: «Айрис- 2» продали Японии за шесть миллионов долларов, что составило более одной трети бюджета.
Чтобы увеличить прибыль, Чон создал мультимедийную развлекательную феерию – типичный и популярный для Кореи формат развлекательной компании. Теперь «Айрис» – это видеоигра и живой концерт, с которым артисты гастролировали только в Японии.
На концерте «Айрис», вышедшем в эфир в 2010 году, ведущие актеры одноименной дорамы пели одну или две песни. В нем участвовал и Ли Бён Хон, звезда голливудских боевиков, таких как «Бросок кобры» и «Рэд-2». Затем K-pop-группа Big Bang исполнила саундтрек к сериалу. Немного пиротехники, звуковое и световое шоу, реконструкция сцены погони в стиле Вестcайдской истории с реальными и довольно опасными трюками на сцене. Но самое важное, звезды «Айрис» выразили свою искреннюю благодарность фанатам на смеси корейского и японского языков. Концерт получился по-настоящему сногсшибательным.
Чон лучше всех знает, насколько важна Халлю. До того как стать телевизионным продюсером, он работал концертным промоутером: сначала в Лос-Анджелесе, затем в Сеуле. Он отвечал за привлечение таких исполнителей, как Селин Дион, МС Хаммер и Майкл Джексон в Корею. В те времена договориться с агентами известных исполнителей было практически невозможно. «Меня спрашивали: «А где находится эта Корея?» – вспоминает Чон.
Теперь уже никто не спрашивает его об этом.
Как показывает пример Чона, Халлю может быть двигателем и национальной стратегией, но историю все равно творят великие люди. В конце концов, самый большой вклад в распространение корейской поп-культуры всегда вносили отдельные творческие личности с их талантом и особым видением. Если говорить о дорамах, то здесь великими мужчинами (и женщинами) можно назвать создателей таких шоу, как «Зимняя соната» и «Айрис». А что касается фильмов, на мой взгляд, великими являются режиссер Пак Чхан Ук («Олдбой», «Порочные игры») и скромный госслужащий, профессор, о котором вы никогда не слышали, Ким Дон Хо.
– 11 —Корейское кино: путь от мусора до Канн
Как и многие, кто вырос в Сеуле в мое время, я не любила ходить в кино на корейские фильмы. До начала 90-х годов крутили фильмы лишь нескольких жанров: шаблонные и низкопробные полицейские драмы, слезливые истории про несчас