Отношения Франции и Северогерманского союза оставались горячими. «Война с Францией обязательно начнется, раньше или позже», – заявил генерал Мольтке американскому послу Джорджу Бэнкрофту в январе 1869 года.
Бисмарк рассматривал войну с Францией как лучший способ объединения Германии, и он ждал возможности, чтобы Франция, выступив агрессором, сделала первый шаг. И такая возможность скоро представилась.
Франция, интригуя, вела переговоры о заключении союзов с Италией и Австрией. На международной арене тем временем обострилась ситуация. Горячо разгорелся политический конфликт вокруг испанского престолонаследия. Королева Изабелла II в 1868 году была свержена Испанской революцией и изгнана за пределы страны.
Уже упоминаемый нами прусский посол барон Георг фон Вертерн в то время находился в Мадриде и выступил инициатором предложения кандидатуры на престол принца Леопольда фон Гогенцоллерн-Зигмарингена (1835–1905), принадлежащего к католической ветви дома Гогенцоллернов. Новое правительство поддержало эту идею и предложило занять принцу освободившийся испанский престол. С весны 1870 года кандидатура принца Леопольда приобретала вопрос большой политической важности. То, что Бисмарк сам был инициатором выдвижения Гогенцоллерна на испанский престол, было опровергнуто авторами Рудольфом Морзей и Йохеном Диттрихом. До февраля 1870 года Бисмарк серьезно не занимался кандидатурой Гогенцоллерна. Испанский премьер-министр Хуан Прим (1814–1870) уведомил прусского короля Вильгельма I об официальном образе действий в Зигмарингене. Кандидатура принца Леопольда стала для Бисмарка средством влияния на политическое развитие событий в пределах Европы.
В письме Людвигу II от 27 февраля 1870 года Бисмарк уведомлял баварского короля, что ради сохранения мира и из-за экономических отношений между Германией и Испанией кандидатура Гогенцоллерна необходима в Испании. Ее отклонение принесет убытки; поэтому он в надежде поддержал ее, и это может принести выгоду.
Принц Леопольд после долгих колебаний принял предложение по совету Бисмарка. Бисмарк увидел в этой ситуации шанс помешать заключению союза между Францией и Австрией. Это вызвало недовольство и обеспокоенность императора Наполеона III, который видел угрозу для Франции в нарушении европейского баланса, а также считал, что возвышение Гогенцоллерна на испанском троне даст династии много могущества. Международная дипломатия истолковала заявление Франции как косвенную угрозу войны с Пруссией. Что касается Баварии, то Франция агитировала ее остаться нейтральной в случае конфликта. Однако дипломатический кризис летом 1870 года достигал вершины. Франция и Пруссия готовились к войне.
Граф Винсент фон Бенедетти, французский посол в Берлине, отправился в Бад-Эмс ходатайствовать о сохранении мира и отозвать кандидатуру принца Леопольда. В то время там на курорте отдыхал прусский король Вильгельм I. Он уговорил своего кузена Леопольда не выдвигать кандидатуру на испанский трон, но воспринял это как большое унижение для всего дома Гогенцоллернов. 12 июля 1870 года принц Леопольд отозвал свою кандидатуру.
Французский министр иностранных дел Аженор де Грамон (1819–1880) проинструктировал Бенедетти потребовать от Вильгельма I подписания официального отказа, чтобы Гогенцоллерны больше никогда не выдвигали претензий на престол Испании. Вильгельм на это 13 июля ответил Бенедетти, что таких гарантий он дать не может, и затем уведомил посла через своего адъютанта об официальном отказе Гогенцоллерн-Зигмарингена от трона. Попрощавшись вежливо с Бенедетти, 14 июля прусский король сказал послу, что дальнейшие переговоры будут вестись в Берлине. Сам Вильгельм не желал войны. Бисмарк писал о Вильгельме в мемуарах: «Ему было 73 года, он был миролюбив и не желал подвергать риску новой борьбы лавры 1866 года, но, когда он был свободен от женского влияния, им всегда руководило чувство чести наследника Фридриха Великого и прусского офицера».
Вильгельм отослал телеграмму Бисмарку в Берлин о происходящих событиях в Эмсе и уполномочил передать информацию в прессу. Получив депешу из Эмса, решительный и ловкий Бисмарк отредактировал ее, вычеркнув несколько фраз, превратив таким образом попытку Вильгельма I предотвратить войну в ее объявление. Причину своего поведения Бисмарк объяснил так: «Ввиду поведения Франции чувство нашей национальной чести вынуждало нас, по моему мнению, воевать; и если бы мы не последовали требованиям этого чувства, то утратили бы все приобретенные нами в 1866 году преимущества на пути к завершению нашего национального развития; усилившееся в 1866 году, благодаря нашим военным успехам, германское национальное чувство [на территории] к югу от Майна, выразившееся в готовности южных государств к союзам, снова неизбежно охладело бы».
На пути к объединению Германии Бисмарку осталось ослабить Францию, которая всячески не желала возвышения Пруссии. Фальсифицированная депеша выставляла Францию в унизительном свете и была передана в прессу 13 июля. В ней упоминалось: «После того как известия об отречении наследного принца Гогенцоллерна были официально сообщены французскому императорскому правительству испанским королевским правительством, французский посол предъявил в Эмсе его королевскому величеству добавочное требование уполномочить его телеграфировать в Париж, что его величество король обязывается на все будущие времена никогда не давать снова своего согласия, если Гогенцоллерны вернутся к своей кандидатуре. Его величество король отказался затем еще раз принять французского посла и приказал дежурному адъютанту передать ему, что его величество не имеет ничего более сообщить послу».
