"Это правда, то, что показывают по новостям?" - спросил он, блокируя мне путь в коридор.
Я тяжело вздохнул, чувствуя, как усталость накрывает меня новой волной. "Правда. Но откуда ты знаешь, что я в курсе?"
Семён достал телефон и показал запись с новостного портала. На экране мелькнуло знакомое здание академии, а в толпе на заднем плане можно было разглядеть и мой профиль. "Ты засветился в кадре во время похищения", - пояснил он, пристально изучая мою реакцию.
"Ясно... Прости, сам не знаю, что делать в этой ситуации", - пробормотал я, скидывая куртку на вешалку.
"В столице! Среди белого дня! Похищают дочь военного прокурора!" - Семён говорил всё громче, его кулаки непроизвольно сжимались. "Ты же присутствовал на допросах. Что говорили демонстранты?"
Я провёл рукой по лицу, чувствуя, как под пальцами проступает щетина. "Знаю ровно столько же, сколько и ты. Сём, прости, но давай доверим это дело профессионалам", - ответил я, стараясь говорить как можно спокойнее.
Ужин прошёл в гнетущем молчании. Я механически пережёвывал пищу, даже не замечая её вкуса, а после сразу отправился спать, будто надеясь, что сон позволит хотя бы ненадолго забыться.
Утро началось с вибрации телефона. Сообщение от Артемьева гласило: "Приезжай как можно раньше в Академию магии. Срочно."
Приехав в Академию, я сразу написал Артемьеву: "На месте".В ответ пришло лаконичное: "Зайди к профессору".Было очевидно, что речь о Беркофе - куда же еще?
Постучав в тяжелую дубовую дверь кабинета, я услышал глухое "Войдите". Беркоф сидел за массивным письменным столом, склонившись над какими-то документами. Увидев меня, он лишь молча кивнул в сторону небольшой подсобки, где обычно хранились магические артефакты.
За дверью меня ждал Артемьев и... Марина. Ее присутствие стало неожиданностью.
— Привет, Марин, - тихо поздоровался я. - Тебе что-то известно о вчерашнем похищении?
Она нервно перебирала край свитера, когда отвечала:
— Наше руководство в шоке. Говорят, их подставили. Они планировали всего лишь демонстрацию - немного пошуметь, спровоцировать задержание, чтобы показать себя "беззащитными жертвами". Даже знакомых журналистов пригласили для освещения. А получилось... вот это.
Вдруг мой взгляд зацепился за необычную деталь в ее образе.
— Марин, а это что за заколка? - осторожно спросил я, указывая на янтарный аксессуар в ее волосах.
— О, ты заметил! - ее лицо неожиданно оживилось. — Это отличительный знак приближенных к руководству. Все, кому доверяет лидер, носят украшения из янтаря.
— Дай посмотреть, - попросил я, стараясь звучать максимально нейтрально.
— Зачем тебе? - она невольно отстранилась, и в глазах мелькнуло беспокойство.
— Пожалуйста, - мягко, но настойчиво повторил я.
Когда заколка оказалась у меня в руках, доспехи внезапно отозвались едва заметной вибрацией - как будто что-то насторожило их. Я мысленно запросил пояснений, но получил лишь смутное ощущение недовольства и.. предостережения.
— Ты говоришь, все приближенные носят янтарные украшения? - переспросил я, тщательно подбирая слова.
— Ну да, - кивнула Марина.
— А сам лидер?
— Нет, он... он редко появляется среди нас. Я видела его всего один раз. Говорят, он показывается только перед крупными операциями.
Я глубоко вздохнул, чувствуя, как в груди сжимается неприятный комок.
— Марин, у меня для тебя плохие новости. Эти украшения... это сложные артефакты. Они влияют на способность критически мыслить. Обещай мне - носи ее только когда тебя могут видеть "свои", а в остальное время держи подальше от тела. Час надела - и в ящик до утра. Хорошо?
— Ну... попробую, - неуверенно ответила она. - Но она мне так нравится... Ты точно уверен, что это такой артефакт?
— Позже расскажешь подробнее, - вмешался Артемьев. - У нас еще не было такой зацепки.
"Ой, мальчики, мне пора бежать!" - Марина стремительно поднялась со стула, поправляя растрепавшиеся волосы. "Думаю, ректор уже приехал, а мне нужно подписать выход из академа. Очень удачно, что так пересеклись". Прежде чем мы успели что-то ответить, она ловко выскользнула из комнаты, оставив за собой легкий шлейф цветочного аромата.
Я повернулся к Артемьеву, скрестив руки на груди:
— Так срочность была не из-за Марины?
— Нет, - он достал из внутреннего кармана мундира сложенный лист с печатью. - Мне дали временное разрешение на твою телепортацию в черте города. Нужно снять параметры, настроить опознавательный жетон. Данные я должен отвезти в министерство к обеду. Если пойдем обычным бюрократическим путем, это займет месяцы. А у Беркофа... - он кивнул в сторону профессора, - есть все необходимое оборудование.
— Теперь понял. Спасибо.
Мы вышли из подсобки в просторную лабораторию, где Беркоф уже возился с каким-то сложным аппаратом, напоминавшим гибрид осциллографа и алхимического реторта. Я устроился в кресле, пока профессор облеплял мое тело датчиками - холодные металлические присоски щекотали кожу под одеждой. После серии измерений и записей в журнал он наконец отключил аппаратуру.
