о.
Когда люди женятся, они берут в супруги друг друга, а не семью. Конечно, семьей нельзя пренебрегать, но не это составляет суть семейных отношений. Это смешно, что родственники мужа даже не сомневаются в необходимости критиковать жену, в то время как родственники жены должны быть неизменно добры к мужу, называя его "гостем на сто лет". И не надо больше говорить, что это обычай. Это унижение человеческого достоинства и нарушение равноправия.
Непочтительность жены к родственникам мужа - это обычно вина не только женщины. Это может быть следствием неправильных установок, существующих внутри семьи. Я убеждена, что любой мужчина, если бы он хоть один день испытал на себе сиджип сари (жизнь замужней женщины в доме мужа - Т. С), начал бы после этого жаловаться. Корейские мужья должны знать, что корейские жены живут как монашки, все снося ради мира в семье. Вместе с тем они должны понимать, что и у жен есть "пять желаний и семь эмоций", которые прорвутся со временем.
В мае 1994 года Сеульский суд впервые в истории страны признал некую госпожу Пак виновной в распаде семьи ее сына и постановил, что она должна выплатить 70 млн. вон пострадавшей - невестке по фамилии Чо. Вина Пак состояла в том, что она довела семью до развода непрестанными попреками в "маленьком" приданом, которое составляло 50 млн. вон. "Пак должна заплатить эту компенсацию, потому что она поставила невестку в невыносимые условия вместо того, чтобы прилагать усилия к достижению мира в семье", - таково было решение суда. Что касается мужа, некоего Су, то судья признал его также ответственным за то, что он не заступился за жену, а был заодно с матерью, прибегая даже к физическому насилию в решении вопроса. Чо встретила Су в 1992 г. через брачного посредника и подала в суд всего через несколько месяцев после свадьбы, ибо больше не могла сносить упреков свекрови. Официальный представитель суда заявил: "Это первый случай, когда третье лицо признается ответственным за распад семьи и приговаривается к выплате компенсации".
С давних времен почтительность к свекрови культивировалась как высшая добродетель "образцовой женщины". Составленные в разное время уложения законов трактовали ее как императив. Она составляла главное содержание доступной женщинам классической китайской литературы и вдохновляла корейских писательниц на создание нравоучительных произведений. Обращусь к тем страницам мемуаров принцессы Хегён, где она рассказывает о своей матери, которая, по ее мнению, в полной мере соответствовал идеалу. Среди прочих достоинств почтительность к родителям мужа упоминается здесь в первую очередь.
"Мама была не только педантична в выполнении поминальных обрядов по предкам, но и ревностно исполняла свои обязанности по отношению к родителям мужа. Будучи чрезвычайно трудолюбивой, она пряла и шила день и ночь, иногда - до самого рассвета. Чтобы скрыть это от наблюдательных слуг и избежать похвал за необычайное трудолюбие, она вешала на свои окна стеганые одеяла, когда работала по ночам. От работы холодными ночами ее руки стали шершавыми, но она, похоже, не обращала на это никакого внимания. Каждый день она вставала очень рано и после утреннего туалета пунктуально навещала свою свекровь, никогда не изменяя этому правилу. Мама никогда не позволяла себе идти к ней, не причесавшись и не заколов аккуратно волосы или не одевшись подобающим образом. Манера, с которой она служила своему мужу, была необыкновенна. Я не могу забыть, как отец полагался на нее и насколько он ценил ее мнение.
Отец и мама были скромны в быту и неизменно носили простую одежду. Также одевали и детей, хотя никогда не было такого, чтобы дети были одеты не по сезону или неряшливо. Наша одежда была из грубой ткани, но всегда чистая. Мама умела скрывать свои чувства и на семейных советах всегда была приветлива, но серьезна. В семье не было никого, кто бы не восхищался ею и не уважал ее.
Ее отец умер сразу же после ее бракосочетания, и мама не могла воссоединиться с мужем целый год после свадьбы (из-за траура, во время которого супружеские отношения были запрещены). Еще через год умерла ее мать. Тогда мама не могла долго оставаться в родительском доме, и лила слезы, расставаясь с братом и его женой, которых почитала как своих вторых родителей.
При дворе к маме относились с почтением и учтивостью. Должно быть, причиной тому были ее неизменно обходительные манеры и ее речь - выразительная, и вместе с тем обдуманная и благородная. Мама всегда вызывала восхищение фрейлин, которые превозносили ее до небес".
Выдав свою 9-летнюю дочь замуж за наследника престола, мать расстается с ней навсегда. Драматичны последние минуты, проведенные ими вместе. Изо всех сил стараясь скрыть свои переживания, мать дает дочери последний совет: "Если вам случится загрустить по своим родителям, то не лейте слез, а старайтесь как можно более истово служить своим новым родителям". "Чтобы не волновать меня, мама говорила это спокойно, но садясь в паланкин, она разрыдалась и стала умолять фрейлин, чтобы они позаботились обо мне",- так заканчивает рассказ о своей матери принцесса Хегён.
