— Извините, — сказала она, — эти данные засекречены.
— Что?
— Посмотрите сами, — сказала она, указывая на экран.
«ДОСТУП ТОЛЬКО ДЛЯ АДМИНИСТРАТИВНОГО ПЕРСОНАЛА ВЫШЕ 8 РАНГА И ГЛАВ ДЕПАРТАМЕНТОВ. Д. ОРСЬЕРЕС»
— Ввирион ан дав! — тихо ругнулся Эван.
Джосс поднял брови.
— Вы ничего не можете с этим сделать, Кэролайн?
— Извините, — сказала она, снова коснувшись клавиш. Экран потемнел. — Это все? Джейсону скоро спать… иначе он выбьется из режима. — Она улыбнулась Эвану. — Мне было бы неприятно вызывать вас на кормление в два часа ночи. Хотя, — добавила она, — соседи были бы в восторге.
Эван рассмеялся.
— Спасибо, мадам, но я откажусь. Благодарю вас за то, что вы пришли.
— Это все, чем я могла помочь, — сказала она. — В любом случае рабочий день окончен. Доброй ночи, господа.
Она встала и снова выпорхнула в дверь. Малыш Джейсон все не сводил глаз с Эвана. Когда дверь закрылась, Джосс сказал:
— Экая подлянка со стороны Доррен!
Эван коротко рассмеялся.
— Если хочешь, я могу ее привести.
— Нет, я сам.
— Ах да, — сказал Эван. — Мы же играем в доброго полицейского — злого полицейского. Ты у нас добрый. Ладно, я буду злой. Думаю, я смогу ее найти.
Джосс потянулся и вздохнул.
— Ладно. Но что ты будешь с ней делать, когда поймаешь?
Эван недобро усмехнулся.
— Просто приведу ее сюда. И нашу подружку Кэролайн тоже. Тут что-то затевается.
— Ладно, называй это как хочешь, — сказал Джосс. — Я возвращаюсь в отель. Понадоблюсь — вызывай.
— Иди и больше не греши, — напутствовал его Эван.
— Да как я могу не грешить больше, если я вообще еще ни разу не согрешил?
Эван хитро посмотрел на него. Джосс расхохотался.
— Иду, — сказал он.
Джосс вышел из здания администрации и, совершенно несчастный, встал на тротуар. «Что-то грядет, — думал он. — Эван прав, что-то того и гляди стрясется. Надеюсь, мы оба останемся целы».
Тротуары были куда более пустыми, чем в те времена, когда он тут учился. «Или просто у нас было другое расписание и я не замечал, как все это меняется в течение рабочего дня?»
Почти не задумываясь, он добрался до Четырех Перекрестков, большой многоуровневой развязки, и спустился на семь уровней вниз, на институтский остров. Колледжи Фридома не представляли собой ничего особенного — обычное техническое ответвление системы Кембридж/Колумбийский Университет. Отсюда выходили техники, пилоты, инженеры и химики чуть выше среднего уровня. Остров был очень маленьким. На нем располагались четыре высоких уродливых здания, построенных неким неизвестным учеником Миеса ван дер Роха. Перед одним из них, а именно общежитием, возвышалось стальное Древо Жизни. Среди здешних студентов ходила легенда, что в весенние ночи вокруг него пляшут студентки, срывая с себя бальные платья.
Джосс усмехнулся, проезжая мимо железобетонных конструкций с узкими оконцами. Где-то сейчас все его однокашники? Он с трудом вспоминал их имена, хотя лица сразу же вставали в памяти. Все это было так давно… Но для него все ушло в прошлое после выпуска.
Джосс оглядывался вокруг, когда тротуар нес его мимо колледжа. Это место всегда выглядело довольно убого. Островов становилось все меньше по мере приближения к концу этого отсека вдоль магистрали давления. Следующий отсек занимали сельскохозяйственные уровни, как он уже показывал Эвану. В центре отсека, над фермами, располагался цилиндр складов. Здесь не было тротуаров, но по обеим сторонам и в центре тянулась канатная дорога. Цепляешься за нейлоновый кабель и на руках подтягиваешься туда, куда нужно. Сила тяжести здесь была близка к нулю. Во времена юности Джосса они тут устраивали оргии. Склады никогда не запирались, разве что когда в них что-то хранилось. Это все равно не имело смысла, поскольку груз обычно находился в контейнерах с кодовым замком.
Внезапно при виде этих складов Джосса охватило чувство ностальгии. «Почему бы и нет? Просто посмотрю, а потом пойду домой».
В конце второго отсека магистрали давления он перешел на другой тротуар и увидел маленький канатный вагончик, похожий на капсулу витамина, закрепленную на двух петлях. Она шла вверх. Это был вагончик для перевозки грузов на тротуар и остров. Он сел в вагончик и нажал рычаг. Дверца вагончика затворилась.
Он вцепился в поручни. Уши заложило от потери веса, желудок свело. Когда капсула остановилась, он выбрался наружу, схватился за ближайший канат, что тянулся к центральному канату в центре цилиндра складов.
Наверху было тихо. Удивительно тихо, если учесть, что там, внизу, живет четверть миллиона людей. Звук словно бы не долетал сюда так, как это было бы на Земле. Слабый искусственный ветерок поднимался с ферм. Казалось, что тут, в центре, все само по себе затихает.
