– Вы в порядке, леди Байяр? – спросил он чародейку.
Девушка молча кивнула, чуть пошатнувшись, и магистр ее поддержал.
– Алистер? – повторила Абеляр дрожащим голосом. – Я спрашиваю, что произошло?
Хан покачал головой.
– И сам хотел бы знать. Такого ни разу не происходило. Я никогда не встречал в Эдиеоне кого-то, с кем не намеревался встретиться.
– Вы ранены. – Декан нахмурила темные брови и по очереди взглянула на Хана, Мику и Фиону.
– Незнакомец пытался нас убить, – ответил бывший вор. – Он как безумец метал в нас пламенем и выкрикивал заклинание за заклинанием. Мы отражали атаки, но даже втроем нам было с ним не справиться. – Юноша преувеличенно содрогнулся. – А потом он внезапно исчез. Просто истаял в воздухе. Наверное, у него закончилась сила.
Абеляр нахмурилась.
– Вы не знаете этого человека? Никогда не встречались с ним в реальном мире?
– Никогда. – Хан многозначительно посмотрел на Мику и Фиону. – А вы?
Байяры, оба с широко распахнутыми глазами и мертвенно-бледными лицами, покачали головами.
– Мы не представляли, где вы и живы ли, – вставил Эдрон и глянул на часы на башне. – Прошло явно не десять минут. Тридцать как минимум.
– Мастера де Вильерс и Эдрон пробовали вернуться самостоятельно, – сказала Абеляр. – Но у них ничего не вышло.
У всех, кроме Грифона и декана, посинели губы. Они казались до смерти перепуганными.
Руководитель группы смерила их подозрительным взглядом, а Грифон казался небывало счастливым. Следы боли, разочарования и горечи исчезли с его лица. Магистр выглядел как послушник, узревший лик Создательницы.
«Любопытно».
– Я бы продолжил разговор. – Хан отвел взгляд от Грифона. – Но я пробыл здесь слишком долго. Не хотелось бы застрять здесь навечно.
– Давайте выбираться отсюда, – поддержала его Модра, беспокойно озираясь.
– Подойдите все и дотроньтесь до меня, – скомандовал юноша, и все шестеро путешественников окружили его. – Теперь произнесите заклинание, пока я зачитываю свое.
Гул голосов погрузил мир во тьму. Хан очнулся в кабинете Абеляр, ощущая на себе чей-то вес. Открыв глаза и увидев, что на нем лежала Фиона, он живо выбрался из-под чародейки и встал на ноги.
Вернулись все, и Алистер облегченно вздохнул.
Декан еще раз всех пересчитала.
– Хорошо, – сказала она. – По крайней мере, мы никого не потеряли, хоть и не обошлось без травм. Поздравляю вас с первым путешествием в Эдиеон. Немногие могут похвастаться таким опытом. Чуть позже я решу, станем ли мы повторять его. Надеюсь, мне не нужно напоминать, чтобы вы никому об этом не рассказывали.
– Прошу прощения, декан Абеляр, – произнес Хан. – Я, конечно, вам не указ, но сам туда больше не вернусь. Это было бы неоправданным риском.
Несколько голов согласно кивнули.
Абеляр поджала губы, но ничего не ответила, и ученики молча покинули кабинет декана.
Мика и Фиона дождались Хана у подножия лестницы.
– Я хочу поговорить с тобой, – сказала чародейка, стискивая ладонь юноши так, что ногти впивались в кожу.
– Руки прочь! – велел Алистер и приставил нож к шее девушки. – Считаю до трех. Один…
Она разжала пальцы, и Хан тут же спрятал нож.
– То, что я не прикончил вас в Эдиеоне, не означает, что мы теперь друзья. Хочу разъяснить вам обстановку, только для начала мы выйдем во двор, чтобы беседовать в приятной людной обстановке. С такими интриганами, как вы, я в темных закоулках разговаривать не рискну.
Хан вышел на улицу, направился в самый центр площади и уселся на скамью в павильоне возле фонтана имени Байяров.
Близнецы последовали за юношей. Он указал им на соседнюю скамью.
– Чем ты думал, Мика, когда посылал уличную воровку против чародея? – без предисловий спросил Хан, подкидывая и ловя нож. – Должен заметить, она действительно хороша. Не так уж много храмовых послушников способны вырезать сердца. Однако мне она не ровня, ведь у нее всегда тряслись руки при вскрытии сложных замков.
– Не понимаю, о ком ты, – напыщенно заявил Байяр.
– Ты о ком? – одновременно с братом спросила Фиона.
– Кэт Тайберн больше не работает на тебя, – ответил Хан. – Мне очень жаль.
– Кто такая Кэт Тайберн? – Чародейка прищурилась и перевела взгляд с Алистера на Мику, который, в свою очередь, внимательно смотрел на неприятеля. Любопытство боролось в нем с желанием продолжать отрицать очевидное.
– Так что случилось? – наконец сдался черноволосый Байяр. – Где она?
– А как ты думаешь? – Хан снова подбросил нож и поймал его.
– Ты убил ее? – Лицо Мики выражало восхищенный ужас.
Хан пожал плечами.
– Не хочу говорить о Кэт.
– А я хочу, – огрызнулась Фиона, испепеляя взглядом брата. – Что все это значит?
– Потом объясню, – ответил черноволосый. – Давайте обсудим то, что произошло в Эдиеоне. Кто такой Ворон? Ты наколдовал его, чтобы заставить нас трепетать?
Хан проверил острие ножа подушечкой большого пальца.
