– Ты же сам сказал, что она безнравственная шлендра. Ну ты и лицемер! В который раз в этом убеждаюсь.
– Ты снова произнес это отвратительное, ранящее меня в самое сердце слово, – расстроился Лукас.
– Лицемер?
– Нет, другое. Шлендра, – с кислым выражением лица произнес Лукас. – Я его не говорил.
– Но имел в виду, что наша подруга…
– Прекрати!
– Ладно, если это тебя так ранит. Но я убежден…
– Увы, мой друг, я вынужден в очередной раз заметить, ты груб и невоспитан. Такому высокоморальному существу, как я, твоя невысокоморальность крайне претит.
– Придется потерпеть! – насупился Жмых. – Не могу же я следить за базаром всякий раз, когда мне на ум приходит удачная мысль?! Так недолго поехать рассудком. И все из-за того, что некоторые получили отличное воспитание… в приюте для дефективных. Ладно, пошли, что ли, высокоморальное существо? – Он огляделся по сторонам. – Вроде бы пусто…
– Постой, необходимо разработать план, что мы будем делать, если в доме окажутся хозяева. Мне показалось, что там никого нет, – но, может быть, там скрываются такие же беглецы, как мы с тобой!
Жмых усмехнулся:
– Свяжем их по рукам и ногам и кинем в кладовку! Будешь пытать их своими стихами. Как будто в первый раз.
– Значит, стихами пытать?! – насупился Лукас.
– Ладно, не обижайся, у меня тоже полно недостатков. Люблю, к примеру, кошек. Часто влипал из-за них в весьма крупные неприятности.
– И холодильники, – мстительно заявил лемуриец. – Они тоже доставили тебе в жизни мало радости, но ты не можешь отказаться от своего пагубного пристрастия!
– Тьфу на тебя! Я совсем другое имел в виду! – Жмых сплюнул с досадой и зашагал к домику, не оглядываясь на спешащего следом Лукаса.
Дверь была оборудована современной интеллектуальной системой замков. То есть вроде бы и не заперта, но в то же время откроется не каждому.
Лукас достал из кармана какую-то карточку и сунул ее в едва заметный разъем рядом с дверной ручкой.
– Приветствую вас, техник-наладчик, – заявил электронный секретарь.
Жмых с удивлением воззрился на приятеля.
– Когда же ты успел поступить на работу?
– Главное – не терять даром времени, – усмехнулся лемуриец. – Да никуда я, собственно, и не поступал. Обычная универсальная флэш-отмычка. У меня таких с десяток.
Лицо Глеба вытянулось, он указал глазами на дверь:
– Можно ли говорить об этом при нем? При ней? Лукас расхохотался.
– Да это же просто дверь, Глеб Эдуард! Дерево! При нем можно говорить все что угодно.
– А искусственный интеллект?
– Он рассчитан на решение вполне конкретных задач.
– Чисто конкретных?
– Чисто конкретных, – согласился Лукас. – Например, на поддержание беседы. Но самостоятельных выводов дверь не сделает. И холодильник тоже.
– При чем здесь холодильники?
– Да так, к слову пришлось…
– Жду команд, – произнес механический голос автосекретаря.
– Перезагрузка системы в тестовом режиме, – приказал Лукас. – Готовность принять новых владельцев жилища.
Послышалось недовольное бормотание секретаря и электронный шум, напоминающий радиопомехи на коротких волнах.
– Выполнено, – доложил механический голос через пару секунд.
– Принять двух субъектов, опознанных камерами как новые хозяева.
– Выполнено, – повторил секретарь.
– Больше он не будет нам досаждать, – удовлетворенно заметил лемуриец, – чуть позже я настрою замки, чтобы их не могли открыть посторонние. Даже имеющие служебные карты. Всякие там техники-наладчики… Вроде меня. А мы спокойненько расположимся здесь и заживем по-королевски.
– Кто нам позволит?! – проворчал Жмых. – Ты, конечно, ловок открывать двери – знал бы я такое дело, закорешился с тобой еще в Мамбасу. Но рангуны будут здесь в лучшем случае через пару часов. А в худшем – уже выехали к нам с визитом вежливости.
– Поверь мне, Глеб Эдуард, так быстро нас не найдут. К тому же у меня есть интересная идея. Если удастся ее осуществить, мы заживем здесь вполне спокойно, не нарушая закон.
Жмых скривился:
– Сколько ни пытался, у меня никогда не получалось не нарушать закон. Так уж законы устроены, что, если их не нарушать, можешь с голодухи загнуться. И уж, во всяком случае, жить очень тоскливо.
– Это все твой буйный темперамент, да еще издержки неправильного воспитания, – пожурил его Лукас. – На самом деле любой умный человек нарушает закон только один раз в жизни. Два – максимум. Или три, если он не совсем интеллектуал, а только стремится им стать… И всегда по-крупному. А в остальное время изображает законопослушного гражданина. Негодует, когда узнает о каких-то правонарушениях. Требует ужесточения законов. Да ему ведь это и на руку… В тюрьмах сидят неудачники – тебе ли этого не знать?
