Тяжело дыша остановились у знакомой уже лавочки и Микки проглотила сотню возмущений, вновь получив поцелуй. На этот раз медленный и нежный, он лишал воли еще сильнее, чем предыдущий. Всё, что она могла, это обнимать парня напротив, дышать им и не думать ни о чем больше.
– Воу! Воу! Не при свинтусах! – хрюкающе рассмеялись за спиной. – Училка пошла директору жаловаться, а я вам шмотки принес.
Действительно, парень держал в руках их сумки и так довольно улыбался, будто целовался с девушкой только что он сам, а не его друг.
– Спасибо, – Котиков забрал сумки одной рукой, другой продолжая держать Микки, будто боялся, что убежит.
А она не могла бежать. На ватных ногах если бы и рванула в сторону, то через два шага уже пропахала бы носом грязную землю. По щекам внезапно потекли слезы и, стоило Свину скрыться за кустами, как она выдохнула и рывком освободила свое запястье их некрепкой хватки.
– Так нельзя. Тебя убьют. Просто убьют.
– Кто убьет? – он бросил сумки на лавку и вновь поймал девушку. – Те бандиты? Гиена или как его там?
Уткнулась носом в его плечо, вытерла слезы о черную рубашку и стиснула зубы. Она не может рассказать про Зверя, тогда Котиков задергается, они что-то заподозрят и просто уберут обоих. Прав был Акела, таки как они нельзя любить.
– Я не боюсь, Ди. Вообще никого. Я справлюсь, потому что ты мне нужна. Такая какая ты есть: колючая, временами резкая и с рюкзаком проблем за плечами.
– Ты не знаешь, по что ввязываешься.
– Ввяжусь куда угодно. Хочешь, тоже вступлю в банду? Начну торговать травой или чем там сейчас занимается твой бывший?
– Чокнулся! – ударила его по плечам. – Не вздумай! Это не так весело, как кажется. И он не бывший.
– Уже бывший, потому что теперь у тебя есть я.
– Ты точно самоубийца.
А потом он объяснял долго и в красках, что же случилось вечером в среду. Оказывается, Тим банально погряз в учебе и ночных разговорах, напрочь забыв о семейном празднике одно из друзей отца. Тот просто выцепил его после школы, вручил костюм и увез за город. А чтобы сын не сидел постоянно в социальных сетях, отобрал телефон. К сожалению, у Иваковой, которая вместе с отцом была на празднике, его не забрали. Так и получилось вежливое совместное фото, которое девушка превратила в сенсацию.
Микки верила. Да, история вышла странная и немного нескладная, но ей так хотелось верить, что она просто взяла и сделала это. Без подозрений. Без попыток найти камеру в кустах. В конце концов, её жизнь тоже та еще загогулина.
– Зря ты так поступил при всем классе. Теперь твой отец обо всем узнает. Что будешь делать?
– Ну ты же обещала меня приютить. На всякий случай чемодан я собрал еще утром.
– Готов ко всему?
– Всегда готов, ты же знаешь, – наклонился к самому уху и прошептал. – Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо, Диана.
Она не знала, как такое возможно, но за несколько недель с первого знакомства они стали друг другу ближе, чем те, кто был рядом много месяцев и лет.
Удивительно, но ни в этот день, ни на следующий, ни через неделю отец Тимофея ничего не узнал. Все было странно спокойно. Хотя почему странно? Видимо, пара смс директору с красноречивыми фотографиями сделали свое дело.
Микки впервые погрузилась в удивительную атмосферу тайных встреч на спортивной площадке, поцелуев на скамейке и бесконечных телефонных разговоров по ночам.
Только неотвратимое приближение осеннего праздника и постоянные стычки с обиженной Иваковой и Ко отравляли ощущение счастья.
***
– Куда, говоришь, твой папа уехал?
Они лежали обнявшись на огромной кровати Котикова. В одежде. Все в их отношениях было так прилично, что Микки временами чувствовала себя потерянной. Тайные поцелуй, нежные объятия, несколько раз этот хороший мальчик подкладывал цветы в её учебник.
– У него какие-то дела на старом месте. Обещал вернуться через три дня.
– Целых три дня можно не прятаться. Роскошь! – потянулась и провела кончиком пальца по шее парня. – Слушай, меня мучает один вопрос.
– Ммм, – Тим зажмурился и ответил. – Ну задавай. У меня нет от тебя секретов.
– Ты девственник?
Удивленный взгляд голубых глаз как-то удивительно быстро сменился на хитрый, а предвкушающая улыбка вновь подарила Диане возможность полюбоваться ямочками на щеках.
– С чего ты взяла?
– Ну, мы лежим в одной постели, – она вытянула вперед руку и загнула один палец. – Твой отец уехал на три дня, – еще один, – и мы до сих пор одеты, – и еще один. – Тут два варианта, либо я тебе как-то не очень, либо ты девственник и не знаешь, что надо делать.
Улыбка парня стала еще шире (она думала, что это невозможно, но у него получилось!).
– И что ты будешь делать, если да? Соблазнять меня? Развращать?
У нее закружилась голова от одной лишь мысли проделать с Тимом тоже, что она много раз делала с Гиеной. Одна короткая фантазия придала смелости.
– Почему бы и нет?
