– Так и думал. Это известный чунский песок. Дорогое удовольствие для города.
– Значит, тут бывают сильные дожди, а большая часть земли занята строениями и дорогами, – заметила я.
В лицо снова ударил порыв ветра.
– Я читала, что погода на Рантаре непредсказуемая, – заметила Зара.
Общаясь, мы дошли до трехэтажного здания с зеркальными окнами.
«Территория апат» – висела табличка на межгалактическом.
– Жаль. Хоть одно название на рантарском мы найдем? Хотелось бы увидеть эту легендарную вязь вживую, – тихо заметила я.
Лукас Гноц открыл рот, но Ешик его опередил:
– И что? Ты хоть слово поймешь? Давно уже все на межгалактический перевели. Разве что в исторических городах оставили с целью сохранения культуры.
Гендир захлопнул рот и недовольно взглянул на подчиненного. Ох, кажется, Ешик нарвался. Гноц терпеть не мог, когда кто-то говорит вперед него.
Холл встретил уже привычным размахом. За стойкой регистрации нас ждала красивая, выше всех наших мужчин на голову рантарианка. Вся наша команда зависла на несколько секунд, глядя на нее.
У нее было невероятно миловидное лицо, но широкие плечи. Длинные руки, но развитые мышцы. И это было так странно, что на ее вопрос: «Вечного светила! Вы бронировали?» – никто ничего не ответил.
Тогда помощница гендира Нея подала голос:
– Я… Я… Вот.
И показала рантарианке код брони на коммуникаторе. Та быстро отсканировала и положила на стол четыре синих и одну красную ключ-карту.
– Вы можете отсканировать код на ней на свои коммуникаторы и входить по нему.
Нея открыла список на портативном рабочем столе. Все тут же стянулись к ней.
– Я… Я… сейчас скажу, кто с кем…
Она еще не договорила, а все уже нашли свои имена.
– Мы вместе. – Зара улыбнулась мне.
Я ответила тем же.
– И я… я… с вами. – Нея посмотрела на нас, ожидая реакции.
– Здорово! – подбодрила я ее. – Кто четвертый?
– Все.
– Отлично. Свободнее дышится.
Все быстро разбрелись изучать номера. Нам попался на третьем этаже, угловой, с окнами на обе стороны. Нея смущенно потупилась:
– Подумала, будет красиво.
– Вид на обе стороны! Шикарно, Нея, – отозвалась я, осматривая апаты.
Чисто, габаритно, автоматизированно и привычно. Я даже расстроилась.
– Все как у нас, – тоже заметила Зара с разочарованием.
– Это апаты для туристов по галактическим стандартам. Так босс велел, – сразу оправдалась Нея.
– Все хорошо. Не запутаемся.
Девчонки стали разбирать свои чемоданы, а я поняла, что прогулка неизбежна. Мне нужно купить для себя минимальный набор вещей. В чем спать, что надеть завтра, чем чистить зубы, чем мыться.
Мой коммуникатор пропищал.
– Ужин доставили. Пойду встречу.
Я сказала не подумав и увидела, как Нея расстроенно опустила голову. Конечно, ее задело, что Гноц не поручил это дело ей.
– Нея, я без тебя могу не справиться. Поможешь все проверить?
Девушка с радостью согласилась.
Мы спустились в общую зону, прошли зону отдыха и зашли в зал для торжеств. По галактическим стандартам все проживающие в апатах могли спокойно проводить тут праздники, собираться компаниями и просто ужинать не одни.
Здесь уже сидели несколько разношерстных компаний, но нашего большого заказа не было видно. К нам подошла рантарианка в форме. Наверное, администратор.
– Чем могу помочь?
– Мне пришло уведомление о доставке заказа. У нас ужин на двадцать четыре человека.
Рантарианка даже не заглянула в коммуникатор:
– Его забрал господин Лукас Гноц.
Как хорошо она запоминает имена. Вот только зачем?
Я набрала гендиру. Тот сразу же ответил:
– Лана, зайди ко мне. Триста первые апаты.
И сбросил вызов.
Нея все слышала и расстроенно предположила:
– Наверное, недоволен. Что-то точно не так.
– Посмотрим.
Я была уверена в обратном. Гноц нашел повод позвать меня в свой номер.
– Как хорошо, что ты со мной, Нея. – Я приобняла девушку за плечи, а она вся съежилась, не ожидая такого порыва.
А я была счастлива, что не одна. При своей помощнице он не станет себя плохо вести. Поэтому смело постучалась в дверь его апат, не ожидая подвоха.
Лукас Гноц открыл дверь в одном полотенце на бедрах.
– Ах! – Нея закрыла глаза.
– Мы не вовремя. Зайдем потом. – Я хотела развернуться и уйти.
– Все в порядке. – Лукас раздраженно посмотрел на свою помощницу, отчего та еще сильнее сжалась. – Заходите.
– Это немного неудобно.
– Я сказал, что нормально, – надавил голосом он.
Гражданство. Печать. Я все выдержу.
Нея первая несмело зашла внутрь, чем удивила. Я шагнула за ней.
– Что… Что-то не так с заказом? – попыталась выяснить она.
– Все так.
– Не удобней ли будет всем собраться внизу? – спросила я.
– Нет, – отрезал Гноц. – Проверьте все и зовите. Я оденусь.
Мы с Неей переглянулись. Девушка пожала плечами.
