— Давай! — скомандовал Нион. Шагнув вперед, он взлетел вверх по трапу, а остальные — за ним. Гаррионы сразу схватились за оружие, но Нион с Мэлом были готовы к этому. Из их пистолетов ударили энергетические разряды. Гаррионы опрокинулись и упали наземь.
— Быстро! — рявкнул лордам Нион. — На корабль! Если вам дорога жизнь — делайте, что говорят!
Лорды и леди в страхе отступили на корабль. Следом вбежали Нион, Мэл и Флориэль, а затем Гил и Уолдо.
Они ворвались в салон. Двое гаррионов, поднявшихся на борт вместе с экипажем, стояли, гневно глядя на заговорщиков и не решаясь что–либо предпринять, а затем бросились вперед. Нион, Мэл и Флориэль выстрелили из своего оружия, и гаррионы стали курящимися комками темного мяса. Леди в ужасе взвыли, лорды захрипели.
С космовокзала донесся вой сирены. Похоже, что на диспетчерской вышке кто–то заметил–таки нападение. Нион Бохарт побежал в машинное отделение, грозя оружием лушейнскому экипажу.
— Поднять корабль! Мы захватили управление, если нам будут угрожать, первыми умрете вы!
— Дурак! — крикнул один из лордов. — Ты же убьешь нас всех! У вышки приказ: сбивать любой захваченный корабль, кто бы там ни находился на борту. Неужели, ты этого не знал?
— Быстро! — проревел Нион. — Кораблю взлет! Или мы все покойники!
— Витки едва нагрелись, система трансприроста не проверена! — взвыл лушейнский механик.
— Взлетай! Не то сожгу тебе ноги!
Корабль взлетел, колыхаясь и трясясь на своих несбалансированных реактивных двигателях, и именно это и спасло его от уничтожения, когда пустили в ход управляемые с диспетчерской вышки энергетические пушки — яхту невозможно было выцелить. Корабль набрал ускорение и исчез в космоприводе.
Глава 15
Командование кораблем принял Нион Бохарт, его товарищи молчаливо согласились с этим.
Он держал лордов под прицелом своего оружия, пока Флориэль обыскивал их. Тот не нашел ни какого–либо оружия, ни ожидаемых крупных денежных сумм.
— Ну, — произнес зловещим тоном Нион. — Так где же ваши средства? У вас есть с собой ваучеры или валюта, или чего там еще?
Лорд — владелец корабля, мрачный субъект с худощавым лицом, в костюме из серебристой фольги и розового бархата и в элегантной шляпе — усмехнулся в лицо Ниону.
— Деньги в нашем багаже, где же еще?
Ни чуточки не потревоженный пренебрежением лорда, Нион снова сунул оружие за пояс.
— Будьте любезны назваться.
— Я — Фантон «Овертренд». Это — моя супруга, леди Раданса, а это — моя дочь — леди Шанна.
— Отлично. А вы, сударь?
— Я — Илсет «Спай». Моя супруга — леди Ясинта.
— А вы, сударь?
— Я — Зейн «Спай».
— Хорошо. Можете все садиться, если хотите.
С миг лорды и леди оставались на ногах, затем Фантон что–то пробормотал, и группа прошла к диванчикам вдоль переборки.
Нион обвел взглядом салон. Показал на трупы гаррионов.
— Ты, Гил, и ты, Уолдо, выбросьте этот мусор. Гил замер. Если он сейчас безропотно подчинится, то тем самым уступит власть Ниону. А если не подчинится, то вызовет раздор. И завоюет тем мгновенную и стойкую ненависть Ниона. Так что — покорись или борись.
Он решил бороться.
— Чрезвычайное положение миновало, Нион. Мы брались за это предприятие как группа равных, пусть все таким и остается.
— Что такое? — рявкнул Нион. — Ты против неприятной работы?
— Нет. Я против того, что заниматься неприятной работой приказываешь ты.
— Мы не можем ссориться из–за всякой мелочи, — прорычал Нион, — кто–то должен отдавать приказы.
— В таком случае, давайте командовать поочередно. Начать может Флориэль, следующим возьмусь за дело я, или Мэл, или ты, или Уолдо — особой разницы нет. Согласны, ребята?
Первым, колеблясь, высказался Уолдо.
— Да, я согласен. Ни к чему, чтобы кто–то приказывал, покуда мы не столкнулись с чем–то чрезвычайным.
— Мне не по душе приказания, — согласился Мэл. — Как говорит Гил, мы — группа. Давайте решать совместно, а потом действовать.
Нион Досмотрел на Флориэля.
— А как насчет тебя?
Флориэль провел языком по губам.
— Ну, я соглашусь с мнением всех остальных.
Нион уступил с достоинством.
— Годится. Мы — группа и будем действовать как группа. И все же у нас должны быть правила и управление, иначе мы распадемся на куски.
— С этим никто не спорит, — сказал Гил. — Тогда я предлагаю запереть наших гостей, пассажиров, пленников — кем бы они ни являлись — в отдельных каютах и устроить совещание.
— Отлично, — согласился Нион, а затем добавил с тяжеловесным сарказмом. — Наверное, Мэл, вы с Флориэлем и запрете гостей. А мы с Уолдо и Гилом, если он примет такое решение, выкинем трупы.
— Минутку, прежде чем вы станете совещаться, — обратился к ним лорд Фантон, — каковы ваши планы в отношении нас?
— Выкуп, — уведомил его Нион. — Все очень просто.
