Однако ей показалось столь волнующим, что юноша преследовал ее. Прямо как в легенде о Ханалее и разбойнике!
Но это же легенда, а не реальная жизнь. Поэтому Раиса решила узнать, что вообще происходит.
Впереди возвышались башни Южного моста. Невысокое караульное помещение – или попросту караулка – располагалось у реки. Это было приземистое, крепкое каменное здание с крошечными зарешеченными оконцами, окруженное мощеным двором с конюшней. Над дверью висело знамя Серых Волков, символизировавшее принадлежность королеве и двору, что сильно контрастировало с убожеством Южного моста. Вдоль него выстроилось больше солдат, чем обычно. Девушка насчитала полдюжины вооруженных до зубов гвардейцев: они стояли на противоположных концах и допрашивали всех, кто пытался пройти по мосту.
Раису одолел приступ тошноты. Естественно, ее узнает любой: ведь «мундиры» посланы специально на поиски принцессы.
Повинуясь интуиции, девушка вошла в пекарню, где оказалось, в общем-то, чисто и уютно. На витрине лежали свежие булочки, мясные пироги и пирожные. За прилавком стоял юноша. На его голове красовался красный поварской колпак, свисающий набок.
– Доброго вам дня, – поздоровалась принцесса. – Будьте добры, упакуйте мне восемь булочек. И вашу шляпу.
После недолгих споров Раиса покинула пекарню с восемью булочками, а ее волосы были спрятаны под поварской шапкой.
«Вероятно, все закончится чесоткой», – подумала девушка.
Кандальник поджидал ее снаружи. Парень схватил Раису за запястье и втянул в дверной проем.
– Что? Ты? Делаешь? – прошипели его губы в дюйме от ее лица.
Вблизи принцесса обнаружила, что в голубых глазах юноши сверкают золотые крапинки, его ресницы – густые и светлые, а чудовищные синяки постепенно исчезают, окрашиваясь в блеклые тона. Подбородок Кандальника был покрыт легкой щетиной.
Раиса продемонстрировала Хану мешок с выпечкой.
– Я работаю в кондитерской, – заявила она.
– Это не шутки, – произнес он. – Тебе нужно сдаться «синим мундирам» на мосту. Скажи им, что ты – та девушка, которую украли из храма. И отправляйся домой.
– Сперва мне нужно кое-что сделать.
– Слушай. Я не могу тебя сопровождать, потому что мост кишит «мундирами», – сказал Алистер. – И не сумею тебе помочь, если ты попадешь в беду.
– Вот и отлично. Ты достаточно со мной намучился. Дальше я справлюсь сама. Хорошо?
«Ты все равно не поможешь мне там, куда я иду», – подумала Раиса.
Девушка высвободилась и зашагала к мосту. Оглянувшись, она увидела, что Кандальник следил за ней, сунув руки в карманы и насупившись.
Целых десять минут Раиса стояла в очереди и с нетерпением переминалась с ноги на ногу. Ей хотелось скорее с этим покончить. Принцесса не привыкла ждать.
На контрольном пункте она низко поклонилась гвардейцам, как делали остальные горожане.
– Как вас зовут, девушка? И куда идете? – спросил солдат, почесывая срамное место.
– Меня зовут Ребекка Морли, ваша честь, – ответила она, уставившись вниз. Она до сих пор переживала, что ее узнают. – Собираюсь продать выпечку на другом берегу реки.
– Выпечку, говоришь? Покажи-ка.
Принцесса молча открыла мешок и протянула гвардейцу. Парень сунул грязную ладонь внутрь, выудил булочку и откусил от нее. Наглец одобрительно оскалился и достал вторую.
Щеки Раисы зарделись. Она отчаянно сдерживала себя, чтобы не вырвать мешок из лап солдата. Если бы она и вправду продавала булочки, то возмещать их стоимость ей бы пришлось из своего кармана.
– Мне нравится, – пробурчал гвардеец и протянул принцессе полегчавший мешок. Он вытер рот рукавом и добавил: – Оставь для меня парочку. Отдашь, когда пойдешь назад, – ухмыляясь, солдат подтолкнул девушку вперед.
Всю дорогу, идя по мосту, Раиса не переставала кипеть от возмущения. И эти люди представляли королеву в народе! Обычные хулиганы и воры! Неудивительно, что Амон считал восстание возможным.
На берегу Южного моста храм стоял по одну сторону Тракта, а караулка – по другую. Словно символы добра и зла. Раиса прислонилась спиной к стене святилища и внимательно посмотрела на сторожку.
Строение выглядело неприступным. Окна напоминали узкие глаза, которые насмешливо взирали на принцессу. Кандальник и его банда не смогли бы проникнуть туда, а также не смогли бы выбраться на волю.
По крайней мере, Раиса могла узнать, было ли то, что они говорили, правдой. Действительно ли трое «тряпичников» удерживались и подвергались пыткам в караулке?
Девушка глубоко вздохнула и постаралась сосредоточиться на насущной проблеме, как ей всегда советовала бабушка. Наконец она решилась пересечь Тракт и подойти к приоткрытой двери сторожки.
Единственный скучающий охранник взглянул на девушку. Раиса заметила, что в комнате несколько солдат бросали кости и играли в карты.
– А тебе чего надо? – рявкнул стражник.
– Я… ах… моя сестра Сари, – всхлипывая, запричитала она. – Того дня ее забрали… «му»… ой! Королевская стража. На Тряпичном рынке. Мне сказали, что Сари здесь. Я тут принесла ей чуток поесть. И все… – она потрясла мешком с выпечкой.