Ладно. Хорошо. И это выдержу. Не страшно.
Тут изумительно пахнет съестным. Запах рантарской еды заставлял мой живот урчать так громко, что Нея то и дело хихикала.
– Все на месте, – сказала я, проверив короба с едой.
– Тогда я скину всем оповещение.
А дальше понеслась суматоха. Наша большая команда из двадцати четырех умов ела, веселилась, несмотря на хмурую физиономию Гноца, травила анекдоты и отдыхала.
Я видела по лицу гендира, что он быстро пожалел о том, что превратил свои апаты в банкетный зал. Конечно, за столом поместились бы только шестеро, поэтому мы все устроились на полу вокруг журнальных столиков. Приспособили мебель как могли. Один Лукас Гноц сидел в кресле и смотрел на нас сверху вниз.
– Господин Гноц, это вам. – Нея протянула ему контейнер, содержимое которого заботливо набрала.
– Я из пластиковых мисок не ем. Где нормальная тарелка?
– Сейчас.
Я сразу наелась.
– Спасибо! Мой чемодан еще не доставили, поэтому мне нужно кое-что купить. Пойду, пока магазины не закрылись.
Лукас тут же подорвался с места:
– Мне тоже нужно.
Вот только этого не хватало. Я тут же надела обувь.
– Господин Гноц, скажите, что вам нужно, я все закажу с доставкой. – Нея была готова.
– Мне нужно самому примерить.
– Я закажу с возможностью примерки.
Я открыла дверь и вышла, наплевав на чувство такта и прочее.
– Лана! – позвал босс.
А я почти успела закрыть дверь!
Прихлопнуть ее или быть послушным работником?
Неожиданно дверь так шандарахнула меня в лоб, что в глазах заискрило. Меня словно перебросило ударом на пятнадцать лет назад. Я даже ощутила на секунду воздух приюта – затхлый, с запахом подгоревших блюд и старого масла.
«Что встала? Швабру в руки и вперед, – услышала я в голове голос воспитательницы Тильды из воспоминаний. – Родители сдали тебя потому, что ты такая неряха».
В тот раз у меня из носа пошла кровь, но тетка даже не обратила на это внимания. Ее бесили все дети без исключения.
«Они не отказывались от меня!» – закричала я.
Ее слова делали мне больно. Тогда я первый раз отказалась выполнять задание и убежала. И тут же была поймана за волосы.
Воспитательница волокла меня через весь приют в назидание всем непослушным детям, а я даже не могла вырваться. Я прекрасно помню миг, когда она остановилась и наступила каблуком мне на ногу, а мне было не под силу ее убрать. Шрам на щиколотке остался у меня до сих пор.
Я резко вздохнула, зажмурилась и приказала себе не думать о прошлом.
Все прошло. Меня больше никто не обидит.
Потерла лоб. Как хорошо, что шишки нет. Или это пока?
– Ох, прости! – Лукас Гноц выглянул из-за двери.
Это он меня приложил.
– Не прощаю, – сказала я словно не только ему, но и всем своим обидчикам.
Гендир протянул ко мне руку, но я уже развернулась.
– Меня не бросили, – шептала я, уходя прочь.
– Может, лед? – крикнул Гноц.
– Да уже сгноцай от меня! – в сердцах пробурчала себе под нос, скрываясь за поворотом.
– Что-о-о? – донеслось вслед.
Но мне уже было все равно. Боль всегда отправляла меня прямо в ад приюта. И теперь я не могла отдышаться.
Я потрогала стену – она была немного шершавой. Потом вдохнула – воздух был наполнен ароматом цветущего дерева на Рантаре. Я слегка прикусила язык.
Все, я здесь. На таинственной планете, о которой существует много легенд.
И да, мне хоть защиту надевай.
Я спустилась вниз, прошла мимо шумной толпы постояльцев на входе и вышла на улицу. Она всегда ассоциировалась у меня со свободой. Когда мы гуляли в приюте, нас не трогали. Я даже несколько раз оставалась ночевать на площадке, когда ночной воспитатель выпивала и не считала нас перед сном.
Вот бы сейчас заснуть под небом Рантара!
Я постаралась быстрой прогулкой сбросить напряжение. Я ненавидела, когда меня вот так выбивало из образа взрослой женщины. Мне двадцать пять, а я снова ощущаю себя на безвольные десять. Но с каждым шагом я словно вырастаю, вновь возвращаюсь в свой независимый возраст.
В голове звучали слова воспитательницы, когда мне было четырнадцать: «Надеюсь, ты провалишься! Мала еще!»
Тогда я шла на экзамены в Академию космоса. И я поклялась, что сдам все пять дисциплин на сто баллов. Я слишком много вложила, чтобы проиграть.
Почему я стала инженером-конструктором? Да потому, что портативных коммуникаторов у сирот не было, а старых бумажных книг в библиотеке – полно. И тот, кто пополнял запас, явно увлекался кораблестроением.
А те истории, что включала нам на ночь воспитательница, когда была в хорошем настроении, были ужасны. Я до сих пор помню те страшные сказки.
В любом случае я осуществила свою мечту и вырвалась из приюта хотя бы на учебу. И как же было здорово на занятиях! Как тут не увлечься? Как не влюбиться в железных птиц, летающих между планетами?
Мысли о любимом деле успокоили меня настолько, что я завернула в ближайший торговый центр и купила немного одежды и самое необходимое.