– Как у вас язык поворачивается спокойно об этом говорить? Сид – лучший из ваших инженеров, он работал с вами с самого начала. Вы же без сожалений отправляете его на расщепление на атомы!
– Думал, у вас есть вопросы. – Картер Вин поправил пиджак, явно собираясь встать.
Я обратила внимание на его руки. Такие крупные, с длинными пальцами, ухоженные. В голову сразу полезли тысячи дурацких фантазий. Например, как они путешествуют по моему телу.
Так, Лана, очнись. На него и без того вешаются на каждом шагу. Имей достоинство.
– Я их и задаю. Вы использовали моего сына, доили его ум. А когда он изобрел легендарный «Эра-7000», подставили его. Не хотите платить ему высокий процент как изобретателю, мерзавец! Вот в чем дело.
– Раз у вас нет вопросов, удаляюсь. Можете остаться и заказать что хотите. Я оплачу.
Картер Вин встал, и я поразилась тому, какой он крупный, но при этом пластичный. Словно он с детства занимался боевыми искусствами. Ни одного лишнего движения. Просто уверенность в каждом шаге, который он делал, направляясь к выходу из ресторана.
Его оппонент схватил с соседнего стола нож и бросился на Картера Вина со спины. И мгновенно оказался переброшен через плечо, а холодное оружие уже покоилось в руках главы «Космостроя».
– Не стоит, если вы не хотите сидеть в тюрьме, – сказал он спокойным тоном, склонившись над мужчиной.
Нож в его руках лежал так комфортно, словно Вин только и делал, что убивал им. Словно был наемником, который годами летал по галактикам и врукопашную захватывал корабли.
– Убийца! Как тебя только Вселенная носит? – Мужчина обхватил руку Картера и прижал к своему горлу острие.
Я вся сжалась. Нож у кожи вызывал у меня желание забиться под кровать. Я ненавидела насилие в любом его проявлении. Крики, удары, порезы, ругань – все это вводило меня в состояние ступора, сколько себя помню. Я и сейчас оторопела, ощущая воздействие клейма на спине.
Неужели человек хочет убить себя рукой рантарианца? Он в таком отчаянии или хочет подставить Картера Вина?
Я жадно всмотрелась в лицо главы корпорации «Космострой», ожидая увидеть растерянность. Вместо этого же заметила холод и мрачную решимость. Картер Вин немного подвинулся, но не рукой, а телом.
– Играете такими вещами? – спросил глава холдинга «Космострой» и надавил ножом на шею так, что потекла струйка крови. – А вы знаете, что сейчас я закрываю вас от камер и доказать факт убийства будет невозможно, если я продолжу? Множество свидетелей подтвердит, что вы сами приставили мою руку к своему горлу и совершили суицид.
Меня бросило в пот от описанной картины. Я закрыла глаза и постаралась вернуть себе нормальное дыхание. Я уже не в приюте. Я взрослая. Меня никто не обижает.
– Урод! – услышала я возглас возмущенного человека и распахнула глаза.
Картер Вин резко встал, с безразличным выражением лица отбросил нож на стол к шокированным размалеванным девицам. Они завизжали, а глава «Космостроя» пошел на выход.
В ресторане повисла тишина. Я боялась смотреть вниз, на пол. Пыталась по лицам гостей ресторана понять, чем же закончилось дело. Все осмысливали случившееся, но никто не был смертельно напуган и не визжал. Только убедившись в этом, я посмотрела на человека с небольшим порезом на шее, который продолжал лежать на полу и смотреть в потолок.
Он жив!
По его щекам текли слезы. Бедный. Он скоро потеряет сына, и еще непонятно, виноват тот или нет. Мне стало жалко его, но я не могла сдвинуться с места, скованная своим прошлым.
Насилие всегда выдавливало меня из привычного ритма, я зависала.
– Лана, – позвала Зара, похоже уже не в первый раз. – Лан!
– Да?
– Ты чего голову в плечи вжала?
Я постаралась расслабиться. Все закончилось. Все позади. Нет драки, нет ссоры, нет насилия. Не со мной.
Это я на словах такая смелая – могу отказать начальнику. А вот если он набросится на меня, знаю, что не смогу пошевелить и пальцем, стоит ему только схватить меня покрепче. Поэтому все мое оружие – это слово. Но ровно до момента принудительного контакта.
Кротова нора, это клеймо сироты! Все из-за него.
Вот сведу печать со шрамами и вылечусь от этой дурацкой реакции организма. Говорят, что в чернилах содержится вещество, которое блокирует защитные реакции организма на насилие. Это делают для того, чтобы сироты были послушными на любое воздействие воспитателей.
Бр-р-р!
– Все хорошо. – Я постаралась улыбнуться, продолжила есть.
Еще как только научилась ходить, поняла, что нужно питаться, несмотря ни на что. Неважно, что с тобой происходит, – отправь кусок в рот. Тогда выживешь.
Еда теперь казалась абсолютно безвкусной. Вся бешеная харизма Картера Вина испарилась, словно он тем ножом отрезал ее от себя.
Глава 2
– Вам нужно пройти в зал бизнес-класса. Вас пересадили. – Девушка за стойкой улыбнулась мне так, словно я выиграла приз.
Вот только для меня эта новость была настоящей проблемой. Похоже, Лукас Гноц не собирался сдаваться так просто.
