– Так точно, отправит. Если ты, конечно, именно на это и рассчитывала…
– Ты позволишь Мике Байяру указывать, с кем я должна встречаться?
Юноша удивленно уставился на Раису.
– Что?
– Мика доложил своему отцу, что видел нас той ночью у моих покоев. Лорд Байяр передал его слова королеве, и она поговорила с капитаном Бирном.
– И королева к этому причастна? – он изумленно вытаращил глаза и откинул волосы назад. – Я не понимаю, – парень задумался. – Мне стало интересно, может, ты с Микой, ну… – Амон запнулся и задумался. – Той ночью… я не представляю, если… – он растерялся и опустил голову.
Естественно, данную тему Раисе совсем не хотелось обсуждать с Амоном Бирном.
– Не обращай внимания на Мику, – ответила она. – Он просто привык поступать, как хочет. Но что-то идет не так. Я пока не могу понять, что именно. Мне нужны друзья, которым я смогу доверять. Мне необходим кто-то, кто будет на моей стороне.
– Я на твоей стороне, Раиса, – тихо произнес Амон. – Тебе ведь это известно.
Она взяла его за руку.
– Тогда помоги мне.
Юноша с тревогой посмотрел на принцессу.
– Как я могу тебе помочь?
– Я нуждаюсь в «глазах и ушах». Мне важно быть осведомленной о том, что происходит в королевстве, в Совете чародеев, на горе Серая Дама – везде. Я ощущаю себя канарейкой в клетке. Я вижу только четыре стены, в то время, как замок окружают враги, которые подбираются все ближе.
– Что? – пораженный юноша уставился на нее, без сомнения, стараясь разглядеть признаки сумасшествия или опьянения. – О чем ты говоришь?
– Ты ведь слышал о том, что кровным королевам являются образы, предсказывающие будущее? – Амон кивнул. – А я чувствую себя так же, как в день пожара на Ханалее. Я – в ловушке. Я окружена пламенем, огонь движется на меня, а бежать некуда.
– Хорошо, – Амон прокашлялся. – А как ты определяешь, что твое предчувствие не ложное? Мне, к примеру, иногда снятся ночные кошмары, но они не сбываются.
– Возможно, у меня разыгралось воображение, – ответила она. – Но я не имею права рассчитывать на это.
– Ты разговаривала с королевой? Похоже, сейчас – самое время.
– Дело в том, что она, вероятно, тоже является частью проблемы, – произнесла Раиса. – Я пыталась поговорить с ней, что в итоге привело к ссоре.
Принцесса умолкла, заметив тревожный взгляд солдата. Раиса и Амон постоянно не соглашались друг с другом. Но сейчас все выглядело так, будто она хотела переманить парня на свою сторону и действовать против королевы, за которую он поклялся отдать жизнь.
– Одного предчувствия недостаточно, чтобы делать настолько серьезные выводы, – наконец пробормотал Амон.
– И люди как-то странно себя ведут, – продолжала убеждать его Раиса. – Моя мать постоянно твердит, что мне не стоит выходить за южанина, потому что в тех краях все очень нестабильно.
– Наверное, она взволнована из-за того, что ты взрослеешь, и нервничает из-за твоего совершеннолетия… – Амон протянул к ней руку. – Все родители переживают подобное. Я помню день Именования моей сестры Лидии. Отец допрашивал и запугивал каждого парня, который к ней приближался.
– Ну, может, и так… Мне кажется, она торопится поскорее выдать меня замуж. Она заявила, что ей хочется решить этот вопрос. Что она не сможет быть поблизости все время. Будто ей известно что-то, чего не знаю я. Хотя я еще даже не совершеннолетняя и вокруг нет ни одного подходящего кандидата.
– Значит, твое замужество состоится в ближайшем будущем? – произнес Амон обвиняющим тоном.
Раиса пожала плечами.
– Если бы я могла что-то утверждать… – печально произнесла она. – Я не хочу замуж. Мне ведь пятнадцать лет.
– Ну а мне семнадцать, – сказал Амон. – И осенью я снова отправлюсь в военную школу. Ладно. Чем ты хочешь, чтобы я занимался? За кем я должен следить?
– Не совсем следить. К примеру, я уже получаю информацию из Демонаи, которая является для меня бесценной. Горцы не пытаются угодить мне. Они не относятся ко мне, как к пустоголовой кукле. В некотором смысле они уважают меня более, чем кто-либо другой.
– Какую информацию ты хочешь получать от меня?
Принцесса выпрямилась.
– Я считаю, у всех проблем есть два источника: войны на юге и Совет чародеев на горе Серая Дама.
– Как насчет народа Феллсмарча? Что, если они замышляют нечто вроде восстания? – предположил Амон.
– Зачем? – нахмурилась она. – Народ любит королеву. Когда мы проезжаем по Феллсмарчу, горожане улыбаются и бросают цветы к нашим ногам.
Юноша вздохнул и с жалостью посмотрел на принцессу.
– Что? – раздраженно спросила Раиса.
– Они нищие и голодают. Судя по тому, что я видел, королевская стража вечно их шпыняет.
– Не может быть! – возразила она. – Стража защищает народ.
– Раиса, ты бывала в районе Южного моста?
– Конечно. Я посещаю их храм и проезжала там сотни раз. Он захудалый, но…
– Дай-ка угадаю. Ты каталась в карете с охраной по Тракту, а гвардейцы стояли навытяжку по обе стороны дороги.
Девушка неохотно согласилась.
– Верно.
