– Ладно, сейчас сниму. Начинаю. – Чародей медленно отнял руки от стены и, дотянувшись до затылка, принялся возиться с застежкой.
«Интересно, много ли сейчас силы в амулете? Если он отвлечет вора, можно будет удрать. Во всяком случае, на Ребекку он отреагировал».
– Сними цепь через голову, – велел грабитель. – Расстегивать ее совсем не обязательно.
«Откуда он знает? – удивился Хан. – Или он выслеживал меня специально ради колдовского талисмана?» Эта мысль заставила его похолодеть.
Юноша снял цепь через голову и дотронулся до амулета. Змея едва завибрировала. «Маловато», – подумал Хан и начал разворачиваться.
– Не оборачивайся, – резко скомандовал воришка. – Брось через плечо.
Голос налетчика показался ему знакомым.
Хан швырнул амулет правой рукой через плечо. Пока изумрудная змея пролетала мимо уха, он развернулся и вынул нож. Как и следовало ожидать, вор на мгновение отвлекся и следил взглядом за мерцающим медальоном, словно за падающей звездой.
Бывший главарь банды налетел на грабителя и со всей силы толкнул его плечом, заставив пошатнуться, а затем и вовсе удариться головой о каменную стену и свалиться без сознания на мощеную булыжником тропу.
Хан поглядел на упавшего вниз лицом вора. Тот был весь в черном: узкие штаны, черные ботинки и облегающая худощавую фигуру куртка с капюшоном. Это было облачение настоящего убийцы. Почему тогда преступник не облегчил себе задачу и не перерезал жертве глотку?
Все произошло практически бесшумно. Хан поднял амулет и продел цепь через голову. Змею юноша решил из руки не выпускать и стоял наготове с ножом в руке и ждал, когда объявятся сообщники воришки.
Однако из тени здания показалась всего одна фигура и подошла ближе.
– Не приближайся, – сказал Хан, размахивая ножом. – Или я прирежу тебя и твоего дружка!
– Не убивай ее, – попросил Танцующий с Огнем и вышел на падавший с главной дороги свет. – Нам нужно выяснить ее мотивы и кто ее на это надоумил.
«Ее? – Хан откинулся спиной на стену и выпустил из рук нож. Голова юноши пошла кругом. – Я ведь сплю, да?»
Танцующий с Огнем опустился на колени возле распластавшейся на тропе грабительницы и забрал ее нож, а затем аккуратно перевернул девицу на спину.
Это была Кэт Тайберн.
Глава 30. Жестокая магия
Когда Хан выпрыгивал в окно, Мик с Гарретом пытались оттащить Раису из комнаты. Амон же наступал на светловолосого чародея с мечом.
– Все в полном порядке, капрал-командир, – сказал тот. – Не нужно ни с кем разбираться. Рад вас снова видеть. Я в любом случае собирался покидать здание.
Затем Хан посмотрел на Раису сверкающими, словно сапфиры, глазами, а затем развернулся, распахнул ставни и, словно змей, выскользнул наружу. Амон бросил меч и ринулся к окну, намереваясь схватить беглеца, но не успел.
Раиса вырвалась из рук Мика и Гаррета и выглянула на крышу, встав рядом с Амоном. Капрал стиснул руку принцессы, словно испугался, что она выпрыгнет следом.
Выглянув в окно, девушка увидела ковылявшего по черепице Хана.
– Увидимся в четверг! – прокричала Раиса вслед чародею, а затем сняла с крючка его забытый плащ и бросила вниз. Тот поднял накидку и побежал прочь не оглядываясь. Амон захлопнул ставни.
– Отлично, – сказал капрал. – Он ушел. Все вон, я хочу поговорить с Морли наедине. Если Эббот и Тэлбот вернутся, скажите, чтобы подождали внизу.
Прежде чем выйти из комнаты, Мик и Гаррет сочувственно посмотрели на Раису. Послышался топот, а затем воцарилась тишина.
Принцесса оперлась на подоконник и бросила на Амона Бирна испепеляющий взгляд. Капрал ответил не менее хмурым. Несколько мгновений они так и стояли, гневно воззрившись друг на друга.
Наконец Амон сдался.
– Ты действительно пригласила Кандальника Алистера в свою комнату?
– Хана, – поправила принцесса.
– Что?
– Его зовут Хан Алистер.
Амон закатил глаза.
– Ладно, правда ли, что ты пригласила к себе Хана Алистера?
– А что такого? – Раиса была одновременно в ярости, смущена и расстроена.
– Ты не знаешь правил? То, что у нас нет смотрителя, не означает, что на нас они не распространяются. На второй и третий этажи гости не допускаются. А после отбоя это совершенно недопустимо! Я обещал магистру Аскеллу, что…
– Таим Аскелл здесь ни при чем, и ты это знаешь! Если бы ты обнаружил девушку в спальне Мика, то не стал бы кидаться на нее с мечом.
– Если бы она оказалась известной воровкой и главарем банды, то стал бы, – возразил Амон. – В особенности если эта воровка уже похищала его и держала в плену целую ночь, угрожая ножом. В особенности если эта воровка внезапно превратилась бы в чародея. – Капрал вытянул шею вперед, словно черепаха из панциря. – Честно говоря, в таком случае я бы всерьез задумался, не выжил ли Мик из ума!
– Я знаю, что делаю! – Раиса натянула рубашку. – К тому же я ничего от тебя не скрывала. Я рассказывала тебе, что Хан в Оденском броде.
