Глупо. В первый день соседка по парте ясно дала понять, что не хочет никакого общения, но парня тянуло к ней вопреки всякой логике. В толпе школьного коридора, во время кросса на физре, на лабораторной по химии – везде Диана притягивала его взгляд. Один раз ему показалось, что он поймал ответный. Но нет, просто разыгралась фантазия.
Тимофей Котиков сам не понимал, что ему нужно от несговорчивой девушки. Наверное, он искал ответ хоть на один из сотни вопросов, которые появлялись в его голове каждый раз, когда он видел Диану Мышкину. Каждый её взгляд, каждое действие и мимолётная встреча – всё вызывало эти треклятые вопросы, будоражило любопытство. Он хотел знать, что её связывает с директором школы. Хотел понять, как она оказалась в банде, и, возможно, помочь девушке выбраться из порочного круга.
И да, Тим твердо знал маршрут пешего эротического, по которому его пошлют. В современном мире благими намерениями выложена дорога не в ад, а нах#й. Такая вот мудрость 21 века.
– Тим, чем занят? – голос отца из-за двери.
Парень действовал быстро. Вскочил со стула и, открыв выдвижной ящик стола, смёл туда все лежащие на столе бумаги. Проблемы ему не нужны. Он расскажет отцу обо всём позже, когда пути назад не будет, а пока…
– Ищу информацию для доклада по биологии, – улыбнулся от уха до уха парень, быстро переключая вкладку с инстаграма на гугл.
Отец открыл дверь и переступил порог комнаты. Строгий серый костюм в начале дня всегда был идеально выглажен, но к вечеру брюки слегка помялись и, кажется, Тим разглядел едва заметный след от кофе на белой рубашке. Прокурор расстегнул пиджак и устало улыбнулся, около серых глаз собрались глубокие морщины.
Мгновение и жесткий представитель закона превратился в отца, который рад видеть сына.
– Ну-ну, – понимающе хмыкнул Станислав Котиков, – ты как доклад закончишь, – последнюю фразу выделил особо, – сообщи мне дни, когда сможешь ходить к репетитору по правоведению. Я нашел подходящего специалиста.
Тим устало выдохнул и чуть сильнее сжал пальцами компьютерную мышь.
– Пап, может, ну его? Я всю жизнь зубрю это правоведение. Достало уже. Сдам это ЕГЭ не глядя.
– Сын, – мужчина чуть нахмурил брови. – Ты – Котиков. Наша фамилия в мире юриспруденции уже знак качества. Твой дядя – лучший адвокат. Его сын – самый востребованный юрисконсульт. Твой дед был мировым судьёй с безупречной репутацией.
– А бабушка первым прокурором-женщиной в нашей области, – Тим откинулся на спинку кресла и устало закрыл глаза. В его голове было ещё много о дедах, прадедах и прапрадедах.
Эту отповедь он знал наизусть, ибо слушал её с момента поступления в школу. Сынок, ты должен хорошо учиться, чтобы стать преуспевающим юристом! Не запятнай честь семьи. Будь лучшим из лучших. Мальчик, ты будешь прокурором, как папа, или адвокатом как дядя?
Ему хотелось лишь одного. Вскочить, сжать кулаки и из самой глубины горла выкрикнуть: “Задолбали!”
Он хотел выбрать свою путь. Вот только отец скорее удавится, чем позволит ему сойти с дистанции. Мысленно Котиков-старший видел сына как минимум судьёй, а как максимум суперуспешным адвокатом, способным утереть нос собственному дядюшке, который последнее время ну очень зазнался.
Вместо бунта Тим спокойно выдохнул и ответил:
– Я знаю, пап.
– А раз знаешь, займись своим тайм-менеджментом, составь расписание и скажи, когда сможешь ходить к репетитору. Через полчаса будем ужинать.
Станислав Котиков развернулся и стремительно вышел из комнаты сына, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Тимофей выдвинул ящик стола, в который недавно смел все бумаги, и достал оттуда справочник “Хочу стать доктором. Пособие для поступающих в вузы”.
Интересно, можно ли в занятия химией и биологией втиснуть ещё и правоведение?
Глава 5. Рыцарь без страха и с намеком
Чешир
– Привет! – раздался в трубке мелодичный голос одноклассницы. – Ты сегодня придёшь? Заказываю еду, хочу, чтобы всем хватило.
Тимофей поморщился. Он не любил сладкое, даже кофе без сахара пил, а первая красавица класса Карина Ивакова была так похожа на конфету, что временами у него сводило зубы. Разумеется, парень сдержанно ей улыбался и никогда не показывал свою неприязнь. Для этого он был слишком хорошо воспитан, что часто выходило ему боком, а иногда и другим местом.
– Буду, я же обещал, – выдохнул и хмуро уставился на советский учебник по анатомии.
Репетитор рекомендовал эту книгу для углубленного изучения, якобы в ней каким-то чудодейственным образом всё структурировано в соответствии с требованиями медицинской академии, ну и написано кратко – пригодится для ответов на ЕГЭ. Тим запланировал четыре параграфа, но так и завис на первом, а тут ещё эта вечеринка. Убить Вадика мало. Этот Свин, да приклеится к нему пожизненно прозвище, увлекся Иваковой и, услышав приглашение, довольно хрюкнул и согласился за всех. Разве что копытцами не цокнул в знак восхищения златовласой красоткой.