— В таком случае, вы должны пересмотреть свои планы. Никакого выкупа мы предлагать не станем. А если бы и стали, никто бы не заплатил. Таков наш закон. Ваше пиратство совершено понапрасну.
— Не совсем, — возразил Нион, — даже если сказанное вами — правда. Мы завладели кораблем, который представляет собой немалое богатство. Если вы не заплатите выкуп, мы отвезем вас на невольничьи рынки на Рубце. Женщины отправятся в бордели, а мужчины будут работать в рудниках или собирать в пустыне кремниевые цветы. Если вы, конечно, не предпочтете этому уплату выкупа.
— Предпочтение тут ни при чем, — промолвил Илсет «Спай». — Таков закон, нравится он нам или нет.
— Мы обсудим эту ситуацию на совещании, — сказал Гил. — Мы не намерены причинять вам вреда, если вы не доставите нам хлопот.
— Так что, будьте любезны, по каютам, — оставил за собой последнее слово Нион.
Корабль дрейфовал в космосе с выключенными реактивными двигателями, в то время как пятеро юных пиратов заседали на совещании.
Сперва обсудили вопрос о руководстве. Нион Бохарт так и лучился мягкой рассудительностью.
— В подобной ситуации, кто–то должен играть роль координатора. Это вопрос ответственности, компетентности, уверенности и взаимного доверия. Кто–нибудь хочет потрудиться? Я — нет. Но я готов взяться за это дело, потому что чувствую ответственность перед группой.
— Я не хочу быть лидером, — добродетельно заявил Флориэль, бросив довольно злобный взгляд на Гила.
— Я не хочу браться за это дело, — явно чувствовавший себя неуютно, Мэл усмехнулся. — Но с другой стороны, не хочу и заниматься грязной работой, бегать туда–сюда, пока кто–то корчит из себя короля.
— И я, — эхом откликнулся Уолдо. — Наверное, нам на самом–то деле и не нужен лидер. Ведь достаточно легко все обсудить, уладить разногласия и прийти к единодушию.
— Это означает постоянные споры, — пробурчал Флориэль. — Намного легче поручить это дело человеку, в компетентности которого мы уверены.
— Споров не будет, если мы установим ряд правил и станем их придерживаться, — сказал Гил. — В конце концов мы же не пираты и не собираемся грабить или пускаться в отчаянные предприятия.
— О? — вопросительно произнес Нион. — А как ты надеешься прожить? Если мы не получим выкуп, то у нас будет космояхта, но никаких средств содержать ее.
— Наш первоначальный договор был совершенно ясен, — напомнил ему Гил. — Мы договорились не убивать. Четверо гаррионов мертвы, полагаю, это было неизбежным. Мы согласились попробовать получить выкуп, а почему бы и нет, в конце концов? Ведь лорды — паразиты и законная дичь. Но самое важное, мы договорились использовать космояхту не для разбоя и грабежа, а для путешествий! К далеким мирам, которые все мы давно жаждали посетить!
— Все это очень хорошо, — сказал, взглянув на Ниона, Флориэль, — но что мы будем есть, когда иссякнет провизия? Как будем платить портовые пошлины?
— Мы можем сдавать корабль внаем по чартеру, можем перевозить туда–сюда людей, заниматься исследованиями или браться за особые предприятия. Наверняка, должны быть способы получать с космояхты прибыль!
Нион со спокойной улыбкой покачал головой.
— Гил, друг мой, эта вселенная жестока. Честность — слово благородное, но ничего не значащее. Мы не можем позволить себе быть сентиментальными. Себя мы уже скомпрометировали, и нам теперь нет пути назад.
— Первоначально об этом не договаривались, — уперся Гил. — Мы поклялись: никаких убийств, никаких грабежей.
Нион пожал плечами.
— А что думают другие?
— Должны же мы как–то жить, — спокойно отозвался Флориэль. — У меня лично нет никаких сомнений.
По–прежнему чувствовавший себя неловко, Мэл покачал головой.
— Я не против воровства, особенно у богатых. Но мне не по душе убивать, торговать рабами или похищать людей.
— Разделяю эти чувства, — сказал Уолдо. — Кража — это в том или ином смысле, закон природы. Всякое живое существо ворует у другого в ходе борьбы за существование.
По лицу Ниона Бохарта расплылась медленная, спокойная улыбка.
— Об этом мы не договаривались! — страстно воскликнул Гил. — Мы договаривались жить после захвата яхты, как честные люди. Недопустимо нарушать это соглашение! Как мы сможем тогда доверять друг другу? Разве мы пустились в это предприятие не в поисках правды?
— Правды? — рявкнул Нион. — Подобное слово может употреблять только дурак! Что оно означает? Я лично не знаю.
— В первую очередь, — ответил ему Гил, — правда — это выполнение обещаний. В данный момент, именно оно и имеет касательство к нам.
— Ты хочешь сказать, — начал было Нион, но Мэл, вскочив на ноги, поднял руки, останавливая спорщиков.
— Не будем ссориться! Это безумие! Мы должны действовать сообща.
— Именно, — поддержал его Флориэль, бросив презрительный взгляд на Гила. — Мы должны думать об общем благе и выгоде для всех.
— Но давайте будем честны друг с другом, — сказал Уолдо. — Нельзя отрицать, что мы заключили соглашение, как и говорит Гил.
— Возможно, — согласился Флориэль, — но если четверо из нас желают внести определенные изменения, то должны ли мы все отказаться от этого из–за идеализма Гила? Помните, поисками правды…