- Отпустит, не переживай. Просто приставит охрану. И мне будет спокойнее. У тебя сейчас занятия?
- Да, - голос младшей Рудлог был уныл. - А сегодня, между прочим, праздник!
- Праздник отметим вечером. А я пока схожу в Рудлог, куплю тебе новый фотоаппарат, пообщаюсь с Василиной. И навещу Валентину с детьми. Давно у них не были. Со мной нельзя, - предупредил он просьбу дочери.
Каролина тяжело вздохнула и кивнула.
- А может, их к нам пригласить, пап? Погостить?
- Я думал об этом, - улыбнулся Святослав Федорович. - Поговорю с Валей. Ешь, Каролина.
Младшая Рудлог некоторое время послушно и тихо ела, не нарушая этикет болтовней с набитым ртом. Но все же не выдержала:
- Жалко, что мы не можем сейчас все вместе на праздник собраться, правда? - Каролина положила в рот ещё кусок рыбы. Прожевала. - Все в разных уголках мира. Это грустно, пап.
- Это жизнь, милая, - тихо сказал Святослав. - Кто-то уезжает далеко, кто-то уходит. Это жизнь.
Глава 12
1 февраля, вечер среды, Север Рудлога, поместье Байдек, Василина
Увы, королеве Василине в этот вечер было не до праздника. Как, собственно, всем оставшимся в живых правителям, за исключением разве что императора Йеллоувиня, потому что гармонизирующая сила его крови была велика. Хотя и в его стране начались проблемы. Избежал тревог полностью только Владыка Нории - ибо над его страной ещё не успокоилась стихийная послесвадебная буря, и воздух был настолько напоен потоками Жизни, что влияние смерти двух королей не ощущалось.
А вот в других странах после обеда стали поступать тревожные сообщения. Резко ослабел стихийный фон, и Рудлог, несмотря на то, что сила Василины росла и недавно был напоен алтарь красной кровью, начало потряхивать по окраинам. Легонько, но этого достаточно было, чтобы испугать людей, помнящих еще осенние жуткие землетрясения. По всему континенту усилились ветра и морозы, и люди Бермонта, только с утра радовавшиеся теплу и солнцу, попрятались по домам. Инляндию накрыло ураганом, который, зацепив краем Маль-Серену, налетел с моря и ушел в Рудлог сильно ослабевший, но все же опасный. В Блакории местами вдруг на глазах изумленных людей полопалась мерзлая земля, открыв вязкие теплые топи, подогреваемые близкими горячими подземными водами, и по всей стране потек туман с явным болотистым запахом. Царица Иппоталия, которая с утра ушла в храм поминать родных - шел шестой день после их смерти, день памяти, - с удивлением и страхом поняла, что море больше не подчиняется ей так, как раньше, и куда больше сил нужно, чтобы обуздать его. И все равно по всему побережью континентов Рика и Манезия разыгрались опасные шторма, остановившие судоходство и выбросившие на берега тысячи тонн изломанного льда - такой силы они были.
Василина же к вечеру начала гореть - ей стало жарко, и казалось, что она ощущает каждый толчок земли в разных уголках Рудлога, которые отдавались в голове вязкой волной боли. Они с Марианом ближе к полудню ушли на Север, в имение Байдек, к детям. Сейчас муж в холле общался с Тандаджи и Стрелковским по телефону, а королева, не в силах выносить поднимающуюся температуру и задыхаясь, оставила мальчишек и Мартинку на верного Симона и няню и вышла из-за стола в заснеженный темный двор. Она прикладывала руки к сугробам - те таяли, со стоном прислонялась лбом к стылой коре яблонь - бедные деревья начинали потрескивать и высыхать. На плечи ее словно опускалась вся тяжесть небесных сфер, и Василина, не понимая, что происходит, металась по двору, пока снег не начал таять в диаметре трех, потом пяти метров от нее.
Байдек, закончивший разговор, вернулся в столовую, увидел во дворе зарево, тревожный взгляд Симона и, переменившись в лице, бросился туда. И застал момент, когда супруга, подернутая красноватым огненным маревом, застонала, опускаясь на землю с закрытыми глазами и растягиваясь на ней. От королевы во все стороны рванула круговая волна силы, почти ошпарившая бегущего к жене Мариана и сотрясшая почву.
В имении зазвенели стекла, зашумели, стряхивая снег, яблони, и все затихло - только краем слуха можно было уловить отдаляющийся гул земли.
Байдек перевел дыхание, потер саднящее лицо и быстро приблизился к жене. Сильно пахло озоном и каленым железом. Василина, одетая в легкое платье, сжавшись комочком и сотрясаясь от дрожи, так и лежала, закрыв глаза, на сухой, свободной от снега земле. Мариан с тяжелым сердцем взял холодную жену на руки, прижал к себе и понес домой.
Опять странные свойства крови его супруги, опять груз, который он не может разделить с ней. И как понять, как узнать, что он только что видел, что произошло и зачем?
Позже они узнали, что сейсмографы зафиксировали уникальное круговое землетрясение с эпицентром в имении Байдек. Уникальное, потому что слабое, но до самых границ страны не потерявшее силы. Круговая волна содрогающейся земли дошла до окраин Рудлога, заставив замолчать вулканы, начавшие извергаться в горах, и, постепенно слабея, распространилась по континенту.
После этого толчки в провинциях прекратились. Надолго ли - не знал никто.
