Вскоре нам преподнесли кубки с вином и угощение. Я пригубила свой, затем сунула в руки подоспевших фрейлин. Лодки с придворными причаливали одна за другой. Где-то мелькнул Роберт, но сразу же потерялся в суете придворных в роскошных одеждах.
– Елизавета, позвольте пройтись рядом с вами, – Юхан, граф Финский, брат кронпринца, протянул мне руку, не дав наступить в лужу с весенней грязью. – Как вы находите моего старшего брата?
Граф был моложе, выше, тоньше в кости, трезвее и, определенно, умнее. Внешне они были похожи, но Эрик казался более привлекательным. Наверное, потому, что у Юхана был строгий, суровый взгляд человека, привыкшего повелевать. На его вопрос я решила не отвечать. Пусть думает… Что хочет, то и пусть думает! Кронпринц был мне безразличен. Одно меня поражало – как в него столько влезает? Ведь выпил, кажется, уже пятый кубок с момента, как сошли на пристань.
– Не сомневаюсь, вы в курсе ночного недоразумения, – продолжал Юхан.
– Не сомневайтесь, – вежливо ответила я.
– Эрик получит от вас отказ, – произнес граф, словно решение уже принято и заверено моим Советом. – Это понимают все, кроме него. Но не спешите прощаться со Швецией! Надеюсь, разочарование не затмит ваш взор, вы присмотритесь к другому брату.
Юхан, не спешивший отпускать мою руку, поднес ее к губам.
– Его сложно не заметить, – медленно произнесла я.
– Поведение Эрика многим не по душе и в Швеции, – продолжал Юхан. – У него часто случаются приступы беспричинного гнева и подозрительности. Брату видятся демоны, которые однажды его погубят.
– Определенно, погубят, – согласилась я. – Главный демон прячется в вине, мой дорогой граф!
Юхан покачал головой:
– Дурная наследственность, Елизавета, боюсь, не позволит ему править слишком долго. На троне Швеции будет сидеть не он. Знаю, вы откажете Эрику, поэтому, прошу вас, не удивляйтесь, когда из Уппсалы прибудут другие послы. Мои послы.
– Юхан…
Он вновь поцеловал мне руку. Пораженная, я не знала, что ответить.
– Вы произвели на меня невероятное впечатление. Ваша красота и ум затмевают любую из встреченных мною доселе женщин. Елизавета, если позволите…
– Не позволю, – ответила я, отбирая руку, и все из-за того, что спиной почувствовала тяжелый взгляд. Оглянулась. Роберт стоял неподалеку и смотрела на меня обвиняющее… Словно мы давно женаты, а тут он застукал благоверную за флиртом с садовником!
– Юхан, это лорд Дадли, – слегка запнувшись, произнесла я. – Несомненно, вы с ним уже знакомы.
Оставив двух мужчин, обменивающихся коляще-режущими взглядами, сбежала к щедрому кронпринцу. Впрочем, монеты, что подавал ему паж, все же закончились, и Эрик вспомнил о моем существовании. Любезно поцеловал мне руку, чем вызвал бурный восторг толпы.
Рано вы радуетесь, не сидеть шведу на английском троне!
Наконец, вернулись на баржу, где Эрик быстро достиг кондиции, когда все женщины кажутся на одно лицо, причем, чертовски привлекательное. Еще повезло, что руками ко мне не полез, а то проверила бы на нем крепость теннисного удара…
В Уайтхолл вернулись только к вечеру. Во дворце проголодавшихся гостей ждали накрытые столы, музыканты и представления. Меня едва успели переодеть в красное платье, распустить волосы и украсить их жемчужными нитями, похожими на те, которыми был расшит узкий лиф платья, как слуга объявил, что все готово для фейерверка.
Одна лишь я не была готова.
– Бланш! – подозвала полноватую жену Томаса Перри, главного казначея. Он был предан Елизавете еще со времен, когда она не короновалась, так что у меня не было причин не доверять кому-то из его семьи. Бланш стала моей новой фрейлиной, после того как я решила держать подальше Летицию Ноллис. – Если увидите, что Эрик Шведский ухаживает за Катериной Грей, знайте, все происходит с моего одобрения. Я бы хотела, чтобы девушка прониклась к нему тайной страстью. Кэти и Бэсси уже в курсе. Если сможете, замолвите за него словечко.
Угу, пусть нашептывают весь вечер о том, что Эрик от нее без ума. В кронпринце я не сомневалась. Единственное, требовалось убрать с игрового поля Летицию, щеголявшую в новом платье и роскошном колье. Не сомневаюсь, последнее появилось после ночи, проведенной с моим женихом. Да, и проследить, чтобы нетрезвый взгляд шведского принца не упал на другую красавицу, которые в избытке водились в Уайтхолле.
Глава 12
Набросив накидку, я отправилась в дворцовый парк, и за мной на улицу высыпала разодетая толпа придворных. Я слышала, как они с восторгом разговаривали о небывалом зрелище.
Фейерверки, сделанные итальянскими мастерами… Первый раз в Англии!
Затем восхищенно смотрела на серебряные и золотые всполохи, пронзающие черное небо. Красиво, невероятно, дух захватывает! Конечно, далеко до того, к чему я привыкла на родине, но… Это уже было не важно.
Моя родина – здесь. Какая есть – вся моя!
Мы стояли на высоком помосте, специально построенном во дворцовом парке. По мою правую руку – Эрик Шведский, с другой стороны – Юхан, граф Финский. Позади нас – несколько членов Тайного Совета, один другого знатнее. Граф Арундел сопел мне в спину, все норовя зарыться носом в мои волосы. Роберт был где-то слева, его оттеснил герцог Саффолк, но лорд Дадли весь фейерверк смотрел только на меня.