– Ты не можешь говорить о том, что происходит в реальности, ведь ты от нее… ограждена. Последние две недели я нес дозор в пешем патруле на Южном мосту и на Тряпичном рынке. Хочешь – поведаю тебе о том, что случилось совсем недавно? Вчера на Южном мосту обнаружили шестерых убитых – четырех парней и двух девиц – все примерно нашего возраста. Их пытали, а после задушили.
– Святая Ханалея… – прошептала она. – Я ничего не слышала! Кто бы мог сотворить такое?
– Хороший вопрос. Они принадлежали к уличной банде «южан». Сержант МакГиллен уверен, что это месть «тряпичников» – их врагов.
– Месть… за что? – Раиса невольно наклонилась вперед.
– «Южане» поколотили главаря банды «тряпичников» пару дней назад. Кстати, его называют Кандальником. Он носит серебряные браслеты – это его отличительный знак. МакГиллен был в курсе, где его подкараулить. И мы схватили Кандальника сегодня утром, когда он выходил из таверны.
Амон откинул волосы со лба.
– Он наш ровесник. МакГиллен считает, что он мог убить шестерых.
– Вы допросили Кандальника? – заволновалась принцесса. – Он что-нибудь говорил в свое оправдание?
– Ну, сперва МакГиллен, как обезумевший, поколотил его дубиной и вытащил его кошелек, – ответил солдат.
– Что? – девушка покачала головой, не веря своим ушам. – Зачем он так поступил?
Юноша хмыкнул.
– МакГиллен – хулиган и вор. Я остановил его. И теперь у меня нет сомнений, что я попал в его «черный список». Если бы мой отец не был капитаном гвардии, МакГиллен забил бы Кандальника до смерти. Кстати, сержант заявил, что я слишком молод и не знаю улиц, поэтому мне еще многому предстоит научиться.
– И они постоянно занимаются подобными вещами?
Амон кивнул.
– Несколько раз уже за то время, пока я был с ними.
– Но что случилось? С Кандальником, я имею в виду.
– Я настоял на том, чтобы они отвели парня в караульное помещение и допросили должным образом. Но он вырвался, когда мы проходили по Южному мосту. Бедолага спрыгнул в реку. Возможно, он утонул, – Амон кисло улыбнулся. – Кандальник неглуп, если сумел такое провернуть. Если бы меня тащили на допрос к МакГиллену, я бы тоже сделал все возможное, чтобы сбежать. А теперь сержант и остальные считают меня виноватым в том, что они упустили главаря банды. Вероятно, так оно и есть, – солдат понурился.
Раиса наклонилась к юноше, пытаясь разглядеть лицо друга.
– Как ты считаешь, он виновен?
Амон отвел взгляд.
– Похоже на то. Но правды никогда не добьешься с помощью пыток, – он покосился на принцессу. – Но я могу поклясться в том, что люди на Южном мосту и на Тряпичном рынке жутко боятся королевской гвардии. И неспроста, – серые глаза Амона стали суровыми. – Я бы лично связал МакГиллена и оставил его в каком-нибудь переулке Тряпичного рынка на целую ночь. А потом бы поглядел на то, во что он бы превратился наутро.
«Амон меняется, – подумала Раиса, – я с трудом его узнаю. Он видит реальную жизнь, действует, учится, а я сижу в замке и изучаю, как правильно пользоваться вилкой. Я как тепличный цветок».
Она положила ладонь на руку юноши.
– Я позабочусь о том, чтобы МакГиллена сняли с должности, – пообещала Раиса.
Амон наконец-то улыбнулся по-настоящему.
– То есть расскажешь королеве, что встречалась со мной и я предложил сместить сержанта? Думаю, не стоит, – заметил он. – Нет необходимости. Я уже побеседовал с отцом. И он все сделает. Но стража полна таких МакГилленов. Это рай для головорезов. Капитан не сможет серьезно повлиять на гвардейцев. А ведь раньше такого не бывало.
Раиса поднялась и принялась прохаживаться взад-вперед.
– Вот именно! Как я могу быть наследной принцессой и не знать, что происходит в моем королевстве? – она замерла и обернулась к Амону. – Значит, народ голодает?
Юноша согласно склонил голову.
– Да. У нас мало что выращивают. Долина плодородна, но, помимо нее, – подходящих земель мало. И наши зимы чересчур долгие. Золото, серебро и медь не очень-то и съедобны. Наши запасы зерна напрямую зависят от торговли с Арденом, Тамроном и другими южными королевствами. В условиях затяжных войн то небольшое количество провианта, которое отправляется с юга на север, стоит дорого. Не каждый может позволить себе наесться до отвала, – парень сделал паузу и продолжил, как обычно поражая своей прямотой: – Ты ни о чем подобном никогда не размышляла, потому что у тебя полно еды. Как и всего остального.
Принцесса оказалась потрясена.
– Я не желаю быть такой королевой, – выпалила она. – Беспечной, эгоистичной, поверхностной и…
– Ты и не будешь, – перебил ее солдат. – Я совсем другое хотел сказать.
– Нет, Амон. Ты прав. И я это заслужила. Я должна найти какой-то способ помочь народу.
Но что же ей делать? Раиса жила в замке, где практически ежедневно устраивали празднества, ее гардероб ломился от нарядов, однако она не имела собственных денег на карманные расходы. Девушка могла попробовать поговорить с королевой, но она уже предприняла неудачную попытку повлиять на мать. После недавней перепалки ей стало ясно, что Марианна скорее готова потратить лишние средства на свадьбу дочери, чем на что-то иное. Но Раисе хотелось хоть что-то предпринять. Сделать что-то очень важное. Достойное королевы, которой она собиралась стать.