Но он подошел сам. Опустился на колено и коснулся ладонью кошачьего лба.
— Бедная маленькая кошка, ты ведь нарушила комендантский час случайно? Ты не хотела этого, правда?
— Не хотела, — еле слышно промямлила ошарашенная Алена. — Я за Карлом пошла.
Сирин сидел в стороне, взирая на происходящее с привычным безразличием. Он больше не пытался никого атаковать или сбежать — и то хорошо!
— Я тебя понимаю, — горячие пальцы ласково пощекотали Алену за ухом, отчего по напряженному телу тут же разлилось умиротворяющее тепло. — Ты не виновата, так что посчитаем произошедшее недоразумением. Иди домой с миром.
— Я забираю животных, — вмешался в разговор «овчарка». — Они под защитой Общества охраны животных.
— Я и не спорю, Христа, — ангел миролюбиво развел руками, — позаботься, чтобы оба питомца вернулись к хозяевам.
— А ты позаботься, чтобы твои подчиненные не применяли силу без надобности, — не слишком дружелюбно прорычал человек-пес.
Глава 14НЕДУГ
Озраэль не ведал о злоключениях кошки. В тот миг его волновало собственное пошатнувшееся здоровье. После позорного побега и неспокойного сна его ждал очередной неприятный сюрприз — новое перо на спине, выдирать которое оказалось очень болезненно и сложно. На месте, где оно росло, осталась кровоточащая язва, кровь запеклась и прилипла к рубашке. Именно поэтому, покинув работу немного раньше, чем обычно, демон сидел в коридоре клиники, ожидая, когда замигает над дверью равнодушная алая лампочка.
Вспышка, потом еще. Выдохнув, Озраэль направился в кабинет. Вежливо поздоровался, с удивлением разглядывая пожилого врача-человека.
Доктор Иван Иванович Колобков был таким отъявленным скептиком, что, даже работая в преисподней, умудрялся наотрез отрицать все сверхъестественное. Его не смущали хвостатые черти и рогатые демоны — любым рогам и хвостам этот человек мог найти научное объяснение.
— Заходите, молодой человек, присаживайтесь, — не глядя на визитера, Иван Иванович кивнул на стул. — Что у вас случилось?
— Да вот, проблемы, — заикаясь от неожиданности, начал Озраэль. — Что-то с нервами, наверное, — туманно объяснил, раздумывая, стоит ли доверять странному врачу.
Надо сказать, что сотрудники преисподней нечасто радовали доктора Колобкова своими визитами. У нечисти, насылающей бедствия на весь людской род, собственные недомогания считались чем-то постыдным и незначительным. Клиенты случались редко. Правда, у педантичного Озраэля, сильно пекущегося о собственной безупречности, предрассудков по поводу медицины имелось гораздо меньше, чем у любого другого среднестатистического сотруднику темной стороны. Но даже он не спешил распространяться окружающим о поездке в клинику, желая оставить это в тайне.
Откровенничать с доктором сразу тоже как-то не выходило. Все, что выходило — невнятное бормотание ни о чем. Но доктор Колобков не зря считался профи в своем деле, поэтому ему хватило одного взгляда поверх очков, чтобы сделать пугающие выводы:
— Выглядите неважно, молодой человек. Нервничаете, перерабатываете?
— Да не то чтобы… Хотя бывает.
— Это плохо, возьмите отпуск. — Колобков прикрыл глаза и поправил очки. — Что-то еще?
— Да. Последнее время не могу себя контролировать. Первозданное наружу рвется, если вы меня понимаете.
— Все от стресса, молодой человек, а вообще, с душевным кризисом лучше обратитесь к психологу или витаминов попейте.
— Это все мелочи, — честно признался Озраэль, — есть кое-что похуже душевных проблем.
Он скинул пиджак и развернулся к доктору широкой спиной. Колобков пристально осмотрел прилипшую к коже рубашку, пробормотал «ну-ка, ну-ка» и принялся отмачивать запекшуюся кровь перекисью. Когда демон освободился от рубахи, Иван Иванович поковырялся пинцетом в ране, извлек оттуда перо.
— Запустили, молодой человек, антисанитария, грязь. Так и опарышей можно развести.
— Да вы не так… — начал было оправдываться Озраэль, сообразив, что доктор не понял сути проблемы и решил, будто перо попало в рану со стороны, но почему-то промолчал.
— Рану зашью, — успокоил пациента Иван Иванович, — но в том, что поможет, не уверен. Это у вас на нервной почве, так что сходите к психологу, еще раз вам говорю. Кстати, сколько вам лет?
— Тысяча.
— И это тоже многое объясняет. Возраст у вас, молодой человек, уже возраст.
— Что «возраст»? — не понял Озраэль.
— Вы уже далеко не мальчик, отсюда и болячки. Крепитесь — это только начало. Сначала болячки и переутомление, а потом — мужская немощь, склероз, хандроз, мигрени.
— Я вообще-то в расцвете сил, — начал спорить демон, но его неумолимо заткнули:
— Все вы так говорите. Оно и понятно — никто не хочет стареть, а что поделаешь!