— Ты точно умеешь телепортироваться? - переспросил Беркоф, поправляя очки.
Я лишь кивнул в ответ.
— По моему сигналу переместись примерно на метр вперед, - он включил оборудование, и механизмы зажужжали, заполняя комнату синим свечением. - Теперь!
Мгновение - и я уже стоял в метре от кресла. Беркоф тут же схватил телефон и, отвернувшись, пробормотал в трубку: "Как и договаривались, это было у меня". Тем временем Артемьев достал два металлических жетона, которые профессор положил на стол, покрытый руническими символами. Подключив их к аппаратуре, Беркоф начал сложный ритуал - его пальцы двигались с хирургической точностью, а губы шептали древние слова. Наконец он торжественно протянул один жетон мне, второй - Артемьеву.
— Все, можете отвозить в министерство, - сказал он Артемьеву. Затем повернулся ко мне: - А тебе, Петр, пока Артемьев не отзвонится, телепортироваться запрещено. Когда получишь разрешение, обратись к Алисе и продолжай тренировки.
Мы разошлись без лишних слов. Поскольку приходилось ждать подтверждения разрешения на телепортацию, я решил заглянуть в столовую. В полупустом зале, куда я пришел до официального обеденного времени, пахло домашней едой. Взял привычный набор - воздушное пюре с сочной котлетой под морковной подливой, запил сладким компотом из сухофруктов. Ел в одиночестве, машинально наблюдая, как через матовые окна пробиваются солнечные лучи.
После обеда вышел во внутренний двор академии и устроился на скамейке, ожидая звонка от Артемьева. Когда телефон наконец зазвонил, сразу отправился искать Алису. На кафедре портальной магии мне сообщили её расписание, и я дождался окончания лекции.
— Привет, Алиса! - радостно окликнул я её, когда она вышла из аудитории с кипой конспектов в руках. - Смотри, что у меня есть!
Я гордо продемонстрировал жетон с разрешением на телепортацию.
— Ого! - её глаза расширились от удивления. - Да ты крутой! У нас даже не все выпускники получают такие. И судя по маркировке, тебе разрешено телепортироваться не только в пределах академии. Серьёзный уровень!
— Я так понимаю, тебе нужна помощь в тренировках? - спросила она, перебирая жетон в пальцах.
— Да, - кивнул я.
— Ну тогда пошли в тренировочный комплекс.
Мы вышли на улицу и направились к большому ангару на окраине кампуса. Внутри царил характерный запах металла и пота - стандартный набор тренажёров, гирь и штанг.
— Э-э.. - растерянно огляделся я. - Я думал, тренировки по телепортации проходят в каком-то особенном месте... Ну, в подвале с защитными рунами или что-то вроде того.
— Ага, - фыркнула Алиса, - с пентаграммами на полу и вызыванием демонов для разминки? Не смеши меня. В современном мире тратить энергию на портальную магию просто потому, что лень доехать на машине - верх расточительства.
Она ловко перехватила летящую гирю, продолжая объяснять:
— Сейчас порталы в первую очередь используются для грузоперевозок - туда, где нет нормальных дорог. Следующий этап - телепортация с пассажиром, где энергозатраты возрастают в разы.
— Помнишь то ощущение, когда инстинктивно защищал себя при переходе? - её голос стал серьёзнее. - Так вот, защищать других - этому нужно специально учиться. Поэтому начинаем с гирь - если не защитишь при переносе, максимум помнётся металл. Ничего страшного.
Изложив основы, Алиса оставила меня тренироваться в одиночестве. "Теорию объяснила, теперь твоя очередь практиковаться", - бросила она на прощание, направляясь к выходу.
Я продолжал тренировки до позднего вечера, снова и снова мысленно благодаря судьбу за этот удивительный доспех. Его встроенный энергетический резервуар и система контроля расхода позволяли мне отрабатывать телепортацию до автоматизма. Гири разного веса, тяжеленные штанги и даже гимнастический козёл — всё это становилось моими "пассажирами". Особенно забавно было перемещаться по залу, оседлав того самого козла - в такие моменты я чувствовал себя мифическим всадником на волшебном скакуне.
Мой тренировочный марафон прервал звонок Артемьева:"Завтра утром приезжай в лабораторию. Мы нашли её", - его голос звучал устало, но удовлетворённо.
Не успел я осмыслить эти слова, как зазвонил телефон снова - на этот раз мой командир, лейтенант Букреев:"Общий сбор в лаборатории в восемь утра. Приезжай пораньше". После паузы добавил: "Есть новости, но и куча бюрократических проволочек. Подробности утром".
Оставшуюся часть ночи я провёл в беспокойных метаниях, то и дело просыпаясь и поглядывая на часы. Утро встретило меня тяжёлой головой и ощущением разбитости. Тем не менее, ровно к восьми я уже стоял у дверей лаборатории, где мне предстояло узнать все последние новости.
Имперская безопасность дала добро на совместную операцию с «Витязями». Проблема была в том, что похитители засели в бизнес-центре в историческом районе столицы — а значит, вокруг толпы туристов, да и внутри полно офисных сотрудников.