Охранник выдернул ношу из рук принцессы.
– Еще посмотрим, получит ли она твою жратву, – сказал гвардеец, отгоняя девушку.
«Ладно. Так дело не пойдет», – подумала Раиса.
– Прошу, сэр, – настаивала она. – Я очень-очень надеялась ее увидеть. Прошло целых три дня… я думала, как там моя Сари! Она болела. После трех дней в тюрьме ей могло совсем поплохеть.
– Никаких посетителей, – охранник с подозрением покосился на Раису. – Тебе пора бы знать.
Она вцепилась в рукав гвардейца, но он лишь отмахнулся и положил ладонь на рукоять меча.
– Держись подальше! Маленькая чертовка!
– Пожалуйста! У меня есть деньги, сэр, – Раиса задрожала. – Не слишком много, но кое-что…
Охранник повернулся к Раисе, в его глазах зажегся интерес.
– Раз есть монеты – выкладывай их сюда.
– Да. Сейчас, сэр. Может, после… – не успела договорить она.
Ручища охранника мелькнула перед глазами Раисы. Гвардеец схватил принцессу за воротник рубахи и притянул поближе к себе.
– Не играй со мной в игры, девка, – мужчина замахнулся огромным кулаком.
Во рту у Раисы от страха пересохло. Но внезапно позади раздался голос.
– Впусти девушку, Слот. Дай-ка я на нее погляжу.
Слот подчинился и отошел. Обратившийся к нему мужчина сидел неподалеку от очага – за столом, на котором лежали немытые тарелки, засаленные игральные карты и несколько выстроенных в ряд опустошенных кружек. Лицо солдата было болезненным и жестоким, темные глаза имели грязно-коричневый оттенок, редкие волосы свисали до плеч. На нем был синий мундир королевской стражи, а судя по шевронам на воротнике, он дослужился до чина сержанта.
– Иди сюда, девочка, – произнес сержант, поманив ее пальцем и скалясь.
Сердце Раисы ушло в пятки.
Потупившись, принцесса неохотно послушалась и остановилась возле гвардейца.
И почему она решила, что это – хорошая идея?
– Ты – младшая сестренка Сари, да?
Она молча кивнула.
Сержант сцапал запястье Раисы и резко его выкрутил.
– Отвечай, когда спрашивают, девка!
Принцесса задыхалась от боли, из ее глаз брызнули слезы.
– Да, сэр. Я сестра Сари, – она, как щитом, заслонилась мешком с булочками. – Я принесла ей обед, сэр.
– Той Сари, которая якшается с «тряпичниками»? – продолжал сержант.
Раиса взглянула на солдата и вновь уставилась в пол.
– С «тряпичниками», сэр? А что такое?
Сержант залился хохотом. Он выпустил девушку и отхлебнул пива.
– Тебя-то как звать?
– Ребекка, сэр.
– А ты симпатичная малышка, Ребекка. Тебе сколько лет, а?
Раиса колебалась с ответом
«Чем младше – тем лучше», – подумала она.
– Тринадцать, сэр, – пискнула она, ссутулившись и стараясь вспомнить, как должна выглядеть тринадцатилетняя девочка.
– Ха! – ухмыльнулся сержант. – И ты, значит, хочешь увидеть сестренку?
– Хочу, сэр.
Он поднялся и взял принцессу за руку.
– Тогда пошли со мной.
Слот возмущенно забормотал:
– Сержант МакГиллен, я ведь сказал ей, что никаких посетителей…
– Умолкни, Слот, – огрызнулся тот. – Мы сделаем исключение, ясно тебе?
И он потащил принцессу по длинному коридору, вдоль которого располагались массивные деревянные двери. Раиса едва касалась ступнями пола. Все время, пока они шли, девушку не покидала мысль, что это – тот самый жуткий МакГиллен, о котором шептались «тряпичники». Амон рассказывал, что он избивает людей прямо на улице. Во что втянула себя принцесса?
В конце коридора была железная решетка, а за ней – еще одна деревянная дверь, которую МакГиллен отворил огромным металлическим ключом. Сержант втолкнул Раису внутрь. Он долго зажигал факел, а потом повел Раису по узкой лестнице в погреб.
Принцесса тряслась от страха и холода. Тут было прохладно и сыро. Судя по зловонию, рядом текла река. А может, то был запах смерти. И это действительно было злое место, где совершались чудовищные вещи. В голове Раисы проносились кошмарные мысли. Девушка запаниковала, стены давили на нее, и она чувствовала, что ей нужно срочно уйти отсюда.
– Сэр, я подумала… давайте я лучше навещу Сари завтра? – произнесла Раиса, развернувшись.
– Перестань ныть, крошка! – МакГиллен впился пальцами в ее шею и потянул с такой силой, что она едва не упала.
Интуиция подсказывала принцессе, что ее внезапное заявление о принадлежности к королевской династии будет проигнорировано. Даже в том маловероятном случае, если МакГиллен поверит ей, ему не составит труда задушить ее и кинуть труп в реку – чтобы она не вернулась в замок Феллсмарча и не рассказала обо всем. Под синим мундиром сержанта билось сердце убийцы.
Раиса считала, что ее вылазка в город будет приключением – вроде тех историй, что случались в жизни Ханалеи. Она решила, что здраво оценивает все риски. Но она ошиблась.
А было ли страшно Ханалее, когда она боролась с Королем Демонов? Раиса не знала, кроме того, она была очень напугана.