Хорошо, что у меня сын, с девкой я бы удавился…
Тяжелые шаги по коридору вдруг замерли, разговорившийся мужчина осекся.
– Что с твоим лицом?! И у нас что, гости?
– Твою мать, – прошипела Микки. В прихожей остались её куртка и берцы.
– Это, – одноклассник тоже подвис, не осилив быстро придумать объяснение, что в его доме в восемь утра делает девушка такого креативного образа. – Знакомая забыла.
Микки чуть не стукнулась лбом об стену. Забыла? Ботинки?! Котиков то ли дурак, то ли патологически не умеет врать. Идиотизм.
– Забыла? – в голосе его отца послышались нотки смеха. – Ну-ну. Это у тебя в комнате паркет странно скрипит? Пойдём-ка посмотрим.
– Пап, не на…
Дальше она не слушала и почти мгновенно оказалась висящей на той самой пожарной лестнице. Обломись, папа-прокурор, Микки так просто не поймать. Холодный осенний ветер пронизывал насквозь, руки скользили по влажной лестнице. Девушка тихо заглянула в окно – они все ещё стояли в комнате. Сквозь приоткрытое окно раздавались голоса.
– Не знаю, где ты её спрятал, но ты не должен таскать в дом кого попало, – холодно заявил седой коренастый мужчина. – Тебе, как будущему юристу, нужно заботиться о репутации, готовиться к поступлению, а не шуры-муры крутить.
– Это не то, о чём ты думаешь, – Тим стоял напротив отца и был странно холоден, даже раздражён.
– А что я должен думать о девушке, которая в семнадцать ночует у парня? Что она подходит моему сыну? – он сделал шаг, вышел на середину комнаты и громко заявил. – Девушка! Я не знаю, где вы скрываетесь, но о моем сыне можете забыть! Вам ничего не светит, я об этом позабочусь!
Котиков-старший подошел к шкафу и рывком открыл.
Наивный. Прятаться в шкафу – это так банально.
Тут на Микки будто наковальню уронили. А зачем она вообще прячется? Не случилось ничего криминального. Она просто помогла пострадавшему однокласснику, накормила его ужином и насколько смогла проследила, чтобы всё было в порядке. Зачем прятаться? Зачем мёрзнуть и рисковать простудиться из-за таких глупостей как мнение папочки-прокурора о её нескромной персоне?
Ещё и выслушивать этот бред!
Микки фыркнула и под двумя удивленными взглядами вошла в окно. Оправдываться и смущаться? Ну уж нет, этот таран было уже не остановить.
– Доброе утро, господин прокурор. Это кто же вас учил обвинять человека, не имея доказательств?
– Что? – возмущенно выдохнул отец Тима и тут же поперхнулся следующей репликой, потому что девушка успела раньше.
– То! Если так у нас работает прокуратура, то я пожалуй эмигрирую куда-нибудь в Катманду. Вы не пробовали своего сына слушать? Прежде, чем оскорблять девушку, спросите у него, что произошло. Знаете ли, не люблю, когда меня записывают в шлюхи без причины. И на всякий случай, если у вас не хватит ума поговорить с собственным ребенком: он спас меня от бандитов, получил травму. Врач сказал, что за ним первые сутки нужен присмотр. Поскольку вас не было дома, я не смогла оставить его одного. Все доказательства написаны у Тимофея на лице.
Одернула чёрную майку с черепом и скрещенными костями, после чего гордо прошествовала к выходу из спальни. Замерла у двери и обернулась.
– Не переживайте. Я не совращала вашего драгоценного сыночка, не надругалась над ним и внуки вам тоже пока не светят! Расслабьте булки, отец года!
И, не дав никому в комнате опомниться, вышла из комнаты и только в коридоре со всех ног рванула к выходу. Всё внутри дрожало от смеси страха и адреналина. Она что, только что отчитала взрослого мужика, да ещё и главного прокурора? Обувалась уже на втором этаже подъезда, застёгивая молнию непослушными пальцами.
К сожалению, она не слышала как прокурор удивленно спросил у сына:
– Это кто?
– Микки, – пожал плечами Тим и улыбнулся закрытой двери.
***
Чешир
– Чтобы в нашем доме я эту пигалицу больше не видел! – отчеканил отец.
– А она, между прочим, права, – резонно заметил Тим. – Думаю, Микки имеет право подать на тебя в суд за оскорбление. И даже выиграет дело.
– Ты ещё ей в адвокаты заделайся. Всё слышал? Я не желаю видеть эту девушку рядом с тобой. Не знаю, в какой подворотне она росла, но её нельзя пускать в цивилизованное общество! Береги свою репутацию и не связывайся с такими, как она.
Тимофей старался вести себя спокойно, но внутри медленно начинал закипать.
– Какими? Честными? Прямолинейными? Способными постоять за себя? – он перечислял ровно, стараясь не скрипеть зубами. Вступать в открытый конфликт рано. Однажды это случится, но не сейчас, когда он полностью зависим от своего родителя.
– Ты понял, о чём я, сын. Мы ещё об этом поговорим.
Отец развернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Как всегда. Этот человек мог казаться мягким, любить и дорожить кем-то, но только своё мнение он считал единственно верным, даже если на самом деле это было не так.
