– Эллина Александровна, – обратилась к ней Лариса, – могу я войти?
– Что ты там болтала о мужчине в коже? – спросила Графиня трескучим голосом.
– Вы не подскажете... – начала Лара, но старуха вновь оборвала ее вопросом:
– Откуда ты о нем узнала?
– Так вы помните такого? А как его имя не подскажете?
– Зачем тебе его имя?
– Чтобы найти его детей или внуков и сообщить им... – Лариса на миг запнулась, но, побоявшись своим враньем все испортить, выпалила: – Сообщить, что их отец или дед умер в 1971 году!
Старухины глаза, до этого тусклые и равнодушные, вдруг вспыхнули каким-то паническим удивлением, рот приоткрылся.
– Что ты сказала? – прохрипела она. И сглотнула, плотно зажмурив дряблые веки. – Умер?
– Этот человек был убит в вашей коммуналке. Его труп я обнаружила, когда сломала кирпичную...
Договорить она не успела, потому что в следующий миг старуха Берг, покраснев так, будто ее лицо обдало жаром, стала падать вперед. Она падала, как подрубленное дерево, стремительно и неумолимо, и Лара едва успела ее подхватить. Когда Графиня обмякла в ее руках, Лара бережно опустила ее на пол. Трясущимися пальцами коснулась морщинистой шеи. Пульс был! Под пергаментной старческой кожей слабо билась вена.
– Жива, – облегченно пробормотала Лариса и, вытащив из кармана сотовый телефон, стала звонить в «Скорую».
Глава 4
– Что с ней? – спросила Лара у приехавшего по вызову доктора. Он бегло осмотрел больную и принялся рыться в своем чемоданчике в поисках шприца.
– Инсульт, – констатировал он. – Судя по изменившемуся цвету лица, кровоизлияние...
– Это которое при гипертонии бывает?
– Не только. Еще при тромбозе, атеросклерозе, травмах черепа. Нередко возникает при сильном волнении и напряжении, – устало объяснил врач. – Вспомните, например, Брюса Ли. Он, здоровый молодой мужчина, умер как раз от кровоизлияния. Перенапрягся. А уж таким древним старухам, как ваша бабушка, достаточно немного понервничать, и все...
– Все? – переспросила Лара испуганно. – То есть она не выживет?
– Да пожила уж, хватит, – со свойственным медикам здоровым цинизмом заметил врач. – Сколько ей? Девяносто, не меньше?
– Даже больше. Она с пятнадцатого года...
– Ну, вот видите! Если она выживет, а это станет ясно в ближайшие сутки, намучаетесь с ней. Мозговая деятельность нарушена. Как следствие: парализация конечностей, поражение лицевых нервов, нарушение речи...
– И ничего нельзя сделать, чтобы ее вылечить?
– Мы можем, конечно, подключить ее к аппарату, но...
– Подключите!
– Это ничего не даст! У молодых жизненные функции могут восстановиться в течение месяца, но вашей бабушке под сто!
– Она не моя бабушка, – поправила его Лара.
– Тем более! – воскликнул он, но тут же полюбопытствовал: – А кто же?
– Бывшая соседка.
– Тогда зачем вам лишние проблемы? А траты? Мы ее бесплатно лечить не будем...
– Я все оплачу, – отрезала Лариса.
Врач уважительно хмыкнул, и Лара не стала объяснять, что движет ею совсем не благородство, а банальное чувство вины: ведь именно она стала виновницей приключившегося со старухой несчастья. Не приди Лариса к Эллине, не расскажи о смерти депутата, Графиня так и пребывала бы в своем непоколебимом спокойствии, а значит, ее не настиг бы инсульт!
– Ладно, я старуху забираю, – сказал Ларе врач. – Но мне нужны ее документы: паспорт и медицинский полис.
– Я не знаю, где у нее что лежит...
– Поищите. Лучше прямо сейчас. Чтобы сегодня же ее оформить...
Он распахнул дверь и крикнул курившему на площадке первого этажа фельдшеру, чтобы тот тащил носилки. А Лара тем временем прошла в единственную комнату и начала поиски документов. На ее удачу паспорт обнаружился сразу – Эллина Александровна хранила его в верхнем ящике старинного комода. Там же лежало пенсионное удостоверение и стопка счетов. А вот полиса в ящике не оказалось. Так что пришлось поиски продолжить. Лара порылась во всех отделениях шкафчика, на полках стеллажа, в многочисленных шкатулках, забитых пожелтевшими письмами и снимками. Полиса она не нашла, зато наткнулась на вещь, более для нее интересную: порванную фотокарточку. Достав обрывки со дна шкатулки и сложив их вместе, Лара смогла рассмотреть изображение. На снимке был запечатлен мужчина с голым торсом, на груди которого болталась цепочка с круглым кулоном. Мужчина был по-киношному красив, белозуб, строен, а вот его украшение оказалось чересчур простым. Обычная тонкая цепочка (в лучшем случае серебряная), на которой висела... пробитая монета. Лариса чуть фотографию не выронила. Неужели это именно та монета и именно тот мужчина?
Лара перевернула снимок. На обратной его стороне было написано «Егор Д. Ялта. 1946 г.». Значит, «кожаного» зовут Егором! И в 1946 году он был в Ялте.
«Вот тебе, Лара, два новых факта! – пронеслось в ее голове. – Жаль, они никак не могут помочь в расследовании. Была бы хоть фамилия, а так...»