Пока Василина приходила в себя в спальне, жадно глотая горячий ягодный чай, принц-консорт навестил детей, которые укладывались спать. Мальчишки дисциплинированно, как всегда в присутствии отца, улеглись в кровати. Мартинка же капризничала, требуя маму, и Мариан взял ее на руки и отнес в их уютную спальню, под бок к жене, сам присел рядом. Там, где они с Василиной всегда ощущали защищенность от всего мира, дочка и уснула, прижавшись к материнскому боку. И только потом они смогли поговорить.
- Думала, умру от жара, - тихо, почти шепотом, жаловалась королева, вздыхая и гладя Мартинку по спине. Потянулась к тумбочке, приглушила свет ночника. - Я ещё утром себя не очень чувствовала, лихорадило немного, но думала, от нервов.
Мариан кивнул - он тоже так решил. С утра пришлось вместе с Василиной проехаться по больницам - традиция милосердия в первый день весны, - и его самого от ожидания нападения скручивало почти до оборота.
- И потянуло на улицу, - продолжала Василина. - А там не пойму, будто зовут куда-то, будто нужно куда-то бежать, Мариан!
Мартинка зашевелилась, и королева зашептала: «тшш, тшшшш», наглаживая дочку и покачиваясь рядом с ней. Малышка затихла, и Василина продолжила совсем неслышно:
- Я в одну сторону, в другую - все не то. В голове уже мутиться начало, тело не слушается, на плечи тяжесть давит, и тут будто голос в голове шепнул: «на землю». Я и легла, не соображала уже ничего. Только коснулась - чувствую, что из-под земли ко мне кто-то потянулся, огромный, потянулся и огонь мой впитал. И сразу холодно стало… Знаешь, я ведь после коронации и до того, как алтарь напоила, что-то подобное ощущала, просто я тогда в таком состоянии была, что внимания не обратила. Но вот когда из меня кровь сосали… очень похожее было ощущение.
- Мне это не нравится, - хмуро и тихо проговорил Байдек. Снова налил в кружку горячего взвара из кувшина, подал жене, взял и себе. - Нужно опять проконсультироваться с Алмазом Григорьевичем, я попытаюсь с ним связаться завтра. Если он не сможет объяснить происходящее, то будем поднимать архивы, василек. Мне нужно знать, как уберечь тебя, да и понимать, опасно это или просто рядовое для вас явление?
- У мамы я такого не помню, - жалобно сказала Василина. - Мне страшно, Мариан. Ты рядом, дети рядом, а внутри будто дрожит что-то. Будто я ощущаю что-то неладное, и понять этого не могу.
- Я разберусь, - пообещал ей муж. - Обязательно, Василина.
Королева глотнула еще напитка. Лицо ее розовело - она взглянула на спящую дочку, улыбнулась с тонкой нежностью.
- О чем говорил Тандаджи?
- Кроме землетрясений? Нежить снова поднимается, - неохотно после паузы сообщил Мариан. - И массово. Мы уже привыкли к стабильному уровню, два-три захоронения в неделю, а сегодня больше полутора десятков по стране. Хотя большинство кладбищ уже санировали, по всей стране вскрываются старые, старше ста лет. Армейские части все подняты по тревоге, брошены на зачистки. В нескольких областях уже введен режим чрезвычайного положения. И, - он помолчал, глядя, как тревожнее становится взгляд супруги, - по словам Стрелковского, у всех, кроме Песков, такая же ситуация. Хуже всего в Инляндии и Блакории. Лучше всего в Йеллоувине, там в основном происшествия на окраинах. Но если учитывать, что у желтых никогда ранее не было нежити … Армии пока хватает, хотя генералитет собирается запросить у тебя разрешение набирать добровольцев в помощь.
- Можно было бы и сегодня, - нервно проговорила Василина. Посмотрела на хмурого мужа и покачала головой.
- Еще что-то, Мариан?
Байдек тяжело кивнул.
- Магколлегия утверждает, что стихийный фон над Турой продолжает ослабевать. Увеличилось количество проходов в иной мир, правда, они все открываются ненадолго, и чудовища оттуда не лезут. Все армейские предупреждены о возможной войне, переведены в режим готовности, и переходы отслеживаются по возможности, но мы не знаем, где произойдет прорыв, если он произойдет. И это большая проблема. Но не единственная. Начались перебои с телепортами. Информация пока секретная, но уже есть жертвы. Не массовые. Но в Инляндии два человека зашли в стационарный телепорт и не вышли там, куда направлялись. Их распылило. Есть происшествие и в Блакории. У нас несколько телепортов на телепорт-вокзалах перестали работать - мощности не хватает на переносы. Даже у сильных магов, строящих Зеркала, сократился радиус устойчивого действия. И, по прогнозам магученых из коллегии, проблема будет нарастать. Но это все тебе доложат завтра на совещании, Василина. А сейчас давай попробуем поспать. Боюсь, предстоит тяжелый день.
1 февраля, среда, Дармоншир, Марина
О моем предстоящем замужестве с «хорошим другом дома Рудлог» пресс-служба объявила вчера, накануне Вершины года, так что «из уважения к желанию почившего короля Инландера» через декаду, ровно на следующий день после окончания траура, мне предстояло снова изображать счастливую невесту. Благо, «в связи с печальными событиями, церемония будет закрытой и очень скромной», и я надеялась отделаться парочкой постановочных фотографий в платье со шлейфом не длиннее четырех метров.