тране, ведущие к обнищанию народа. Грядет 500 %-ная инфляция и 10-кратное повышение цен. Гиперинфляции сопутствует гиперворовство и гиперразворовывание великой России. Во главе государства стоят бывшие специалисты в области социалистической экономики и научного коммунизма. Этим людям неведомо чувство греха и стыда. «Прыжок в рынок без учета национальных особенностей есть прыжок в пропасть». Единственный выход сегодня – введение чрезвычайного экономического положения. Необходимо немедленное снижение налогов тем, кто производит, а не поощрение тех, кто перепродает. «Невиданная коррупция, – сказал Руцкой, – проникает в высшие эшелоны власти. Я в ближайшие дни проинформирую об этом». Но едва вице-президент провозгласил отказ от возвращения тоталитарного коммунистического рая, молодые люди в униформе стали его захлопывать. Выступив, Руцкой покинул Конгресс, т. к. шум вокруг людей, окружавших Васильева, становился все громче и громче, так что очередной оратор – лидер Республиканской национал-патриотической партии Н.Н.Лысенко уже не мог говорить. Несколько человек громко скандировали: «Слово – Васильеву!» Ведущий заседание В.Аксючиц объявил перерыв, длившийся более двух часов. Видимо, он потому не пригласил на Конгресс Васильева, что «Память» к тому времени благодаря либерально-еврейской прессе считалась одиозной, антисемитской организацией, и Аксючиц был озабочен «имиджем» Конгресса в глазах демократов. Тем более, что он всегда подчеркивал, что он и его РХДД – «просвещенные патриоты». Весь перерыв шли переговоры Аксючица с Васильевым. Последний требовал внеочередного выступления. Наконец, было решено дать слово руководителю «Памяти», но прежде все-таки дать возможность Николаю Лысенко (в прошлом активисту питерской «Памяти», отколовшемуся от Васильева) закончить свое выступление. Лысенко подверг резкой критике «предательский, антирусский, проамериканский курс Ельцина – Гайдара», а также преступную ленинскую политику с ее пресловутым правом племен и народностей на отделение. В итоге русская нация сегодня – самая нищая. «На полтора миллиона человек в год вымирает русский народ». Лысенко призвал все национально мыслящие силы к единству. Выступивший затем Д. Васильев призвал не эксплуатировать страх, напомнил, что марксизм пришел с Запада, упомянул о масонстве и рассказал о деятельности своей организации. Сразу после своей речи он покинул зал. Дальше шли более спокойные выступления. Прибывший из Германии И. В. Огурцов призвал искать политических союзников и на Западе, где тоже есть трезвомыслящие люди. Игорь Вячеславович тогда еще жил в Мюнхене, но на такое важное мероприятие в Москве решил приехать.
На второй день Конгресс провозгласил создание Российского народного собрания, призванного по замыслу организаторов сплотить, объединить все патриотическое движение. Правда, за бортом РНС осталась «Память», но остальные организации вроде бы проявили солидарность. От имени РНС еще были проведены митинги 17 марта у памятника Юрию Долгорукому и 5 апреля на Манежной площади, где собралось около 10 тысяч человек. Выступали Аксючиц, Клыков, Астафьев, священник Георгий Докукин, Скурлатов (герой перекрытия поездов Москва – Рига в связи с арестом омоновца Сергея Парфенова), Павлов, Лысенко, Анпилов. Но когда В.М. Клыков в своей речи коснулся «коммунистического ига», площадь загудела. Т. е. присутствовало достаточно много сторонников прежней власти, хотя и союзников в сопротивлении ельцинизму. Такая вот пестрота имела место. Легко было сказать тем, кто наблюдал положение с другого берега: «не объединяйтесь с красными». Но ведь эти «красные» были простые честные русские люди, пусть и зомбированные марксизмом. Впрочем, в это время компартия еще была под запретом и у патриотов был исторический шанс стать ведущей политической силой в стране. Этот шанс не был использован. Упомянутые мной два митинга – это были, пожалуй, единственные мероприятия вновь созданной – всероссийской – организации. Я не хочу никого судить. Но факт остается фактом. Всю осень работал оргкомитет, с большим трудом провели, наконец, знаковый Конгресс, создали объединенную национал-патриотическую организацию, и, увы, эта организация не проработала реально ни одного дня, ни одного часа. Испарилась. Сгинула в одночасье. И так, что уже через год ее никто не помнил.
А 12 июня 1992 г. в Колонном зале Дома союзов состоялся новый конгресс – Русский национальный собор с той же аббревиатурой РНС. В руководство вошел генерал КГБ Стерлигов. Произносились те же, совершенно правильные речи с осуждением криминально-космополитического режима. Собор периодически собирался, кажется, пару лет. Потом и он исчез.