Мгновение и она оказалась сидящей верхом на парне. Пальцы уже жили своей жизнью, расстегивая мелкие пуговки на рубашке. В этом у нее опыта не было, Славик предпочитал футболки или вообще не раздевался.
– Мммм, мне нравится, – промурчал Тим, когда она скользнула ладонями по его груди. – Вот только знаешь что?
Диана взвизгнула, когда он коротким движением перевернул её на спину и подмяли под себя.
– С развращением девственника ты немного опоздала, – Тим улыбнулся ей в губы.
Она обвила его торс ногами и поймала долгий, бесконечно сладкий поцелуй. Губы касались друг друга, кажется, целую вечность, а языки боролись за территорию и не могли решить, кто же главный в этой игре. И в конце концов Микки уступила, откидываясь на подушку и хватая ртом воздух, как выброшенная на берег.
Он медленно целовал шею, будто ел вкусный десерт и хотел хорошенько его распробовать. Но внезапно замер.
С губ девушки сорвался протестующий стон. Так не честно! Она хочет большего, хочет всего, что только можно получить от мужчины и прямо сейчас.
– Но знаешь что, Микки? Я не стану торопить события, – целомудренный поцелуй в лоб.
– Что?
– Так у тебя уже было. Парень, который чуть что лез тебе под юбку. Хочу быть эксклюзивным. Подожду, – убрал тонкую прядь с её лица.
– Сколько? – Микки не узнавала свой дрожащий голос.
– До выпускного, например. Как тебе такая идея?
– Что ж не до восемнадцати? – скривила нос Диана, понимая, что страдать от неудовлетворенного желания придется долго и со вкусом.
– Отличная идея! – обрадовался Тим. – До восемнадцати! Твоих, – уточнил он.
Микки чуть не взвыла. Укоротить бы себе язык, но ничего не попишешь, парень скатился с неё и лег рядом.
– И ты выдержишь?
– Нууу, тяжело будет не только тебе. Утешает?
Он мог сколько угодно говорить о тяжести, но судя по довольной роже, ему этот челлендж безумно нравился.
– Садист ты, Котиков. Но я буду тебя искушать!
– Что ж, это будет интересно…
Три дня Микки не появлялась дома и этого, разумеется, никто не заметил. Зато присутствие в доме девушки отпечаталось в первую очередь на комнате Тимофея, в которой теперь валялись карандаши, листы бумаги, а в глубоком кресле, где несколько ночей работала Диана, поселились небольшой ноутбук и планшет для рисования.
– Это ужас какой-то!– проворчала девушка, закидывая на него ногу перед сном. Красивую длинную ногу, которую не скрывали короткие пижамные шортики.
За несколько дней она успела походить по квартире прокурора в одном белье, провокационно посидеть на коленях и даже почти добраться рукой до ой-ой того, что скрыто. Но парень не сдавался.
– Признайся, ты железный?
– Нет, я принципиальный, – рассмеялся Тим. – Спи. Завтра рано вставать и перетаскивать все твои вещи обратно.
На следующий день Котиков-старший вернулся домой, а Диана – в реальность своей обшарпанной комнаты с неудобным диваном. Теперь снова только разговоры по телефону и тайные встречи в парке на той самой спортивной площадке, где они пили кофе и ели мороженое.
– Ты молодец, этот парень за тобой хвостом ходит, – довольно отметил Акела в очередном телефонном разговоре. – Девятнадцатого октября в двадцать ноль-ноль он должен быть на баскетбольной площадке, где вы встречаетесь. Ты правильно сделала, что придумала это место для встреч, так будет проще его заманить.
Вот только придумала не она, а Тимофей, но этого главарю знать не полагалось.
– А что будет, если он не придет? Соскочит? Или у них не получится его взять? – спросила Микки в нелепой попытке найти лазейку. Может, подстроить несчастный случай и упечь Тима в больницу вместо праздника?
– Будет очень плохо, Микки. В первую очередь тебе. Зверь не прощает ошибок и наказывает за них очень сурово. Так что, Волчонок, в твоих интересах сделать все как надо.
– Я поняла, сделаю.
Положила трубку и закусила губу до крови. До дня икс оставалась неделя, а сегодня – работа. Поудобнее устроила грудь в лифчике пуш-ап и придирчиво рассмотрела провокационное декольте. Крутанулась перед зеркалом. Вызывающая мини-юбка сидела идеально, как и новые сапоги – на них пришлось потратить часть денег из конверта, что выдал Акела на подготовку к осеннему празднику.
Работать. С отвращением глянула в сторону танцевального зала клуба и, выдохнув, взяла себя в руки. Надо. Деньги им пригодятся, даже если Зверь выплатит гонорар за жизнь Чешира. Ведь им придется бежать из города, от всех, кого они знают. Микки не знала и боялась думать о том, сможет ли убежать от себя, но выбора ей не оставили.
Но за те три дня, что она провела вместе с Тимом, все чаще в ее голове мелькал совершенно другой план побега. Вместе. Втроем. Зверь силен, но вряд ли он найдет их в какой-нибудь глухой деревне.
Отбросила мысли. Тим никогда не согласится отказаться от мечты, сбежать и жить черти где и черти как. Если она ему расскажет, он попытается бороться и проиграет…