Тут мой левой руки коснулись чьи-то уверенные пальцы, сжали несильно, принялись поглаживать легкими движениями. Я дернулась. Даже сквозь лайковые перчатки чувствовала тепло прикосновений. Юхан смотрел на меня неотрывно, не улыбаясь, словно пытаясь при каждом всполохе разглядеть что-то, известное только ему.
– Елизавета…
– Вы сошли с ума! – прошипела на него. – Увидят же!
– Сошел, – с легкостью согласился он. – И это самое приятное из существующих на этом свете помешательств!
– На нас люди смотрят, – тихо напомнила я, вырывая руку. И точно – оглядывались, стараясь разобрать, о чем мы шепчемся. – Не забывайтесь, Юхан! Вы приехали в Англию сватать собственного брата.
– Я рад, что мой брат оказался идиотом, – тут же отозвался он. – Это мне дает надежду. Елизавета, скажите, есть ли у меня хоть малейший шанс?
– Я вас совсем не знаю!
Хотя, кого это тревожит во времена, когда принято выходить замуж по портретам?
– Поэтому я прошу вас о личной встрече! – Юхан вовсе не собирался сдаваться.
– Это невозможно.
– Могу ли я сопровождать на завтрашней охоте?
Пожала плечами. До сегодняшнего дня я его почти не замечала, а теперь вот заметила на свою голову… И мне срочно надо было хоть с кем-то посоветоваться. С мамой не получится, до ее рождения еще четыреста лет, значит… с Уильямом!
Но как объяснить государственному секретарю, что меня заинтересовал совсем другой брат?
Наконец, окончательно продрогнув на мартовском ветру, мы вернулись в замок. Придворные и гости накинулись на угощение. Я поковырялась в мясном рагу, затем принялась за свой коварный план. Подозвала Катерину Грей, представила ее Эрику, сидевшему рядом со мной. Он окинул девушку заинтересованным взглядом.
Кстати, она была вполне миловидна – симпатичная голубоглазая блондинка невысокого роста, вся в завитках вьющихся волос. На первый взгляд – скромница, на второй – кто же ее знает? Кажется, особым умом не блистала – выскочила замуж в тринадцать лет за мужчину намного старше ее. Правда, родители быстро аннулировали брак и пристроили ее ко двору. Поговаривали, что Катерина падка на лесть и красивых мужчин. Во второй раз замуж не спешила, потому что, подозреваю, нашлись те, кто объяснил девушке, что, если действовать с оглядкой, глядишь, удастся и на троне посидеть…
Но мы еще посмотрим!
Долго выспрашивала девушку о здоровье матери и о младшей сестре, давая Эрику время присмотреться. Надеюсь, не перепутает!.. Наконец, отпустила ее и подозвала Летицию, коршуном кружившую около нашего стола, со значением поглядывая на Эрика.
– Девочка моя, – ласково улыбаясь ей. – Принеси-ка мой молитвослов из спальни.
Летиция поклонилась и с недовольной миной отправилась выполнять поручение.
– Дорогой мой Эрик, – не менее ласково улыбнулась я шведскому принцу. – Развлечения вынудили нас пропустить дневную мессу. Мне, как ревностной христианке, тяжело об этом думать. Не желаете ли вы присоединиться к чтению Священного Писания? Помолимся, дорогой брат…
Священное Писание и молитвы Эрика не вдохновили, поэтому, прихватив кубок и пробормотав нечто невразумительное о срочном разговоре с лордом Дадли насчет завтрашней охоты, он позорно сбежал. Я же сидела, сложив руки на коленях, и вспоминала молитвы. Затем с удовольствием отметила, что Эрик пригласил Катерину на танец.
Сработало!
В том, что Летиция им не помешает, я не сомневалась, потому что нашла в письменном столе потайное отделение. Неожиданно для себя потянулась к выдвижному ящику, нажала на дощечку, привычно повернула рычажок, словно делала это изо дня в день, и – вуаля! – открыла боковую стенку ящика. Туда и спрятала молитвослов, положив к другим сокровищам, там обнаруженным. Это были письма Роберта, датированные сорок седьмым – сорок девятым годами. И еще – засушенный цветок розы. Не понимая, что он значил для королевы, коснулась его пальцами, а затем достала и приложила к губами, чувствуя, как подбираются к горлу слезы.
Письма читать не стала, решив, что не имею права лезть в чужие секреты. Так и оставила в тайнике, положив рядом молитвослов. Вряд ли Летиция обладает рентгеновским зрением и сможет его обнаружить…
Впрочем, тоже решила долго не засиживаться, потому что постоянно боролась с искушением. Юхан или Роберт, соперничая друг с другом в красноречии, уговаривали меня танцевать. Я отказывалась, жалуясь на усталость. Наконец, спровадив разочарованного Юхана танцевать с Бэсси, а графа Дадли заниматься прямыми обязанностями – развлекать гостей, подозвала Роджера.
– Видите графиню Оксфорд? – я указала на скучающую красавицу, бросавшую заинтересованные взгляды на шведского кронпринца. Надо признать, что Эрик в парадном наряде – черном с позолотой – выглядел великолепно, хотя у меня со вчерашнего дня развилась на него стойкая аллергия. Принц кружил в танце Катерину, и девушка в светлом облаке растрепавшихся кудрей казалась довольной и польщенной. – Не могли бы вы занять ее так, чтобы у нее не осталось ни единого шанса привлечь внимание моего жениха?