ой Нимфенбурга, однако шофер графини Кауниц забрал у него пакет и передал графине. Йозефина показала нескольким знакомым пальто короля с двумя дырами. Один из этих людей позднее сообщил общественности об увиденном. Прессе графиня заявляла, что смерть короля Людвига была решена во дворце Лейхтенберг.
Графиня Кауниц оставила после себя скандальные мемуары «Виттельсбахи и я», которые изрядно потрепали нервы семье Виттельсбах. В них она писала: «Король Людвиг II был застрелен. Его одежда, пиджак с пулевым отверстием и рубашка, от которой был вырезан кусок, были сожжены после Второй мировой войны от имени барона Р. его водителем Кунце во дворце Нимфенбург… Однажды водитель барона Р., г-н Кунце, подошел ко мне с большой связкой и сказал: „Не знаю, должен ли я это сделать“. Затем он показал мне пачку одежды: „Барон Р. дал мне это, чтобы сжечь в котельной“. Я осмотрела одежду. Это были: пальто, пиджак, брюки, рубашка, носки и туфли. Из рубашки на уровне плеч был вырезан треугольник, в пиджаке на том же месте было пулевое отверстие. На всей одежде были монограммы короля. Поскольку я боялась, что Кунце может продать вещи, я посоветовала ему сжечь их, но при этом помолиться Богу. Рубашку и пальто я сохранила. В тот же день я написала письмо барону Р., в котором говорилось: „Если кто-нибудь берет на себя право сжигать одежду короля, тогда он должен стоять перед печью со шпагой и погонами, и это плохо – просить водителя сделать это“».
В 1972 году графиня Кауниц дала интервью журналистам, что во время войны от кронпринца Руппрехта Баварского получила поручение, чтобы одежду Людвига сожгли. Однако она не сказала при этом, что в одежде короля были какие-то повреждения. По версии вдовы доктора Шоха, лейб-медика графини, служащий замка Вилли Бейл увидел дыры в пиджаке перед тем, как одежду сожгли. Однако графиня в своем интервью не упомянула ни о каких дырах от пуль.
Ходили также истории, что, когда графиня и ее муж после пожара были доставлены в больницу, где они скончались в 1973 году, а человек, посланный Виттельсбахами, отправился в квартиру графини и забрал пакет с одеждой Людвига, которая предположительно должна была быть сожжена шофером Кунце в 1960 году. Одежда с тех пор исчезла навсегда. Пальто Людвига с пулевыми отверстиями, которое хранилось в сундуке в графской квартире, было сожжено или исчезло.
Вилли Бейл в 2018 году дал интервью для документального фильма Клауса Бихльмайера «Ludwig II – Unerhцrtes ist geschehen», где режиссер выдвигает версию смерти Людвига от огнестрельного ранения. Бейл вспоминал о своей работе у Виттельсбахов и что в 1961 году он видел шофера Кунце с большой связкой. Эти вещи принадлежали Людвигу и находились в собственности графини Кауниц. После того как она поссорилась с Виттельсбахами, они захотели избавиться от этого. Шофер собирался сжечь одежду и письма Людвига в подвале, где находился котел. Вилли Бейл и его отец, живший с ним в Нимфенбурге, увидели рубашку и пальто короля, где были отверстия от пуль. По словам Вилли Бейла, его отец был санитаром в Первую мировую войну и четко распознал отверстия от пуль на одежде короля, перед тем как ее сожгли. Бейл вспоминал, что он и его отец были в ужасе после этого неожиданного открытия.
Также для фильма дал интервью Аде Хубер, правнук Леонарда Хубера, служащего из замка Берг, который участвовал в эвакуации тел Людвига и Гуддена. Он рассказал о том, что его предок после смерти Людвига получил пожизненное проживание в замке Нимфенбург и под присягой дал клятву молчать о реальных обстоятельствах смерти короля Людвига. Во владении Аде Хубера находится кусок рубашки Людвига, в которой он был в день своей смерти. Когда его прадед вытащил Людвига из воды и доктор Мюллер пытался реанимировать его, то рубашку не удалось снять с короля. Тогда Хубер ее разрезал ножницами и отрезок ткани сохранил себе в память о короле.
Как вещественное доказательство пальто на сегодняшний день не существует. И эти дыры в пальто могли образоваться не от выстрелов, а вследствие износа, могла и моль оставить. Также не доказано, что эта одежда действительно принадлежала Людвигу. Учитывая, на какие махинации была склонна графиня Кауниц, одежда с пулевыми отверстиями могла быть ее придумкой или очередной подделкой. К тому же выпуском своих мемуаров графиня явно хотела дискредитировать Виттельсбахов. Ее заявления об одежде короля являются противоречивыми. Даже если допустить, что показания Бейла правдивы, но это ничего не вносит в общую картину, поскольку уже никаких вещественных доказательств на сегодняшний день нет.
Также версии убийства Людвига придерживается исследователь и искусствовед Зигфрид Вихман. В 1967 году к нему обратился один адвокат с картиной триптихом Германа Каульбаха, где был изображен потрясенный Рихард Хорниг, который смотрит на мертвого короля Людвига, изо рта которого течет кровь. Также изображен врач Макс Шляйсс-Лёвенфельд со слезой на щеке. В подлинности картины Вихман не сомневается. На обратной стороне картины были подписаны имена изображенных людей. На полотне были видны следы капель воды, как будто художник работал под дождем.