– По правде говоря, я понятия не имею, кто такой этот Ворон и что ему нужно. Я был так же поражен его появлением, как и вы.
– Но ты знаешь его, – заметила Фиона. – Это было очевидно.
– Я встречался с ним раньше, – ответил Хан, убирая нож. – Но не могу сказать, что знаю его. Давайте просто признаем, что то, что произошло в Эдиеоне, находится за гранью вашего понимания. – Юноша взялся за амулет Короля Демонов. – Давайте кое-что проясним раз и навсегда. Мне надоело без конца оглядываться через плечо, ждать, что кто-то залезет ко мне в карман, заколдует или воткнет нож в спину. – Алистер взвесил амулет. – Если хотите забрать его – подойдите и возьмите.
Мика покачал головой.
– Мы что, по-твоему, совсем глупцы? Ты нападешь на нас. Или нас исключат за нападение на тебя.
– Обещаю положа руку на сердце, что у меня и в мыслях такого нет. Сможете забрать его – он ваш. – Хан криво и опасно ухмыльнулся. – Ну же. Давайте! Кто первый попробует?
– Брось его мне, – предложила Фиона.
– Ну, это было бы глупо, не так ли? Вы с тремя амулетами против меня без всякой защиты. Нет уж, подойдите и заберите его у меня.
Мика снова покачал головой.
– Я тебе не доверяю, Алистер.
Хан вздохнул.
– Ты слишком умен, Байяр. Видите ли, эта вещица сама выбирает себе хозяина. Дотроньтесь до нее – и развеетесь зловонным пеплом по ветру.
– Ты забыл, что я ей уже пользовался? – высокомерно процедил Мика.
– Ну так подойди и забери! – ухмыльнулся Хан и погладил изумрудную змею по голове. – Больше такого шанса не представится.
Фиона поджала губы.
– Ты утверждаешь, что можешь пользоваться этим амулетом, а мы нет? При том что именно мы являемся законными владельцами?
– Вы, Байяры, продолжаете стоять на том, что талисман принадлежит вам, – закатил глаза Хан. – Но это вовсе не так. Тысячу лет назад вы украли его у Алжера Уотерлоу. Эту вещицу должны были уничтожить, однако в вашей семье хранится целый тайник с запрещенными изделиями и оружием, не так ли?
Брат с сестрой оцепенели. Они сидели, не моргая и держась за свои амулеты, тоже, вероятно, запрещенные.
– У тебя нет доказательств, – наконец осмелилась произнести Фиона.
– Ты ошибаешься. Я могу отдать этот амулет горцам и рассказать, откуда его взял. И они мне поверят. Я состою с племенами в лучших отношениях, нежели ваша семейка. К тому же Хайден Танцующий с Огнем был со мной в тот день на Ханалее. А он, как вы знаете, тесно связан с племенами Призрачных гор.
– Ты не отдашь амулет горцам, – сказал Мика. – Они его уничтожат.
– Может, ты и прав, – ответил Хан. – А может, и нет. Но обещаю: назад вы змею не получите. Ваш отец убил мою мать и сестру. Гвардейцы королевской стражи заперли их в конюшне и подожгли. Они сгорели заживо… Конечно, лорд Байяр не подносил огонь к зданию лично, но вина лежит именно на нем. Моей сестренке было всего семь…
Мика отвел взгляд.
– Тебя разыскивали, чтобы повесить за убийства. Это королева…
Хан жестом остановил поток его оправданий.
– Убийства, которых я не совершал. О, виновных много. И королевская стража в том числе. Но я далеко не дурак. Не совершайте ошибку, полагаясь на это.
Фиона пристально посмотрела на него и покачала головой.
– Я так и не думала.
– После этого кто-то – ваши люди или те же гвардейцы – поубивал моих друзей с Тряпичного рынка. Из них пытались выбить признание о моем местонахождении. Среди банды были и совсем дети. Знаете, они выбрали воровскую жизнь не по велению сердца. У них просто не было другого выбора. – Хан склонил голову. – И вы утверждаете, что королева объявила охоту на меня из-за убийства нескольких «южан»?
– Ты всадил нож в нашего отца, когда он пытался обсудить условия по возврату амулета, – произнесла Фиона. – Ты чуть не убил Верховного Чародея! Разве одного этого не достаточно, чтобы оказаться в розыске?
– Обсудить условия по возврату? – с удивлением уставился на нее Хан. – Вы, аристократы, своеобразно выражаетесь. У нас на Тряпичном рынке это называется «заигрывать со смертью». Лорд Байяр прямо заявил, что собирается запереть меня в своей темнице и пытать, пока я не сдохну.
Мика нетерпеливо поерзал по скамье.
– И к чему ты ведешь?
– Я хочу сказать, что заплатил за этот амулет слишком высокую цену. Ни один из вас его использовать не может. А я бы предпочел скорее расплавить или раскрошить его, лишь бы не отдавать вам. Вы сомневаетесь в этом?
– Нет, – прошептала Фиона.
Лицо чародейки было еще бледнее обычного.
– Но ты глупец, если используешь его, – добавила она. – Ты и вообразить не можешь, насколько он опасен.
– Люблю рисковать, – ответил Хан. – Знаешь, Мика, в тот первый вечер, когда мы встретились в таверне, мне до смерти хотелось тебя замочить. Перерезать глотку и смешать твою голубую кровь с грязью. Накинуть тебе петлю на шею и, вздернув на виселице, наблюдать за твоими предсмертными корчами.
– Уже трепещу от страха, – сказал черноволосый вельможа, глядя однокурснику прямо в глаза.