Жмых даже опешил от таких откровений. Действительно, на астероидах он сталкивался все больше с разной тупой и агрессивной сволочью. А сенаторы, мэры, начальники полиции и просто ушлые дельцы, уворовавшие общественных средств не на один миллион рублей, загорали на своих шикарных виллах, но никак не на астероидах и не на планетах с плохим климатом под жестким излучением голубых гигантов, куда так любили отправлять на исправительные работы закоренелых преступников.
Идея занять дом Глебу все еще не нравилась, но он слишком устал, чтобы спорить с лемурийцем, и решил, что большой беды из-за того, что они перекантуются в этом невзрачном домишке, не случится. Лукас, дока в электронных системах, наладит сигнализацию, установит внешние камеры слежения. И они окажутся в относительной безопасности, с гораздо большими удобствами, чем в лесу. Может даже так статься, что благодаря системам слежения им удастся убраться до появления рангунов. А в лесу рангун с излучателем или автоматической винтовкой может появиться из-за каждого дерева. Да что там рангун – в их ситуации не приходится радоваться и человеку. Каждый может состоять на службе у Лысого.
– Ладно, посмотрим, как тебе удастся обеспечить нашу безопасность. Ты, в конце концов, заинтересован в сохранении своей шкуры не меньше, чем я, – объявил Глеб и отправился изучать дом.
В одной из комнат он обнаружил мощный телескоп. Жмых немедленно решил использовать оптику для более практичных целей, чем наблюдение за звездным небом, и припал к окуляру, разглядывая окрестности. Соседей оказалось немного – и все какие-то темные, медлительные личности. Один из местных жителей, человеческого происхождения, подстригал кусты, другой, с лохматыми таргарийскими ушами, копался на огороде.
Устав наблюдать за однообразными действиями соседей, Жмых направился в комнату, смежную с компьютерным терминалом, активировал систему стереовидения и, пощелкав каналами, увлекся одной из эротических программ. Показывали, к счастью, уроженок Земли, а не бородавчатских дамочек. Однажды Глеб случайно наткнулся на эпизод брачных игр бородавочников, демонстрируемый по стереовидению. Желание снова заниматься сексом у него появилось только спустя пару недель.
Лемуриец времени даром не терял. Среди безличных кредиток, которыми Анисимов заплатил им за андроидов, оказались два тысячерублевых чека, деньги с которых можно было без проблем перевести на электронный счет с любого компьютера, подключенного к Сети. Лукас активировал компьютерную Сеть и сразу же обзавелся счетом на придуманное им с ходу имя Алекса Пеховича, с которого можно было оплачивать все, что угодно. После этого он приступил к заметанию следов: задним числом осуществил платеж за дом, чтобы любой заинтересовавшийся историей вопроса чиновник или хакер на службе у бандитов мог убедиться, что дом куплен за два месяца до их прилета на Дроэдем. Стало быть, здесь живут тихие дроэдемские граждане.
Затем Лукас выяснил, что служба доставки на Дроэдеме более чем развита. С помощью компьютерной Сети здесь можно было заказывать налом практически любые продукты и вещи. Оплатив товар, оставалось только дождаться, когда служба доставки выполнит запрос. Согласно рекламе, для обработки заказа и доставки требовалось от получаса до трех часов. Лемуриец заказал множество всякой всячины – как предметов первой необходимости, так и абсолютно, на первый взгляд, ненужных вещей. Помимо вместительных ящиков с пивом, на приобретении которых настоял Жмых, и гор вегетарианских продуктов, хакер внес в заказ газонокосилку, корм для собак, ползунки и набор детского питания, женское белье, косметику. Таким образом он имитировал присутствие в доме обыкновенной семьи с маленьким ребенком, а не двух головорезов, скрывающихся от преследования бандитских кланов.
– Здорово ты моими деньгами распоряжаешься, – буркнул Жмых, – ясное дело. Твои-то лежат себе в банке. А мои, значит, можно швырять на ветер? Да?! Нет чтобы садовые ножницы заказать, – ему газонокосилку подавай! И трусики дорогие купил – не какие-нибудь мамбасуанские уцененные товары, а заказ прямо из Парижа! Не иначе, сам собираешься их как-то использовать! Носить будешь или Алиске подаришь?
Лемуриец хмыкнул и углубился в изучение систем, встроенных в электронную структуру дома.
– Нет, ты ответь на мой вопрос!
– Мы должны представлять людей определенного социального статуса, – пояснил с неудовольствием Лукас. – Тогда к нам будет меньше претензий. Нищие всегда подозрительны.
Глеб прикусил язык. Да, в дешевом прикиде на дело лучше не ходить – это он и сам знал прекрасно.
Заказ доставили к полудню. Жмых встречал машину доставки в кустах, опасаясь, что какие-нибудь залетные коски могут позариться на их имущество. Он едва не подпрыгнул, когда из кабины грузового катера выбрались огромные рангуны и принялись выгружать из кузова на лужайку перед домом мешки и ящики. В довершение ко всему они осторожно поставили на траву сияющего стальной полировкой монстра – промышленный холодильный агрегат. К жильцам доставившие заказ рангуны не проявили никакого интереса – ведь за товар было заплачено заранее, – сразу после разгрузки сели в свой потрепан