Тимофей подошел к столу и провел кончиками пальцев по забытому рисунку. Микки. Необъяснимо, но факт: она с каждым днем нравится ему всё больше и больше. Вопреки здравому смыслу, нравоучениям отца и витающему в воздухе ощущению опасности. Невероятная девушка, рядом с которой хочется быть, даже если она приставит нож к твоему горлу.
– Что же ты за человек, Диана Мышкина? – спросил у рисунка.
Тот, как мог, ответил, но Тим его, разумеется, не понял. Зато вырвал листок из альбома и прикрепил на деревянную доску рядом с компьютером.
Сейчас, глядя на стройные линии рисунка, он сожалел только о том, что этой ночью положил между ними подушку…
“От улыбки станет всем светлей! От улыбки в небе радуга проснётся!” – раздалось на всю комнату из кресла.
Микки забыла мобильник.
Глава 7. Рядовое свинство
Чешир
Воскресенье прошло под лозунгом: “Вынеси мозг сыну”. Отец, проведя тщательный осмотр повреждений, изучил выписку и пришел к выводу, что можно пилить без вреда для здоровья.
Как итог, в понедельник Тим улетучился в школу со скоростью звука, пытаясь вымести из головы часы нотаций о том, что он должен общаться с людьми своего круга. А эта пигалица точно выросла в трущобах и не имеет никакого уважения к старшим. Посмотри по сторонам, вокруг есть много приличных и скромных девушек. Та же дочь Ивакова, он показывал фото, настоящая красавица!
По иронии судьбы рядом со школой Тим натолкнулся именно на Карину Ивакову. Окинул взглядом. Отец в чем-то прав – красавица. Короткая юбка открывала шикарный вид на чуть полноватые, но симпатичные ноги, длину которых девушка компенсировала высоченными каблуками ботильонов с мехом. Под бежевым вязаным кардиганом светлая блузка, обтягивающая приличного размера грудь. Несколько золотых колец поблескивали на тонких пальчиках с идеальным светлым маникюром, который его бывшая подружка назвала французским. Длинные волосы заплетены в две объёмные косы, а голубые глаза смотрят пристально, изучающе.
– Привет, – Карина мило улыбнулась и подошла первой. – Мы ждали тебя на вечеринке…
– Прости. Непредвиденная херня, – коснулся лица и повернулся спиной, демонстрируя след от удара кирпичом.
Удивление на лице блондинки смешалось со страхом. Девушка картинно приоткрыла рот и прижала к нему ладошку.
– Как же так? Кто это сделал?! – подошла очень близко и зачем-то коснулась отворота воротника его куртки. Тим удивленно смотрел на первую красавицу класса, которая всё не унималась. – Они должны быть наказаны! Ты сказал папе?!
– Ага, и папа отшлёпал всех плохих мальчиков, – яд слетал с губ Микки вместе со словами и язвительностью. Девушка стояла в дверях, небрежно опираясь плечом на косяк. Джинсовая куртка небрежно расстёгнута, футболка с Микки Маусом с одного бока заправлена в кожаные штаны, с другого небрежно свисает. На голове вечная разноцветная шапка, скрывающая волосы. Удивительно, но это выглядит стильно!
Тим сам не понял почему, но под пристальным серым взглядом отступил от Иваковой на два шага.
– Твои дружки постарались? – Карина некрасиво скривила маленький носик. – Надеюсь, вас всех скоро посадят. Не на того вы наехали!
– Заглохни, принцесска, – огрызнулась брюнетка, подошла к Тимофею и, вытянув вперед руку, скомандовала. – Отдай!
Девушка вела себя так самоуверенно, что Тиму вдруг стало до безумия весело. Отдать? Ну уж нет. Так просто эта девчонка от него не сбежит, не сегодня.
– Что отдать? Честь? Совесть? Руку? Сердце?
– Ты знаешь что. Верни мобильник! – дернула пальцами.
– А что мне за это будет? – фирменная улыбка заиграла на его губах.
– Я свалю и не буду портить ваш междусобойчик. Обнимайтесь, целуйтесь, трахайтесь – делайте всё что угодно. Только мобильник верни!
– Да ты охренела?! – это совершенно неэлегантно взвыла принцесса всея класса. – Тимофей, что здесь происходит? Почему у тебя её мобильник?! Как же… как же… – ужас при виде раны и то был не такой сильный, как сейчас.
Карина прищурила огромные глаза и зло глянула на Микки.
– Ты! От тебя всегда одни неприятности!
– А от тебя, конфетка, то несварение желудка, то сахарный диабет и кариес. Но как-то же люди терпят!
– Что ты сказала?! Ах ты…
Пока девушки пререкались, забыв обо всем на свете, Тимофей тихо проскользнул мимо и скрылся в раздевалке. Настроение в один миг поднялось до отметки “азарт и веселье”, а сюрприз, который он приготовил для Микки, приятно оттягивал карман брюк.
***
Микки
Да что он себе позволяет?! Микки бежала по коридорам школы, но догнать Котикова до входа в класс не успела. Даром, что бросила Ивакову, так и не закончив перепалку. Телефон намного важнее.
Она чуть с ума не сошла, когда вчера не обнаружила его в кармане, но вернуться в дом к Тимофею после такого представления не смогла. Слишком высок риск нарваться на папочку-прокурора, который ей вряд ли простит когда-нибудь эту выходку. С другой стороны, ей с ним детей не крестить и в невестки ему не набиваться. Пусть подавится своим самомнением.