26—27 февраля 1992 г. в городе Сергиев Посад состоялось расширенное собрание Союза Православных Братств. Посланцы 22 религиозных объединений из многих городов страны обсуждали животрепещущие проблемы православного вероучения и жизни Церкви. Братства проявили решимость активно противодействовать духовному нашествию католицизма, протестантских конфессий и ересей, в особенности ереси экуменизма. Признано необходимым восстановить в церковной практике чин анафематствования еретиков в Неделю Православия, а также чины присоединения к Православию. Собрание обратилось к представителям светской власти, к правоохранительным органам, к издательствам и средствам массовой информации с требованием запретить порнографию, магию и оккультизм, пресечь насаждение языческих и колдовских культов, обратив особое внимание на изуверные культы, практикующие человеческие жертвоприношения. Принята резолюция с протестом против выдачи части фондов Румянцевского музея (ГБЛ) секте хасидов, исповедующих тайное изуверное учение, кстати, содержащееся в материалах т. н. «библиотеки Шнеерсона». Одобрено Обращение в связи с событиями в Сербии, где вновь, как и в 1941–1945 гг., совершается массовое ритуальное жертвоприношение православного сербского народа. Участники сергиево-посадской встречи, выражая волю значительной части членов Русской Православной Церкви, обратились к иерархам Церкви с предложением созыва первого после 1918 г. Поместного Церковного Собора, отвечающего всем каноническим требованиям при его проведении с участием клириков и МИРЯН (в т. ч. из Союза Православных Братств), для канонизации Царской Семьи, осуждения ересей и ересиархов, подтверждения верности земской и церковно-поместной клятве 1613 г. В числе других принята резолюция с осуждением решения российского правительства о выделении талмудической «государственной» (!) академии ежегодно 25 миллионов рублей народных денег. «И это в то время, когда у коренного русского народа нет ни одной русской академии». Союз Православных Братств выразил особую озабоченность «процессом развала Державы Российской» и призвал все народы России и наипаче братьев-славян забыть гордыню и взаимные распри во имя процветания нашей великой Родины».
Кстати, до сергиево-посадского собрания группа членов СХВ посетила Приднестровье и Гагаузию. В Тирасполе мы встречались с помощником Президента И.Смирнова – Валерием Анатольевичем Лицкая, с вице-президентом А.А. Караманом, с мужественными активистками женского забастовочного движения Г.С.Степановой и С.Г.Мигулей, со священником о. Михаилом Шевчуком, в Комрате (Гагаузия) с А.С.Буиклы. Все эти годы по мере сил и возможностей стремились обеспечить героическому Приднестровью информационную поддержку.
15 марта 1992 г. Союз «Христианское Возрождение» совместно с православными братствами, входящими в Предсоборное Совещание, провел торжественный молебен о спасении России. В богослужении на месте взорванного Храма Христа Спасителя участвовало около 700 верующих. Акафист Небесной Заступнице читали у Креста-памятника. «Сзади, в большевистском котловане, плескались те, кто еще не понял греховности купанья в таком месте. Но вот явилось солнце, и словно луч надежды на выход из теперешнего лихолетья осенил православных. Здесь – мы верим – соберется Земский собор для устроения земли нашей и начнется возрождение Святой Руси, единой и неделимой России» (Газета «Домострой» № 14 от 7.04.92 г. – «Молебен на Волхонке»). Мы еще верили в скорый созыв Земского Собора.
По инициативе председателя Союза Православных Братств игумена Кирилла Сахарова мы побывали в Донбассе и там в городе Артемовске основали Объединение православных братств Украины. Возвращаясь в Москву, решили устроить пикет в Свято-Даниловом монастыре, где 31 марта – 3 апреля 1992 г. должен был состояться Архиерейский собор. Все дни, пока шел собор, мы с иконами, хоругвями и плакатами в руках протестовали против действий раскольника Филарета, нацелившегося оторвать украинскую часть Русской Православной Церкви, провозгласить автокефалию. Филарету пришлось несладко. В интервью «Московской правде» от 31 марта 1992 г. я заявил, что митрополит (тогда еще митрополит!) Филарет стал «орудием самых националистических элементов украинского руководства». Думается, что наш пикет был нацелен не только против самого киевского раскольника, но и против, возможно, иных либерально настроенных владык. Во всяком случае Филарет был потрясен нашими гневными плакатами, формально он раскаялся, но, вернувшись в Киев, принялся за свое. Но автокефалия тогда не прошла.
Осквернение храма Гроба Господня
Выражаем решительный протест правительству государства Израиль в связи с явным его попустительством экстремистам, глумящимся над христианами и их святынями.
Еще свежи у всего мира воспоминания о злодейском убийстве в Горненской обители Иерусалима двух русских православных монахинь, о нападении среди бела дня в Иерусалиме на православного иерусалимского патриарха Диодора Первого, о иных преступных действиях, которым нет числа, направленных против христиан. Закономерным итогом попустительства экстремистам стало чудовищное событие 2 мая 1992 года, когда был осквернен храм Гроба Господня – величайшая христианская святыня всего мира! В нем была разбита дарохранительница со святыми дарами, вырван с корнем Святой Крест, веками стоявший на Голгофе. Глумлению подвергся образ Божьей Матери, который за два месяца до этого также был осквернен. Непрекращающийся террор по отношению к христианам и их святыням во Святой Земле преподносится всему миру как действия хулиганов-одиночек. Но реалии происходящего (постоянные кощунственные надругательства над христианами и их святынями) и ничего не делающее для прекращения преступлений правительство государства Израиль свидетельствуют о несостоятельности подобных «аргументов» и о явных попытках сокрытия творимого беззакония.