Джосс добрался до центральной канатной розетки и отпустил канат, который тянул его наверх, взявшись за тот, что шел вдоль внутренней поверхности пустого цилиндра. Он поплыл мимо огромных пустых грузовых складов — больших, похожих на амбары сегментов цилиндра с запечатанными контейнерами, державшимися на магнитах или закрепленных скобами на белых стальных стенах. «Вот здесь, — подумал он, — здесь была у нас прощальная вечеринка перед моим отъездом. Целая куча выпускников…»
Сверху послышался какой-то шорох. Джосс позволил канату еще немного протащить его, но начал перебирать руками в обратную сторону, чтобы оставаться на месте, пока не погасил влекущего его вперед ускорения. Через несколько секунд он вообще бросил канат, лишь чуть-чуть продвигаясь вперед. Он умел вести себя при нулевой силе тяжести, но даже в дни своей юности он не мог при таком маневре оставаться совершенно неподвижным. Всегда оставалась некоторая инерция.
Он дрейфовал вперед, немного отталкиваясь, чтобы свести движение до минимума.
«Откуда этот звук»?
Снова. «Через секцию», — подумал он и взвесил шансы. Взяться опять за канат? Или остановиться здесь и ждать?
Снова шорох, на сей раз чуть по-другому. Шевелится первый, или тут есть еще один. В этом случае ждать бессмысленно, а идти назад — безумно.
«Да пошли вы к черту», — подумал Джосс, схватился за канат и стал как можно быстрее перебирать руками. «Ремингтон» был под рукой — он проверил. Добравшись до интересовавшего его уровня складов, он бросил канат и описал тщательно выверенную кривую, сжавшись в комок, чтобы погасить инерцию.
В открытый склад он влетел, как пушечное ядро. Вход был метров пятнадцать на пятнадцать, не меньше, так что опасность врезаться в стенку ему не грозила. Тут было полно грузовых контейнеров, нагроможденных друг на друга словно грязно-белые или серые обувные коробки. Джосс раскинул руки и ноги, чтобы замедлиться, ухватился за один из контейнеров и вцепился в скобу. Затаился, сдерживая дыхание.
Шорох. Опять шорох. Глухой стук.
Трудно было понять, откуда именно идет звук. Джосс пошел по слуху. Засек, откуда слышится шорох — от третьего контейнера позади него, из промежутка между ним и следующим. Там был небольшой зазор. «Ладно», — подумал он и тихо, как мог, стал подбираться туда, держась за скобы контейнеров.
У дальнего угла третьего контейнера он замер и осторожно заглянул за угол. Никого — только еле уловимая вонь давно не мытого тела.
«За ним, — подумал он. — На их месте я попытался бы загнать меня между этими двумя контейнерами, а потом подтолкнул бы верхний».
Откуда-то слева из-за двух контейнеров метрах в десяти от него послышался шорох.
«Ага», — подумал Джосс. Он поднялся по «передней» стороне левого контейнера, забрался на него сверху и медленно, бесшумно стал по нему передвигаться.
Когда он был где-то на полпути, контейнер стал двигаться вертикально. Кто-то толкал его снизу, все сильнее и сильнее, к потолку склада. Джосс поднял взгляд и с ужасом увидел потолок в двух метрах над ним, в метре…
Он скатился с контейнера, с его левой стороны и свалился прямо на двух человек, толкавших контейнер вверх. Они попытались схватить его. В первое мгновение Джосс увидел лишь темные силуэты в черных и камуфляжных тряпках, ощутил вонь. Он оттолкнулся, его привычка к нулевому тяготению снова себя оправдала. Послышался треск, и его ладонь стала мокрой и красной.
Ему потребовалось не более секунды, чтобы прийти в себя. Итак, их трое. Сопляки. У одного нож, у второго обрезок трубы, но огнестрельного оружия он ни у кого не заметил. «Отлично», — подумал он, доставая «ремингтон». Первому, с трубой, он прострелил колено. Хлопок, облачко дыма, выплеск жидкости из суставной сумки, затем кровь. Немного. Труба отлетела, вращаясь, звякнула о другой контейнер, а низовик, схватившись за размозженное колено, свернулся клубком, и его отнесло в сторону.
Джосс обернулся, оттолкнулся от соседнего контейнера, чтобы выйти на одну линию с другим убийцей в грязных серых лохмотьях и с ножом в руке. «Хорошо», — подумал он и выстрелом выжег нож из руки девушки. Смрад горящего мяса в воздухе усилился. Девушка тут же упала в обморок — неудивительно, если учесть, как болезненны такие ожоговые ранения в руку.
Он схватился за скобу одного из неподвижных контейнеров и притаился.
Шорох.
«Не сейчас». — Он и остался на месте. Контейнер, за который Джосс держался, был прикреплен к полу склада. Следующий можно было сдвинуть с места, но не этот.
Он сидел неподвижно, сдерживая дыхание.
Ждать.
Ждать.
С дальнего конца его контейнера послышался шорох. За угол его схватилась чья-то рука, и кто-то начал огибать контейнер. Джосс прицелился туда, где, как он предполагал, должен появиться глаз.
Показалась голова. Другая рука — грязная ладонь, в которой был зажат приклад. Потом появился и сам здоровенный омерзительный бластер.
«Сейчас», — понял Джосс и нацелил на бластер свой «ремингтон». Бластер взорвался в руке у хозяина.
Вопли. Джосс по-прежнему сидел неподвижно, прислушиваясь.
Шорохи прекратились.