Во время Второй мировой войны Вихман сам получил серьезное пулевое повреждение легких, и эта картина напомнила ему о своем случае. Картина подвела его к мысли, что король Людвиг мог получить пулевое ранение легкого. Он сделал снимки картины. Однако впоследствии рисунки исчезли.
В 1982 году Вихман узнал, что имущество Шляйсса-Лёвенфельда было продано на аукционе, и он решил его выкупить. На распродажу было выставлено множество старых книг, писем и картин. Семья Виттельсбах также не хотела упустить шанс приобрести имущество врача. Вихман выкупил имущество Лёвенфельда за очень большие деньги и нашел спрятанные автобиографические записи медика в обложке одной из книг. По его заявлениям, он смог распознать сокращенный старонемецкий почерк. Вихман утверждает, что Лёвенфельд вел дневник, в котором описал убийство короля. Из соображений безопасности Вихман хранил бумаги в архиве за границей. Вихман заявил, что потратил десятилетия на расследование жизни Людвига, и впоследствии опубликовал в 2007 году книгу. Согласно версии Вихмана, вечером 13 июня художник Каульбах, врач Лёвенфельд и два брата Хорниг прибыли в лодке на берег озера, чтобы помочь Людвигу перебраться на другой берег. Они опоздали, потому Людвиг был застрелен в спину. Гудден был жив, переодевал короля и пытался остановить вытекающую из раны кровь. Гудден был посвящен в то, что Людвиг должен был умереть, и привел короля на то место, где его убили. По словам Лёвенфельда, Гудден подбежал к ним со шприцем в руке. Завязалась борьба между Хорнигами и Гудденом, в ходе которой они задушили психиатра. Затем Каульбах решил изобразить Людвига. Когда начался дождь, короля отвезли на лодке в соседнюю рыбацкую хижину, где художник закончил картину. Впоследствии хижина была снесена.
Психотерапевт Зепп Шляйхер, также известный коллекционер, исследователь и большой поклонник короля Людвига, прочтя книгу Вихмана, загорелся желанием получить документы доктора Лёвенфельда. Он встретился с сыном Вихмана и выкупил за большую сумму бумаги, которые теперь находятся в его владении. Он привлек к расшифровке книги еще одного человека. Эту книгу Лёвенфельд получил когда-то в подарок от короля Людвига, она использовалась в качестве гостевой книги. Многие члены баварского двора и высокопоставленные политики писали положительные строки личному врачу короля. Информация об обстоятельствах смерти появилась позднее в книге, в то время Лёвенфельд использовал ее как дневник, озаглавив: «Из сказочного времени». В ней доктор писал о своих сомнениях в официальной смерти Людвига. Зепп упоминал, что не всегда Лёвенфельд писал о своем господине в высоких тонах, но ясно, отрицал, что король был невменяемым и склонным к самоубийству.
Шляйхер характеризует Лёвенфельда как очень храброго человека, который не побоялся выступить в поддержку Людвига, сообщить о своей точке зрения в газеты, просил канцлера Бисмарка о помощи и подверг себя опасности во время политических потрясений.
После смерти Людвига Лёвенфельд был подвергнут нападкам со стороны баварского двора. Его точка зрения, видно, многим не нравилась. Незадолго до своей смерти Лёвенфельд записал в дневнике:
Хочешь ли ты быть счастливым,
Ты не можешь позволить Эльзе
Спросить об истине причины,
Один только взгляд Парцифаля твердый, как камень,
Может выдержать свет истины.
Читая записи Лёвенфельда, Шляйхер пришел к выводу, что Людвиг не совершал самоубийство, а был убит. Шляйхер полагает, что, вероятно, жандарм в спешке по неосторожности застрелил Людвига при его побеге. Закончив свои исследования, Шляйхер был убежден, что дневник Лёвенфельда свидетельствует о том, что Людвиг был совершенно здоров и не был психически больным.
Интересные моменты откровения о Людвиге можно встретить также в этой книге, по заявлениям Шляйхера. Король когда-то уверенно сказал доктору, что если бы ему не суждено было стать королем, то он предпочел бы стать актером. Лёвенфельд также упоминал о красивой внешности Людвига и как многие дамы были влюблены в него, а школьницы хранили его изображения, как образ святого. Доктор упоминал о сложном характере Людвига, о его перфекционизме, выводящем слуг из равновесия. Лёвенфельд считал, что на сложном характере Людвига сказалось его воспитание, которое усилило в нем негативные стороны. По словам Лёвенфельда, Людвиг еще с юности был избалован и обласкан лестью со всех сторон. Однако несмотря на это, Лёвенфельд любил короля всем сердцем.
Лёвенфельд также писал, что, когда король только вступил на престол, он долго колебался, когда ему нужно было подписать первый смертный приговор, и только после убеждения Лутцем он согласился. По словам Лёвенфельда, министр Лутц оказывал на Людвига негативное влияние.
Дом Виттельсбахов оставляет все эти версии об убийстве короля без внимания. Представитель семьи заявил, что «из соображений покоя умершего» никто не участвует в спекуляциях о причине смерти. Даже открытие гроба или рентгеноскопия тела, как категорически требует берлинский исследователь Гловац, не будет одобрена». Мюнхенский генеральный прокурор Антон Винклер объяснил, что, даже если бы появились новые показания и даже если бы были предъявлены уголовные обвинения, прокуратура больше не может расследовать дело о смерти Людвига, поскольку все обвиняемые давно умерли.