– Я ведь велела тебе впустить Одри Дефо и Коула Кастинкса, – закатила глаза она, и Коул робко поправил:
– Я Гастингс. С буквой Г.
– Извини, – улыбнулась Зои смущенно. – Мои видения бывают неточными. Так почему ты не впустил их, Эван?
Ассистент спрятал чашку и невнятно проблеял:
– Так они и не представились…
Зои перевела взгляд на нас.
– Вы не назвали свои имена?
– М-м… Имена?
– Да. Имя. Это то, что дают тебе при рождении. Обычно мама с папой, – саркастично ответила Зои. – Вам нужно было всего-то представиться, и Эван бы вас впустил. Я внесла вас в список еще две недели назад. Почему… – Она осеклась и затряслась головой, отчего пурпурный платок спал окончательно, высвободив роскошную копну прямых черных волос. – Нет-нет, не объясняйте! Это все я. Снова искаженное видение. Это как ошибки перевода, знаете… Помехи. Голова уже пухнет от клиентов с их вечным нытьем и бесполезными вопросами. «Ой, а когда мне лучше помыть кота, завтра или в понедельник?» Наколдовать бы половине из них мозги. Ох.
Зои соединила три пальца, положила руки себе на колени и закрыла глаза. Пока она медитировала и восстанавливала душевный баланс, чтобы продолжить беседу, Коул кинул на меня панический взгляд. Даже без дара телепатии я услышала его мысли: «Ты уверена, что все еще хочешь пригласить ее в ковен?»
Честно сказать, я и впрямь была не уверена в этом, но все равно сказала:
– Значит, ты уже в курсе, зачем именно я пришла? Как Верховная ковена Шамплейн, я хочу пригласить тебя присоединиться ко мне.
Зои разомкнула веки, подведенные синим, и нахмурилась. Что-то было в ее взгляде такое, отчего казалось, что твою душу выворачивают наизнанку. Но в этом не было ничего враждебного или даже дискомфортного – лишь абсолютное и немое взаимопонимание.
– Да, разумеется, – Зои вскочила с пуфа и хлопнула в ладони. – Я еще утром закинула вещи в чемодан. Вот только…
Все не могло быть так просто, и я даже обрадовалась, услышав это недоброе «только». Ведь если бы мне вдруг начало так несказанно вести, то ад покрылся бы льдом.
– Говори, – бодро отозвалась я, сложив руки на груди. – Что ты хочешь в обмен на союз?
– Совершенно ничего, – заверила меня Зои в сердцах. – Мне лишь надо закончить одно дельце. Забрать то, что у меня… одолжили, но забыли вернуть. Без этого я не смогу уехать. Эта вещь крайне важна для меня, да и для тебя тоже.
Я прищурилась, раздразненная любопытством, что же за вещь может быть мне нужна. Но Зои улыбалась так, что становилось понятно: она мастерица по части интриги и загадок. Впрочем, чего ждать еще от той, что знает все будущее наперед?
– Скажи, что именно тебе достать и где.
Коул переступил с ноги на ногу, сомневаясь в этой затее, как и в любой другой. Возможно, он был прав.
Зои обошла гадальный стол, собирая хрустальные камешки в тканевый мешочек, в каком я хранила свои костяные руны. На нем были вышиты зороастрийские письмена, которые мне было не прочесть.
– Череп, – произнесла Зои, не поднимая глаз. – Человеческий. Еще времен гаитянских рабов, что заполнили Орлеан своим вуду. – Последнее слово она произнесла с явным пренебрежением. – Насколько я знаю, он должен быть в комиссионном магазине недалеко отсюда. Называется «Барон Суббота». Принеси его, и мы сразу же отправимся в Бёрлингтон, клянусь! Я принесу тебе ковенант хоть в машине, если захочешь.
Я поджала губы. В Зои, ее работе и этих сбивчивых предсказаниях не было ничего, что вызывало бы доверие. Но… Откуда-то это доверие все равно было. Словно из недр земли, как прорастают стебли, прорастало и ощущение родственности. Я никак не могла отделаться от чувства, что мы с Зои уже знакомы. Возможно, так и было в одной из тех искаженных реальностей, которые она иногда видела вместо правдивого будущего.
– Согласна, – сказала я. – Только хочу сразу спросить… Почему ты не в новоорлеанском ковене? Слышала, он один из сильнейших в штатах, хотя очень обособлен. Даже моя мать в свое время пыталась подружиться с ними.
Зои погладила пальцами угол стола и пожала плечами. Стянув с себя пурпурный платок, она обвязала его вокруг предплечья, как браслет, пока подбирала правильные слова.
– Так вышло. У нас всегда были напряженные отношения. Вуду любят деньги больше, чем своих ведьм! Не думай об этом, Одри. Главное ведь, что я не в Вуду, так? Я в Шамплейн. И я ждала тебя. – Я заметила, что Зои морщит нос, когда улыбается так игриво и искренне, как сейчас. – Ступай уже, Верховная Одри! Мне не терпится скорее потискать мягкий жирочек Штруделя.
Когда мы проходили мимо ассистента в холле, тот все еще подметал осколки с пола, фыркая проклятья на языке, похожем на албанской. Мы с Коулом виновато потупились, проходя мимо разбитых окон.
– Это было так… странно, – наконец-то подал голос он, когда мы уже прошли до «Барона Субботы» половину пути, проложенного на смартфоне. Погруженный в свои мысли, Коул шел прямо по лужам, даже не замечая воды, затекающей в ботинки. – Я смотрю на эту Зои, и мое чутье… Вопит! Она выглядит не старше меня, но я будто стою напротив своей бабушки. Ощущение, что это она ведет нас в Бёрлингтон, а не мы ее. В смысле… Может, Зои и впрямь долго ждала нас? То есть тебя. Мне немного жутко от этого.