«Перестань оправдываться, – уговаривала себя принцесса. – Ты ни в чем не виновата».
– Ты рассказывала, что не будешь от него скрываться, но не говорила, что собираешься с ним… – Амон махнул рукой в сторону смятой постели. – Раиса, ты почти его не знаешь. А то, что знаешь, весьма нелестно.
– Я знаю о Хане больше, чем ты думаешь, – возразила она. – Я несколько месяцев являюсь его наставницей.
– Наставницей? – Амон изогнул бровь. – Так вот чем ты занимаешься!
Капрал поднял меч и всадил его в ножны с такой яростью, будто протыкал врага, бормоча себе под нос какое-то ругательство.
– Что-что? Что ты сказал?
– Я спросил, раз ты являешься его наставницей, то по какому, черт возьми, предмету?
– А это тебя не касается, – огрызнулась Раиса. – Ты каждый вечер прогуливаешься на другой берег реки, чтобы поворковать с Аннамаей.
– Это совсем другое! Мы не… – Амон снова указал на кровать принцессы.
Она скрестила руки на груди.
– А ты, верно, и не хочешь! Ты же собрался жениться на той, кого не любишь!
– У меня нет выбора. – Амон уселся на пол возле камина и обхватил ладонями голову.
Раиса долго глядела на капрала, а затем подошла и присела рядом.
– Я знаю. – Принцесса положила ладонь на колено друга. – Прости меня.
– Мы те, кто мы есть, и этого не изменить, – сквозь зубы пробормотал капрал. – Ты должна делать вид, что я твой командир, но когда я отдаю тебе приказы, ты превращаешься в наследную принцессу. На это смотрят другие «волки». Когда они перестанут мне подчиняться, смогу ли я их в этом обвинить?
– Прости меня, – снова извинилась Раиса. – Но что мне остается делать, когда ты мечом изгоняешь гостей из моей комнаты?
Амон опустил ладони на колени и покрутил кольцо с бегущими по кругу волками. Он глянул на принцессу серыми, полными боли глазами.
– Понимаю, что не имею права спрашивать, но… Что происходит между тобой и Алистером? Это всего лишь интрижка или?..
– Это не месть, если тебя это интересует, – резко отозвалась Раиса.
Щеки Амона порозовели.
– Я просто хотел удостовериться…
– Хотя мысль о мести казалась заманчивой, но – нет. – На мгновение девушка задумалась. – Я даже не знаю, что тебе ответить. Алистер очень умен и все замечает. Я столькому у него научилась. Мне кажется, рядом с ним я становлюсь лучшим человеком.
Амон закатил глаза.
– Ты говоришь о нем, как о святом отце, а не как о любовнике.
– Он мне не любовник! – вспылила Раиса. – Ну не совсем.
– Не совсем? Или пока?
– Амон!
Капрал устало потер глаза.
– Во имя Создательницы, Раиса! Мне и так сложно.
– Я знаю. – Раиса закусила губу.
«Что ему сказать? Что я не могу не любоваться любой деталью его внешности от переломанного носа и боевых шрамов до голубых, словно горное озеро в разгар лета, глаз? Что иногда я вижу в нем юношу, которым он мог бы стать, если бы не суровая жизнь на улицах Тряпичного рынка? Что временами я замечаю тщательно скрываемую боль на его лице, а временами понимаю, насколько он опасен? Нет! Ничего из этого я не могу сказать Амону Бирну!»
– Я иду на кадетский бал с Ханом. Просто довожу до твоего сведения.
– Раиса. – Амон взял принцессу за руки. – Прошу тебя! Делай что хочешь, только не влюбляйся в него!
Она кивнула, прекрасно осознавая, что эта просьба уже невыполнима.
Глава 31. Предательство
Хан сидел на корточках на вымощенной булыжниками тропе и глядел на Кэт. Над ее правым глазом расцвел пурпурный синяк. Бровь опухла, отчего лицо девушки выглядело несимметричным. Нанеси он удар чуть ниже – и она лишилась бы глаза.
Хан глянул на Танцующего с Огнем.
– Ты знал, что она меня преследует?
– Тсс. – Горец приложил палец к губам и огляделся. – Я знал, что она что-то замышляет, и отправился следом. Я бы не позволил ей перерезать тебе глотку.
– Как заботливо с твоей стороны. – Хан встал и поднял обрезки своего плаща. – И когда же ты планировал вмешаться?
– Давай занесем ее внутрь, пока нас не заметили караульные, – сказал Танцующий с Огнем.
– Зачем? Пускай кинут ее в темницу. С меня хватит.
Хана предала та, кого он считал другом. Юноша и помыслить не мог, что Кэт могла напасть на него, да еще и с ножом. После случившегося он чувствовал себя невероятно уставшим.
Танцующий с Огнем проигнорировал предложение друга.
– Давай же! У нас не получится затащить ее через крышу в окно, так что я понесу ее, а ты отвлеки Блевинса.
Горец спрятал нож Кэт, просунул руки ей под мышки и приподнял. Девушка испустила слабый стон, но глаза не открыла.
Хан вошел в гостиную первым и огляделся. Блевинс крепко спал в кресле перед камином, очевидно, ожидая появления юных чародеев. Как же он разозлится, если не поймает их за нарушение комендантского часа!
Алистер поманил рукой Танцующего с Огнем, и они на цыпочках прошли мимо смотрителя, а затем принялись взбираться по лестнице, двигаясь по краям ступеней, чтобы те не скрипели.