– Лана. – Зара посмотрела на меня с просьбой и протянула руку к моему билету.
Значит, мне не показалось, что коллега с удовольствием заняла бы мое место и использовала возможность быстрого продвижения по службе. Что ж, у всех сирот свои пути. Зару, например, никогда не напрягало клеймо, и она не понимала моего стремления его свести. Наверное, в ее приюте были хорошие воспитатели.
Я повернулась к девушке за стойкой:
– Я могу поменяться со своей подругой?
– Нет. Пересадка именная.
Да пропади он в черной дыре, этот Лукас Гноц! Упрямый мерзавец. Теперь я стояла перед выбором: либо психануть и не полететь с командой, что равносильно потере работы, либо сесть рядом с гендиректором и терпеть восемь часов его пошлые комплименты и недвусмысленные намеки.
И я уже была близка к тому, чтобы выбрать первое, потому что знала, что Лукас может распустить руки. Тогда мне конец. Если он раскусит, что меня клинит на прикосновениях, то страшно подумать, что сделает.
Неожиданно лицо девушки за стойкой просветлело, вытянулось, рот раскрылся.
– Вечного светила, господин Картер Вин, – поздоровалась она с придыханием.
Рантарианец посмотрел на бейджик девушки и низким голосом сказал:
– Миленда, мы можем посадить эту госпожу рядом со мной?
Зара отозвалась:
– Я согласна!
И пихнула на стойку свой билет в эконом, мягко задвинув меня за себя.
Картер Вин повернулся, холодно улыбнулся Заре:
– Простите, речь о вашей подруге.
Поднял взгляд на меня и тут же перевел на девушку за стойкой.
– Конечно, господин Вин. Сейчас все устроим, – прощебетала сотрудница космопорта.
Мне тут же распечатали новый билет и положили на стойку. Я хмуро взглянула на Картера Вина, который прямо смотрел на меня, чего-то ожидая.
Лукас Гноц или Картер Вин? Знакомое зло или незнакомец с ножом? Выбор очевиден.
– Поменяйте обратно. – Я подвинула билет к девушке за стойкой поближе.
Картер Вин молча развернулся и пошел в сторону коридора бизнес-класса.
– Это невозможно, – замялась девушка. – Не доставляйте мне неудобств, пожалуйста.
Я посмотрела на Зару. Та тут же включилась:
– Лана, лети! Потом расскажешь все до мельчайших подробностей. Я думала, он на меня смотрел, а оказывается, на тебя…
Удивительно, но подруга будто бы и не очень расстроилась.
В громкоговоритель сказали:
– Посадка на рейс 1918 до Рантара заканчивается через десять минут.
– Лана, иди! – Зара схватила билет, сунула его мне в руку и подтолкнула к входу в коридор бизнес-класса.
Я посмотрела на строчки своего имени на твердом белом листе с голографическим оттиском. Похоже, уже ничего не изменить. Можно только устроить забастовку и никуда не полететь, а это значит конец мечте по сведению печати сироты.
– Не съест же он тебя! Там все приличные в бизнес-классе, – крикнула Зара.
Ну да, начиная с нашего гендира Лукаса Гноца.
Я вздохнула. Конечно, я рисковала. Но потерять работу я не могу. Мне нравилось проектировать корабли. Я любила и умела использовать ум, прижилась в коллективе и стала нужной. Терять достигнутое из-за страхов? Сколько раз я еще могу с ними столкнуться за пять лет, пока не получу желаемое?
Зара кое в чем права. В бизнес-классе меня вряд ли сильно обидят. Там много пассажиров. Моя задача лишь не показать Лукасу мою особенность. Однако кто знал, что все будет куда сложнее.
Когда стюардесса проводила меня в бизнес-класс, все кресла, кроме одного, были пусты. Даже моего гендира не было видно. Лишь один Картер Вин развернул кресло к входу и смотрел на меня.
Взгляд главы холдинга «Космострой» был наглым. В нем так и читалось ожидание восторга, восхищения, поклонения.
«Смотри, я какой».
«Видишь, как умею?»
И вся эта атака сейчас адресовалась мне. С ума сойти.
Нет, конечно, я знала, что после окончания среднего обучения перестала быть гадким утенком, и на меня постоянно обращали внимание мужчины, но этот рантарианец явно не испытывал недостатка в красавицах всей галактики.
Но теперь его цель я. Почему? Неужели я его зацепила тем, что не прыгала вокруг него, не кидала призывных взглядов и не заглядывала в глаза?
Еще одно доказательство того, что он избалованный вниманием богач с закидонами победителя.
Я развернулась.
– Постойте, – не сказал, а приказал рантарианец.
– Я ошиблась креслом, – не поворачиваясь, ответила я.
Мне хотелось уйти как можно быстрее. Казалось, что чем дольше я здесь остаюсь, тем сильнее соблазн.
Зара верно говорила, что в кресле бизнес-класса могут поместиться трое людей. Однако рантарианцу, с его широкими плечами, оно было точно впору.
Как инженер-проектировщик, я сразу поняла, что бизнес-класс космолета, в котором мы летели, рассчитан с учетом телосложения этой расы. И взяла себе на заметку, что нужно будет посмотреть проект этого корабля и его салона. Кажется, Картеру Вину было очень комфортно развалиться в кресле этого космолета – его образ до сих пор стоял перед глазами.