Как-то раз мне случилось некоторое время работать в небольшой торговой фирме на Итхэвоне - в районе неподалеку от американской военной базы, известном своими магазинами и качественными товарами. Фирма была семейная: хозяин (он относился ко мне очень хорошо, прямо-таки по-родственному и использовал каждую возможность, чтобы накормить чем-то с его точки зрения вкусным или пригласить туда, где я еще не бывала, скажем, в караоке), трое его сыновей и двое их друзей. Расположена она была в двух комнатах собственного жилого дома, поэтому я часто видела хозяйку и ее невестку. Тогда я впервые наблюдала быт корейской семьи в реальности и кое-что смогла подглядеть.
Упомянутая невестка (ее звали Ынян) была женой старшего сына Сонджина - высокого,стройного, красивого, но пустого и ленивого молодого человека. Они познакомились в Японии, где Сонджин несколько месяцев учился. Влюбившись, она согласилась покинуть своих родителей, которые, являясь этническими корейцами, живут в Японии уже не первое поколение, и поехать за ним в Корею, не зарегистрировав отношения официально.
По корейской традиции, выходя замуж, жена должна одарить всех родственников мужа подарками, а также обставить дом. Мужчина обязан купить квартиру или дом (поэтому многие мужчины женятся весьма поздно - к 30 годам и позднее) и подарить жене драгоценности. Сонджин купил дом. Ынян его обставила, благо их семьи весьма состоятельны. Но жить в этом доме им практически не удавалось. Каждое утро муж отправлялся в дом к отцу - помогать на фирме. Ынян ехала с ним и целый день готовила, мыла, стирала, убиралась, выполняя поручения свекрови. Лишь поздно вечером они возвращались домой.
Ынян хотела зарабатывать переводами с японского, но семья мужа ей этого не разрешала, как не разрешала и выходить на улицу "без нужды". Чтобы не было лишнего соблазна, денег на карманные расходы ей не давали. Сонджину нередко звонили в офис особы женского пола, не желавшие себя назвать. Это становилось причиной семейных скандалов, во время которых муж нередко поднимал руку на жену. О том, чтобы уйти от Сонджина, Ынян и не думала: любовь, да и люди осудят. Она несколько воспрянула духом, когда забеременела. Тогда в доме заговорили об официальном браке, назначив свадьбу через несколько месяцев, а невестке разрешили оставаться дома. Я довольно быстро уволилась из той фирмы и не увидела, насколько изменилась жизнь Ынян после родов... Узнав позднее, что у нее родился сын, я мысленно поздравила ее. При такой властной женщине как ее свекровь, ей всегда будет несладко, но рождение сына, несомненно, повысило ее статус в доме.
Одним из самых моих любимых видов отдыха было бродить по Инсадону - району Сеула, известному своими антикварными и сувенирными лавками, картинными галереями и фешенебельными чайными домами и кафе. Нередко я заходила в магазинчик "Пэмгуса", торговавший чудесной керамикой и сувенирами. Особенно много было в нем масок, и хозяин с удовольствием мне о них рассказывал, если не было других посетителей. Почти все маски были мужские - янбан, деревенский старейшина, монах-нарушитель обетов, старый холостяк, слуга-балагур и т. д. Женских масок было две - старухи (черного цвета, который символизировал старость) и молодой женщины (белого цвета, который символизировал молодость и красоту). Я ходила в этот магазинчик на протяжении трех лет и обратила внимание на то, что когда маски распродавались и им на смену поступали новые, их внешний вид ничем не отличался от того, какой был прежде, за исключением маски молодой женщины. Иногда она широко улыбалась, а иногда ее рот оставался плотно сомкнутым. Я спросила хозяина о причине. "Улыбаться широко, хотя и не показывая зубов, имела право только та молодая женщина, которая родила мужу сына. А у той, у которой сына еще не было, не было и резона улыбаться",- пояснил различие продавец.
Я познакомилась с еще одной корейской свекровью, когда один из моих студентов - очень импозантный и способный - вернулся со стажировки в Москве и привез с собой юную жену - казашку. Назову их Он и Она. Это была удивительная история.
Он познакомился с Ней в доме у какой-то русской старушки, к которой пришел, узнав, что она недорого сдает комнату. Она - студентка заочного отделения экономического института - жила в той самой комнате, которую Он хотел снять, и в тот день уже собиралась уезжать домой. Было 1 мая, и старушка предложила уезжающей жиличке и вновь прибывшему жильцу посидеть за столом и отметить праздник. Посидев рядом с Ней, Он понял, что не хочет расставаться. Удивляясь собственной смелости, Он попросил девушку остаться хоть на один день, и Она - неожиданно для себя - согласилась. Потом Она уехала, а он, хотя и был стеснен в средствах, каждый день звонил Ей в Талды-Курган. Вот когда ему пригодились занятия русским языком! Через полтора месяца он поехал туда сам. В аэропорту его встречала вся мужская часть Ее большой семьи.