Бисмарк, зная авантюризм Наполеона III, полагал, что Франция не потерпит такого дипломатического поражения. Расчеты Бисмарка оказались верны: как во Франции, так и в Германии восприняли публикацию в прессе как национальное оскорбление. Бисмарк навязал Франции войну, выставив ее агрессором. Франция угодила в расставленную ловушку Бисмарка. Публикация стала катализатором, который запустил военный маховик. Для Франции было уже невозможно урегулировать конфликт мирным путем. Французские депутаты проголосовали за войну с Пруссией, и 13 июля была объявлена мобилизация. Вильгельм I узнал об исправленной депеше слишком поздно и уже никак не мог повлиять на ход событий.
Бисмарк тем временем направил в Мюнхен королю Людвигу телеграмму, взывая к союзническим чувствам, в связи с тем, что Франция оскорбила Вильгельма I, а это, собственно, оскорбляет и баварского короля. Министр Брай считал Бисмарка инициатором интриги и хотел удержать Баварию от вступления в войну. Согласно соглашению 1866 года Бавария обязывалась в случае войны предоставить свою армию в распоряжение прусскому командованию.
Внезапная эскалация кризиса потребовала немедленного решения относительно позиции Баварии в этом конфликте. Кабинет-секретариат короля находился в замке Берг и ожидал быстрого прибытия монарха.
Вопреки утверждениям Луизы фон Кобелль Людвиг II не совершал пяти-шестидневной горной экскурсии со своим конюхом Рихардом Хорнигом 8 июля 1870 года. Согласно свидетельству замковой хроники Хоэншвангау, он пробыл в этом замке с 20 июня по 11 июля 1870 года. В указанное время до своего отъезда 11 июля король работал над государственными делами.
В некоторых серьезных публикациях изображено бесследное исчезновение короля Людвига II перед решением важных для Баварии вопросов 1870 года и объявлением мобилизации, что даже министры не знали о местонахождении короля. Луиза фон Кобелль и ее муж королевский кабинет-секретарь Август фон Айзенхарт, биограф Готтфрид фон Бём, придворный секретарь Лоренц фон Дюффлипп, биограф Вальтер Руммель, зять Фридриха фон Циглера, исказили в своих работах события тех лет.
Франц Мерта в своем тщательном исследовании опроверг эти искаженные события.
Кто-то намеренно, из эгоистических интересов, ошибочно изобразил факты: как Луиза Кобелль, которая сознательно выдумывала процессы и искажала факты, чтобы показать роль своего мужа, кабинет-секретаря Айзенхарта, в более привлекательном свете. Или как Вальтер Руммель, собирающий сведения о короле от своего тестя Фридриха Циглера, который дал показания против короля для медицинской экспертизы Бернхарда фон Гуддена, объявляющей недееспособным Людвига II. Другие биографы, такие как Готфрид Бём, опирались на заявления секретаря Дюффлиппа, поэтому могли ненамеренно воспроизвести ошибку.
Благодаря точно установленным Францем Мертой сведениям, Людвиг II прибыл в замок Берг 14 июля. Король не скрывался с Хорнигом неизвестно где в горных хижинах, не поставив в известность министров и секретариат. Выехав 11 июля из Хоэншвангау, Людвиг заехал в Линдерхоф и потом направился в замок Берг.
Король телеграфировал министру иностранных дел Браю и военному министру Зигмунду фон Пранку прибыть в Берг. Кабинет-секретарь Айзенхарт проинформировал Людвига об обстановке на международной арене. Попытки министра Брая уладить конфликт мирным путем встретили полное одобрение Людвига, но все усилия министра выступить посредником между Францией и Пруссией провалились. Поскольку Франция объявила первой войну Пруссии и, согласно договору о союзе Баварии и Пруссии, избежать вступления в конфликт не представлялось возможным. Несмотря на то что большинство баварских министров высказывались за нейтралитет, у Людвига II не оставалось выбора, кроме как пойти на военное сотрудничество с Пруссией. Согласно соглашению от 1866 года о наступательном и оборонительном союзе, Бавария была обязана предоставить свои войска в распоряжение Пруссии и передать верховное военное командование прусскому королю.
Людвиг осознавал, что если Бавария останется в войне нейтральной, то суверенитет баварского королевства, возможно, окажется под угрозой в случае победы Пруссии. Французскую победу предсказать было тяжело. А если выступить на стороне Франции, то, значит, предать союзный договор с Пруссией и другими немцами. Такое решение пацифисту и франкофилу Людвигу далось довольно тяжело. После долгих обсуждений с Пранком и Браем король Людвиг II сообщил прусскому послу Вертерну, что Бавария выполнит свои обязательства согласно союзническому договору. Баварский король, несмотря на свою антипатию к прусским родственникам, первым из южногерманских правителей высказался в поддержку Пруссии и объявил мобилизацию. Что интересно, приказ о мобилизации военному министру Пранку Людвиг II произнес по-французски: «J’ordonne la mobilisation; informez en le Ministere de la guerre. Louis» («Я отдаю приказ о мобилизации, сообщите военному министру. Луи»).