– Девушка, – донесся из прихожей голос доктора. – Вы скоро?
– Иду, – откликнулась Лара и поспешила на зов. – Паспорт, – сказала она, протянув врачу документ. – Есть еще пенсионное удостоверение. А полиса я не нашла...
Доктор проверил прописку. Убедившись, что она московская, буркнул:
– Ладно, без полиса обойдемся. – После чего двинулся к двери (старуху к тому времени уже унесли), не переставая с Ларой разговаривать: – Вы сейчас давайте с нами. Надо оформить документы, аванс заплатить...
– А без меня никак? – с надеждой спросила Лариса. Она очень устала и хотела домой. – Я могу деньги прямо сейчас отдать... И за лечение, и вам, за беспокойство... – Она открыто улыбнулась. – Сколько надо?
Доктор поиграл бровями. Он не хотел продешевить, но и наглеть не смел.
– Пока пяти тысяч будет достаточно, – сказал он наконец. – А там посмотрим...
Лариса достала кошелек. На счастье, у нее была с собой нужная сумма, и она смогла расплатиться.
– Но завтра все равно приезжайте, – сказал врач, быстрым движением пряча купюры в карман белого халата. – С лечащим доктором поговорите, он вам более точный прогноз даст. Да и денежные вопросы с ним обсудите...
Лариса согласно кивнула. Она и без того бы приехала, чтобы проведать Эллину Александровну.
– Всего хорошего! – попрощался с ней врач и покинул квартиру.
Немного погодя ушла и Лариса. Порванную фотографию Егора Д. она на всякий случай взяла с собой. Пересекая двор, Лара обратила внимание на двух мужчин, стоявших у сильно подержанного японского внедорожника с заляпанными грязью номерами. И обратила потому, что они не отрывали глаз от окон Эллины Александровны, при этом один что-то записывал, а второй говорил по телефону.
«Будто докладывают, что Графиню увезли, – мелькнуло в голове у Ларисы. – Хотя о чем это я? Кому нужна эта старуха, кроме меня?..»
Глава 5
Утро следующего дня Лара начала с телефонного звонка.
– Катерина Петровна, здравствуйте, – сказала она, услышав голос своей бывшей учительницы немецкого языка. – Вы не могли бы мне помочь?
– Лариса, ты? – зачем-то спросила Катерина Петровна: она прекрасно помнила всех своих учеников и каким-то непостижимым образом узнавала их по голосу. – Здравствуй, дорогая. Что ты хотела?
– Мне нужно перевести статью из немецкой газеты...
– А сама?
– Катерина Петровна, вы шутите? – засмеялась Лара. – Я ж ничего не помню...
– Плохо.
– Знаю, – покаянно вздохнула бывшая ученица.
– Прочитать-то хоть сможешь?
– Попробую... – Лара открыла файл со статьей, вчера она успела ее отсканировать, и начала читать с экрана. Не прошло и минуты, как «немка» ее прервала:
– Лариса, прекрати! Это не чтение, а издевательство над языком!
– Так плохо?
– Чудовищно! – безапелляционно заявила Катерина Петровна.
– Я просто с экрана читаю, – попыталась оправдаться Лариса. – А это с моим не очень хорошим зрением трудно...
Катерина Петровна хмыкнула так красноречиво, что Лара сразу примолкла. А «немка» после небольшой паузы предложила:
– Пришли мне статью по электронной почте. Адрес я тебе сейчас продиктую. Надеюсь, ты сможешь его правильно записать...
– У вас есть компьютер? – несказанно удивилась Лариса – по ее подсчетам, Катерине Петровне было никак не меньше семидесяти. – И Интернет подключен?
– А ты думаешь, только вам, молодым, доступны блага цивилизации? – усмехнулась «немка», после чего по буквам продиктовала свой е-мэйл. – Отправляй, я жду. Перевод предпочитаешь получить в том же электронном виде? Или тебе достаточно будет зачитать его по телефону?
– Лучше в электронном.
– Хорошо. Тогда я жду твоего письма, не забудь заархивировать его, а то у меня ящик почти полный, – деловито сообщила старая учительница и отсоединилась.
Положив трубку, Лариса с улыбкой покачала головой. Ай да Катерина Петровна, ай да молодец! Лара и думать не думала, что бывают такие продвинутые старушенции! Хотелось бы ей самой в семьдесят лет такой быть. Но это вряд ли! Она в тридцать пять компьютер знает так слабо, что значение слова «заархивируй» придется узнавать у Славика.
Лара ему тут же позвонила. Получив нужную информацию, засела за компьютер. Спустя четверть часа заархивированное письмо было отправлено учительнице, после чего Лариса пошла завтракать. Потом она намеревалась отправиться в клинику, но едва успела проглотить чашку кофе и пару бутербродов, как раздался телефонный звонок. К огромному Ларисиному удивлению, это была Екатерина Петровна с известием, что перевод готов.
– Уже? – ахнула Лара. – Ну вы даете!
– Даю не я, а специальная программа, – усмехнулась Катерина Петровна. – Могу узнать, для чего тебе нужен перевод этой статьи?
– Для работы. Я собираюсь снимать документальный фильм о... – Лариса замолчала, не зная, как закончить фразу, поскольку посвящать в свои планы пока никого не хотела. К ее радости, «немка» договорила за нее: