— Это сущая дыра, все нас ненавидят потому, что мы чужие, никто не хочет ничего нам сообщать.
«Как обычно».
— Скажи, почему нас не посылают куда-нибудь в цивильное место?
«Не знаю… Но вы же были в цивильном месте. В «Хилтоне».
— Так, вижу, у тебя проявляется сахар в крови. Ладно, достань мне снимки.
«Сейчас».
Чай уже совсем почернел. Эван налил себе чашку без сахара и молока и занялся просматриванием файлов на экране. Было несколько новых — ночной отчет Джосса, копия для Эвана, которую Джосс пунктуально ему всегда оставлял. Он прочел его — это был четкий, подробный рассказ о событиях прошлого дня и анализ их, проведенный Джоссом.
«Большинство так называемых местных предпринимателей занимаются нелегальным или почти нелегальным бизнесом. Однако чувствуется влияние кого-то (возможно, не одного) более сильного, тоже действующего в этом районе, контролируя или пытаясь контролировать различные аспекты экономики города. Трудно сказать, связаны ли эти факты с делом, ради которого мы здесь.
Люди, с которыми мы встречались, чересчур взволнованны, но, возможно, это связано с вероятным убийством местного шерифа».
«Вероятным убийством». Эван фыркнул. То, что они видели, вряд ли назовешь самоубийством. Но Джосс, как всегда, корректен и не желает называть убийство убийством, пока суд с ним не согласится.
«Первой реакцией на это происшествие было прибытие полицейских Солнечного патруля, а не Планетарного Полицейского Департамента, что, возможно, усугубит, а не разрядит неприятную ситуацию».
Эван пил чай и раздумывал над отчетом. Обычно, когда поселение теряет своего единственного стража закона, появление другого, причем любого, приветствуется, особенно в таком удаленном и заброшенном месте, как Гробница. Но реакция на их прибытие, пусть и по иному делу, была далеко не дружелюбной.
«Может, они боятся, что с нами случится то же самое, что и с их шерифом?» Это было бы по крайней мере понятно. Люди, живущие в тихих местах, не любят стрельбы и убийств — от них только копы, ненужное внимание властей и проблемы. Или, как говорилось в отчете, они опасаются, что ими и так уже заинтересовались и неприятности уже начались.
«Ладно, будем надеяться, что меня не пристрелят, — подумал Эван, допивая чай. — По крайней мере, не нынешним утром. Пора снять УПЖС и дать кое-кому понять, что проблемы действительно уже начались». Он вымыл и высушил чашку, поставил ее на место и пошел умываться. Через полчаса он уже был в сьюте и набивал Джоссу в ноутбук послание: «Пошел за утренней газетой. Скоро вернусь». Взял свой ноутбук, вышел из «Носухи», закрыл ее и побрел в город.
На улице было мало людей, а те, что попадались ему навстречу, смотрели на него с чрезвычайным подозрением, порой перебегая на другую сторону улицы, чтобы только не встречаться с ним. В нынешнем его настроении ему было наплевать на подобные тонкости. Он не намеревался разгуливать по Марсу с открытым забралом, а с опущенным забралом у него был куда более угрожающий, чем обычно, вид — безликая серебристо-стальная фигура, в шлеме которой ты видишь лишь свое собственное отражение. Сейчас Эван даже радовался этому. Пусть немного подумают о его присутствии здесь. Его будет потруднее застрелить, чем беднягу шерифа, что несколько облегчит работу им с Джоссом.
Однако у него на уме сейчас было другое дело, кроме создания ореола угрозы. Он направлялся к куполу магазинчика, мимо которого они проходили вчера. Эван подумал о своей матери, которая когда-то говорила ему: «Если хочешь что-то разузнать, кариад, сходи в магазинчик за углом, купи пинту молока и булку, только не торопись. Вскоре ты узнаешь достаточно».
Он подошел к куполу, нажал на кнопку входа. Послышалось механическое гудение, но шлюз не открылся — дверь заело. Эван вздохнул, отложил ноутбук, положил руки в перчатках на створки двери и толкнул. Те со скрипом разъехались в стороны. Эван вошел, снова сдвинул их, проверил, что они закрылись как следует, подождал, пока камера заполнится воздухом. Ничего не происходило. Он снова вздохнул и сделал то, что так часто уже проделывал на Марсе — обернулся и пнул покрепче внешнюю дверь.
Воздух с шипением стал заполнять камеру. Эван покачал головой. Хлипкие же эти здешние устройства для запирания дверей. «Ладно, — подумал он, — проблема не в дверях. Проблема в том, что закрывающему их механизму стукнуло уже полсотни лет, а ни у кого нет ни денег, ни времени на замену».
Камера заполнилась воздухом, внутренние двери разошлись в стороны. Раздался звонок, сигнализирующий о том, что в магазин вошел клиент. Эван чуть улыбнулся знакомому звуку и огляделся по сторонам.
В магазине было куда опрятнее, чем он думал, и куда многолюднее. Большая часть помещения заставлена полками высотой в пятнадцать футов посередине купола или в семь футов по его краям. На полках имелось все, что может понадобиться в таком поселке. Инструменты лежали так, чтобы показать их в наилучшем виде — буры, пневматические и лазерные, новые и подержанные, запчасти к ним, множество запчастей для скиммеров и пескоходов — почти все подержанные. УПЖСы, рабочие комбинезоны и обычная одежда лежали сложенными на полках. Наборы инструментов и маленькие приборы (опять же подержанные). В одной стороне были полки с продуктами — с пухлыми упаковками муки, сахара и других товаров, а также более мелкие упаковки всяких вкусностей в слегка помятых обертках с надписями на всевозможных языках, словно они проделали долгий путь. Эван улыбнулся и поднял забрало. Тут можно найти что угодно, было бы время искать. И наплевать, что у этих вещей до тебя было еще пять владельцев.
— Могу я вам чем-нибудь помочь?
Это был не привычный рык, которого он почти ожидал. К удивлению Эвана, в голосе присутствовал четкий британский акцент, откуда-то из центральной Англии, насколько он мог судить. Он обернулся и увидел перед собой высокого полного темнокожего мужчину в облегающем комбинезоне атмосферного давления. Дыхательная маска висела на плече, как небрежно сдвинутый в сторону галстук. Человек с любопытством, но без враждебности смотрел на него, что было приятно.
— Да, спасибо, — откликнулся Эван. — Я искал, откуда здесь можно отослать открытку.
— Да отсюда, — с довольным видом произнес хозяин магазина. — Вон там. Могу ли я вас спросить, где вы обзавелись таким акцентом?
— Надеюсь, он достался мне честным путем, — ответил Эван и пошел следом за хозяином в конец купола. Там, напротив двери, был вход в другой купол, а в нем вдоль стен еще полки, заваленные бумагами, продуктами, чеками, а также кредитный терминал и счетная машина по меньшей мере 1900-х годов, и куча прочей дребедени. — В любом случае я родом из Уэльса. Эван Глиндауэр, Солнечный патруль.
Хозяин рассмеялся.
— Рад познакомиться, офицер Глиндауэр. Скотт Вирендра из Бирмингема, Англия. Не так давно приехал. — Он протянул руку, и Эван осторожно пожал ее — в сьюте пожимать руку нужно очень осторожно. — Что вы хотите отослать?
— У меня с собой. — Эван достал ноутбук. — Если у вас есть стандартный разъем ЛП-12…
— Да, прямо здесь. — Хозяин наклонился и достал неприглядный пластиковый мешок с проводами и начал в нем рыться. — Где-то тут… ага. — Он нашел кабель, вытащил его и вставил один из его концов в почтовую машину старинной модели, на которой, как на полке, стояло с полдюжины руководств для ремонта скиммеров. — Текст или картинка?
— И то и другое.
— А как будете платить?
— Наличными.
Вирендра чуть скептически, но без раздражения посмотрел на него.
— У вас в этой штуке есть и карманы?
Эван рассмеялся и отогнул клапан одного из ручных контейнеров, вынув маленькую пачку бумажных денег.
— Не там, где обычно.
— Тогда начнем, — сказал хозяин и вставил штекер в ноутбук Эвана. — Загоняйте материал в машину, посмотрим, сможем ли мы заставить ее работать.
Эван кивнул, нажал кнопку на клавиатуре. Он передавал в штаб-квартиру отредактированный отчет Джосса — наверное, его получение изумит Лукрецию. По крайней мере, пока она не получит более частного письма через имплант и Телию, в котором будет объяснено, что происходит. А в документе, который он сейчас пересылал, не было ничего особенного, однако Эван добавил пару шокирующих строк насчет пропавшего корабля. «Интересно, смогут ли они найти его и где?»
Пока шла передача, Эван осмотрелся по сторонам и сказал:
— А газета у вас в городе есть? Я надеялся купить.
— У нас есть листок, — сказал Вирендра. — Тут немного новостей. Еще имеется служба новостей по кабельному каналу. Нам посылают краткие новости и все такое. У нас одни объявления.
— Местные газеты не очень меняются, — улыбнулся Эван. — Как наши в Лланголлене.
— Я раз был в Лланголлене, — сказал Вирендра. И его понесло — только минут через пятнадцать он снова вернулся к теме Марса.
На самом-то деле он трепался минут двадцать пять, но Эвану было все равно. Вирендра не просто болтал — он умел артистично рассказывать, а это большая разница. Он был — с полицейской точки зрения — просто кладезем информации, поскольку, хотя его рассказы были, несомненно, приукрашены, в них скрывалось рациональное зерно метких наблюдений.
Именно это, как потом понял Эван, заставило его выслушать длинную преамбулу. Он давно уже привык к вымыслу, поскольку был копом и часто сталкивался с откровенной ложью. Но Вирендра не врал, хотя в рассказе его было много явных преувеличений, заметных для того, кто хотя бы немного знал об истинном положении дел. Разглагольствуя об Уэльсе и центральной Англии, он упоминал о событиях и местах, которые Эван знал, причем с такой точностью, что если убрать приукрашивания, то его рассказ мог бы выдержать перекрестный допрос в суде. Эван мысленно отметил этот факт. Люди вроде Скотта Вирендры были надоедливы до чертиков, особенно когда берут тебя за грудки в баре, но часто они просто дар божий для полиции. Единственным недостатком замкнутых маленьких сообществ вроде Гробницы является то, что свидетеля приходится убеждать в том, что разговор с Эваном или Джоссом не повредит его приятелям. Если, конечно, его нужно убеждать. Эван чуть улыбнулся своим мыслям, поскольку Вирендра уже раз пять ляпнул то, что лучше было бы держать при себе. Для хорошего, то есть плохого полицейского этого было бы достаточно, чтобы взять его под белы руки и отвести в ближайший участок «для более тщательного допроса».