– Жду в семь и зажигаем до утра. Папа разрешил погулять, – мурлыкнула Принцесса в трубку и отключилась.
Папа разрешил. Тимофей откинулся на спинку кресла и выдохнул. Всё было так очевидно, скучно и от этого противно. Кокетливые взгляды Иваковой и девичьи шепотки он заметил ещё в первый день, а вчера отцу звонил некто Иваков Матвей Аркадьевич: то ли бывший однокашник, то ли сослуживец. И у этого самого Аркадьевича совершенно случайно обнаружилась милая дочка, с которой папа очень рекомендовал познакомиться.
Идиотизм.
Единственное, что спасало Тима от лёгкого бунта в тяжелой форме – это современный мир, в котором отец может только сватать ему скучных дочек своих друзей и ничего больше. Договорные браки давно вне закона.
Подобное сватовство уже пару раз случалось, вот только эти “невесты” оказывались до противного предсказуемы.
В нём видели идеального будущего мужа для красавицы-дочки из хорошей семьи: встреча в школьном возрасте, первая любовь, перспективный парень с отличной родословной, так ещё (как назло) и внешностью генетика не обидела. Родители в восторге, дочки плавятся, как шоколад на солнце, и видят себя замужем за успешным юристом, которому папочка проложит дорогу к большим деньгам и хлебному месту. Такой вот удобный для всех мальчик.
Вот только одно но… Тим по-человечески задолбался быть удобным. Он хотел быть собой и жить своей жизнью, а не той, которую придумали ему отец, тренер по единоборствам или очередная дочка очередного папиного друга. Кем бы ни был этот фантазёр, его мнение интересовало Тимофея Котикова в последнюю очередь.
А вот что последнюю неделю ему было по-настоящему интересно, так это девушка, которую он не мог разгадать и предсказать. Микки. Головоломка на двух ногах. Такая увлекательная, что Тим каждый вечер заглядывал в её инстаграм, пытаясь найти в разнообразии портретов и иллюстраций хоть какой-то ключ. Но его не было.
Выходя из дома в половине шестого вечера, парень и подумать не мог, что очень скоро жизнь предоставит ему возможность разгадать эту загадку…
***
– Отпусти! Отпусти, урод!
Осенний ветер подхватил звонкий голос, вынес его из полумрака арки и прокатил по двору невысокого жилого дома. Вопреки его стараниям, никто и бровью не повел. Двое мужчин, что ремонтировали старые жигули, лишь переглянулись и пожали плечами. Мол, опять малолетки чудят.
Старушка с помойным ведром, видимо, была глуха, поэтому ничего не услышала и продолжила свой путь к цели тяжелой шаркающей походкой. Небольшая компания студентов, оккупировавшая лавочки в детском городке, похоже заразилась глухотой от бабушки и тоже никак не отреагировала.
Тим замер и прислушался.
– Помогите! – новый крик.
Не показалось. Он медленно обернулся. В узкой арке-проходе угадывались четыре силуэта. Двое парней стояли на стрёме, а один прижимал к стене до боли знакомую фигуру. Значит, голос не обманул.
Из головы ветром выдуло планы о вечеринке, певучий голосок Иваковой и даже пять прочитанных глав анатомии человека.
Тим бегал быстро. Он светлой молнией мелькнул между детской площадкой и аркой. Двинул первому по челюсти и, уклонившись от удара, пробил по корпусу второму. Равнодушно и хладнокровно, рефлексы на рефлексах, как выработалось у него за годы тренировок. Того, что челюсть первого характерно треснула, а второй парень смачно выругался и упал на колени, – Тим не заметил. Он уже отрывал от Дианы Мышкиной парня в кожаной куртке с вышивкой в виде свиной морды на всю спину. Но она, как и маска, скрывающая лицо, не имела значения, а вот руки ублюдка – другое дело. Одна из них сжимала тонкую бледную шею девушки, а другая замерла в расстёгнутой ширинке брюк. Тим не мог решить, какую оторвать первой, поэтому замешкался и пропустил удар кирпичом по голове – это поднялся упавший бандит и напал со спины.
Мир пошатнулся, а по шее потекла тонкая струйка крови. Понятие “честный бой” парням, выросшим на улицах, не было знакомо. Обидчик Микки, которого Тим уже успел оторвать от неё, воспользовался моментом, вскочил и ударил нападавшего по лицу. Соленый привкус крови на разбитых губах казался сном, как и то, что произошло после.
Уже знакомый кирпич каким-то образом оказался в руках Микки, и девушка, недолго думая, приложила им обидчика.
Такое злое и чуть размытое лицо, крепкая хватка и рваная команда:
– Бежим, горе-рыцарь! – она дёрнула его вперед.
Всё ещё растерянный после удара Тим перебирал ногами на автомате. Нет уж, он не может пропахать носом асфальт, только не рядом с Микки. Только не в тот безумный момент, когда голова гудит, на губах привкус крови, а запястье сжимают тонкие, удивительно сильные пальцы.
Сколько они бежали? Тим не знал. Куда? Всё равно.
– Ну ты и придурок! – выдала растрёпанная девушка.
Даже с трудом держась на ногах он не мог отвести взгляд от порозовевших щек, стекающей за кожаный ворот капельки пота и чуть приоткрытых губ.