– Мне тоже, – созналась я, жуя внутреннюю сторону щеки до железистого привкуса во рту, который, однако, все равно не мог перебить той мерзкой сладости, что еще оставалась там от блевотного леденца. – Но, наверно, именно такие ведьмы мне и нужны. Сильные. Она точно знает, что делает. Я даже… завидую ей. А еще у нас просто нет другого выбора. Видишь? – Я даже остановилась, чтобы достать из рюкзака мешочек с рунами и подкинуть их горсть в ладони. – Здесь все еще «Лавка Саламандры». Как бы я ни злилась на них, но они еще ни разу меня не подводили. Так почему должны подвести теперь?
Коул остановился, прервав свой размашистый шаг, который равнялся двум моим и потому вечно поторапливал. Заглянув в мои сложенные ладони, где кости твердили одну и ту же вязь, он улыбнулся уголком губ.
– Хм, ну да. Это хорошие кости. Они нас познакомили. Так что, пожалуй, ты права. – Я посмотрела Коулу в глаза, и он тут же двинулся дальше. – Судя по навигатору, нам сюда. «Барон Суббота» ведь, да? Это за углом. И почему она сама не могла сходить за своим драгоценным черепом? Пророчицам несолидно посещать комиссионку?
Мы действительно прошли меньше километра, как оказались перед ступенями двухэтажного здания из красного кирпича. Совсем недавно оно пережило ремонт, судя по свежей темно-бордовой краске и острому запаху аммиака. Шагнув на ступеньки, я остановилась, задержав взгляд на ветхой вывеске, которую заменили, но которую я все равно узнала.
– Это тот самый магазин, – прошептала я, и голос у меня сел.
Штормовое предупреждение по радио. Буря. Маленькое убежище в залежах дырявых одеял и сломанного ночника.
Коул обернулся. Успев подняться до двери, он быстро спустился обратно и встревоженно накрыл ладонью мое плечо.
– Комиссионка, – пояснила я, оглядывая здание еще раз, чтобы точно убедиться в этом. – Здесь я пряталась от Джулиана в ту ночь, когда ты арестовал меня. Я еще подожгла ее…
– Хм, – Коул проследил за моим взглядом и оглядел магазин исподлобья. – Ну, вроде сейчас с магазином все в порядке. Крыльцо как новенькое… Даже не скажешь, что здесь был пожар. Может быть, своим поджогом ты, наоборот, спасла этот магазин от прозябания? Привлекла к нему внимание общественности…
Было что-то чертовски милое в том, как Коул пытался меня приободрить. Раньше ему никогда не давались утешения, как и многое другое из социальных навыков, но в последнее время он во всем делал успехи. Кивнув на вход, Коул вдруг взял меня под руку.
– Идем. Чем бы это место ни было раньше, теперь это «Барон Суббота», и у нас здесь есть работенка.
– Да, – кивнула я через силу, заставляя себя преодолевать ступеньку за ступенькой. Коул, оказавшись впереди, приоткрыл передо мной дверь. – Давай уже найдем этот чертов череп и вернемся домой с новой ведьмой!
Мы пересекли порог, и колокольчик над нашими головами весело брякнул. Ремонт внутри действительно выглядел свежо и очень хорошо: кто-то разгреб залежалый товар и передвинул стеллажи, расставив их лабиринтом. По нему прогуливались несколько посетителей. Полки были заставлены всем, что только могло понадобиться ведьме: пучки сушеных трав для окуривания, книги теней, алтарные покрывала и жезлы. На отдельном стенде красовались куклы вуду и талисманы гри-гри. Все они различались по своим свойствам: одна кукла была для порчи, другая для любви, а третья…
– Одри.
Коул позвал меня по имени, и я тут же откликнулась. Заметив, что он смотрит в конец зала, где располагается касса, я посмотрела туда.
Уже спустя миг я увидела череп, которым увенчивалась изящная деревянная трость в руках темнокожего мужчины. Этот череп, несомненно, являлся именно тем, что мы искали.
– Добро пожаловать в «Барон Суббота», – гостеприимно поприветствовал нас владелец магазина, в котором я тут же узнала Верховного колдуна ковена Вуду. – Меня зовут Рафаэль. Чем могу вам помочь, старые друзья?
XII. Вуду
Колокольчик над дверью приветствовал новых посетителей. В магазин вошла компания подростков, скупающих черную соль и маятники для хэллоуинского ритуала. Они громко обсуждали между собой планируемый призыв мертвых, который, однако, не сработает, ведь свечи нужны церковные, а не обычные. Глупые дети.
По углам магазинчика тлела трава-ворожея и вербена. Агатовые глаза Рафаэля прожигали нас, пытаясь выведать сокрытые тайны. Мой взгляд то и дело падал на светло-желтый череп, что находился на рукояти его трости. В первую нашу встречу, когда вокруг зверствовал ураган, а я тайно поглядывала за ним с Коулом, было сразу ясно, что череп настоящий, человеческий. Но кто бы подумал, что он еще и очень ценный?
– Рад видеть, что ты все-таки нашел ведьму, согласившуюся тебе помочь, – Рафаэль подмигнул Коулу, крутящему в пальцах хрустальный шар, взятый с прилавка. – Что привело вас в Новый Орлеан на этот раз?