В общем, клинику Озраэль покинул без особой бодрости. И это мягко сказано! Настроение было прескверным. Это он-то старый? Что за бред! Он силен и полон энергии, а еще красив, умен и элегантен! Бесспорно, хорош, и больше никогда, ни за что не пойдет на прием к этому мерзопакостному шарлатану-докторишке! Лучше уж и правда к психологу…
Глава 15ХРИСТОФОР
— Ох, жара! Ух, жара! — мученически причитал человек-пес, высунув голову из окна джипа, пока они стояли в пробке.
Глядя на вывернутый из острозубой пасти длиннющий язык, соседние водители спешили закрыть окна — слишком угрожающе выглядел необычный попутчик.
Алена-кошка тихо сидела на пассажирском сиденье, позади которого, в «собачнике» располагался невозмутимый Карл.
— Что бы случилось, если бы этот ужасный Кисо убил меня? — робко поинтересовалась она.
— Ты бы исчезла совсем, — спокойно отозвался водитель и вновь измученно выдохнул: — Жара-а-а…
— Спасибо тебе. — Кошка благодарно наклонила голову. — И тебе, — кивнула Карлу. — Только не убегай больше, ладно?
Сирин многозначительно, с достоинством промолчал. А «овчарка», которого, согласно ксиве Общества охраны животных, величали Христофором Собакиным, продолжал мучиться от жары. За время, пока они стояли в пробке, он успел сломать кондиционер, вылакать полтора литра воды и облаять гаишника на скутере, решившего зачем-то проверить у него документы.
— Можно спросить? — Кошка вновь обратилась к собакоголовому.
— Валяй!
— Это ангелы были, да?
— Ага.
— Они ведь светлые, значит, должны быть добрыми, или я не права?
— Своей доброй стороной свет поворачивается лишь к свету, для темных у него имеется другая сторона, ты ее видела.
— Видела, — поежилась Алена, — а я-то думала, что фраза «Добро поставило зло на колени и зверски убило его» — это шутка.
— В каждой шутке есть доля шутки, — отозвался Христи.
— Второй ангел не стал на нас нападать, он выглядел вполне добрым.
— Он не добрый, он адекватный, — раздался однозначный ответ. — Это Гедеон — капитан дневного патруля.
— Гедеон, — восхищенно повторила кошка, вспоминая фантастическую внешность и невероятное тепло, излучаемое «адекватным» ангелом. — Он впечатляющий.
— Смотри не влюбись в него, — то ли оскалился, то ли усмехнулся Христи, пояснив доходчиво: — Бесполезное занятие. Ангелы по своей сути есть комки плотного света, они бестелесны, а кому нужен бестелесный бойфренд с анатомией кукольного Кена?
— Мне дела нет до анатомии чьих-то там бойфрендов, — сердито напыжилась Алена, — меня вообще всякие плотские отношения не интересуют, вот!
— Ну-ну, — с иронией закивал Христи, и у Алены закралось подозрение, что человек-пес ей не поверил.
Вырвавшись из объятий душного проспекта, джип через две сплошные рванул к ближайшему торговому центру. Пикнув сигналкой и подхватив на руки Алену, Христи ворвался в просторную галерею с магазинами. Встревоженные охранники попытались остановить это чудо природы, но человек-пес зачем-то потыкал в них неизменной оожевской ксивой и порычал грозно. Пришлось впустить.
— Куда мы идем? — испуганно пискнула из-под мышки кошка.
— Не спрашивай, — отмахнулся от нее «овчарка» и ногой распахнул дверь в ближайший туалет — женский. — Очень, очень… хочу!
Распихав визжащую очередь, Христи ринулся в пустую кабинку и, громко хлопнув дверцей, посадил Алену на бачок унитаза.
— Вот оно, наслаждение! — В карих песьих глазах сияло такое безумное вожделение, что кошка потеряла дар речи от страха. Он что, извращенец? Она же маленькая кошка! Кошка-девственница! Что с ней будет?
— Мама… — только и смогла выдавить из себя. Из огня да в полымя!
Но тревожные предположения не оправдались.
Христи присел, блаженно прикрыл глаза, вытянул из пасти огромный язык и принялся самозабвенно лакать из унитаза, нежно обняв «белого друга». Плех-плех-плех — ритмично плескала вода.
Больше минуты Алена удивленно наблюдала это странное, хотя в общем-то весьма обыденное для простых собак зрелище. Потом робко поинтересовалась:
— С тобой все в порядке?
— Ка-а-айф, — блаженно отозвался Христи. — И помни, — добавил сурово, — все, что произошло в этой кабинке, должно остаться между нами!
— Хорошо, — изобразив серьезность, закивала Алена, чувствуя, как горло щекочет смешинка.
До штаб-квартиры Общества охраны животных они добрались без приключений. Небольшая комната полнилась стеллажами, забитыми бумагой, офисной техникой, аксессуарами для животных, мешками с кормом.
— Располагайтесь и ждите, когда вас заберут.
Алена послушно села в уголок, поджала под себя лапки и принялась ждать. Карл чинно вспорхнул на спинку дивана и застыл, нахохлившись. Время тянулось киселем. Уныло, и поговорить не с кем. Сирин так себе собеседник, говоря мягко.
Полчаса протекли медленно, а потом дверь открылась и в комнату ввалился Христи с тощим волком на поводке.
— Вот, принимайте гостя.
Волк виновато прижал уши.
— Добрый день, барышня, и тебе здравствуй, — поприветствовал Алену с Карлом, уронив на пол с языка несколько кровавых капель.