– Так еще бывает? – удивился Лис. – Прошлый век какой-то.
– Не прошлый, конечно, но люди те же, – грустно улыбнулась Докия.
Стрельников обвел помещение взглядом, пригляделся к компании подростков, празднующих день рождения симпатичной девушки Айдан, к Левенту, обслуживающему немногочисленных гостей. Жаль, что все так.
Девушка, появившаяся на входе, никак не вписывалась в общую картину домашнего уюта. Она в места, подобные этому, обычно не ходила, искала, что подороже. Да и кофейня эта далековато от гостиницы, в которую Лис отвез ее с утра.
Стрельников невольно дернулся. Прикинул, могла ли Элина узнать специально, где он в данный момент находится. Никаких предположений. Родителям не звонил. Шпионских программ на телефоне не замечал, да и когда бы у Власовой появилась возможность их установить. Значит, действительно случайно. Тем более за девушкой сразу вошел высокий парень, тут же приобнявший Элину за талию и панибратски махнувший Левенту – как старый знакомый.
Докия заметила напряжение Лиса и оглянулась, проследив за взглядом:
– Ты их знаешь?
– Ее. Это Элина, – Стрельников, пожалуй, почти пожалел, что отказался от пельменей.
– Красивая девушка.
Докия невольно сравнила себя и ту, которую, как Лис сказал, ему навязывают родители, – не в свою пользу. Элина выглядела эффектно. И глядя на нее, невозможно было представить, что она выйдет в люди без макияжа, прекрасно подобранной одежды, каблуков – они давно вросли в нее, стали второй кожей.
– Даже не сомневайся, ты лучше, – фыркнул, будто почувствовав, Лис.
Впрочем, Власова со своим спутником в кофейне не задержались. Не оценив ни предложенный столик, ни компанию празднующих подростков, Элина демонстративно продефилировала к выходу. Стрельникова с Докией она, похоже, не заметила. Парню пришлось догонять Власову, попутно шепнув извинения Левенту.
Докия же лениво ковырялась в принесенном пирожном и периодически уходила в свои мысли. Лис пытался рассмешить ее, но получалось плохо, она лишь выдавала дежурную улыбку.
– Поедем домой? – предложил, со страхом ожидая, что сейчас Докия опять вылепит партию свежевыдуманных отговорок насчет того, что ему все-таки не следует жить с ней в одной квартире.
Но она, уже искренне улыбаясь, согласилась:
– Да. Я устала что-то. Хочу растянуться на диване, включить какую-нибудь мелодраму в ноуте, посмотреть минут двадцать и вырубиться.
– Шикарный план!
Лис расплатился с Левентом и протянул руку Докии без особой надежды на ответ. Но ее прохладная ладошка доверчиво спряталась в его горячей ладони – полузабытое ощущение. Стрельников даже не сразу вспомнил, что надо бы достать брелок. Просто завис.
– Мы поедем или еще часок постоим? – глядя снизу вверх, с легкой насмешкой поинтересовалась Докия.
– Извини, – очнулся Лис. – Наверное, тоже устал.
Открыв ей переднюю дверь, быстро обошел авто и тронулся.
Включив радио, позволил музыке плавно течь в унисон мыслям и настроению. Докия откинула голову на подушку и прикрыла глаза. Все казалось таким естественным – дальше некуда. Как будто уже так было, и не раз. Дорога, музыка, родная душа рядом.
Пожалуй, несмотря на будничность момента, он запомнится на долгие годы, отложится в копилку памяти – туда, откуда будешь извлекать его, когда становится совсем хреново, и восстанавливаться. Витаминка и антидепрессант.
Подъехав к дому, Лис предложил взять сейчас только самое необходимое по мелочи, а остальное перенести утром. Докия кивнула с немного сонной улыбкой.
Очень хотелось влезть в ее голову, прочесть мысли.
Лис надеялся, что неожиданное появление Элины в кофейне не нарушило хрупкую гармонию, наконец воцарившуюся в их отношениях. Решил про себя, что завтра постарается предельно ясно обозначить, что Власова никогда и ничего не будет для него значить. Для этого, скорее всего, придется рассказать все, с предельной откровенностью, включая несколько не слишком красящих его эпизодов. Но лучше исключить всякие неожиданности, на какие вполне способна Элина.
В подъезде стелился тяжелый, душный, сладкий цветочный запах.
– Кому-то надо срочно сменить духи, – пошутил Лис. – У вас есть домовой чат? Намекни там.
Но на лестничной площадке запах стал будто еще сильнее. А уж когда ребята открыли дверь, то вообще едва не сбил с ног.
– Господи! Что это? – Докия закрыла нос шарфом и прямо в обуви оббежала квартиру.
Везде горел свет. И лежали миллионы лилий. Всех видов и оттенков. В своем увядании отдающих миру удушающий аромат.
Докия начала задыхаться и кашлять. Запах проникал в поры, сводил с ума и сеял панику. Лис бросил вещи, прямо где стоял, начал хватать цветы, не обращая внимания, что ломает их. Охапками выносил из квартиры и безжалостно отправлял в мусорный бак рядом с подъездом. Однако казалось, что на смену вынесенных в квартире появляется несколько новых. Проклятье Сизифа или бесконечная матрица.
– У тебя есть лекарство от аллергии? – крикнул во время очередного возвращения. – Выпей. И проветрить надо!
Докия, будто находясь в трансе, не услышала и продолжила сидеть на диване, слегка раскачиваясь из стороны в сторону. Лис сам распахнул окна, накинул на нее плед с кресла, похватал последние лилии и выскочил.
Краем глаза уловил на углу дома фигуру, наблюдавшую за его полетами бешеного шмеля. Лис пригляделся, но от общего перевозбуждения и нехватки кислорода в крови все мельтешило и расплывалось. Сделал пару шагов вперед.
Незнакомец окончательно скрылся в тени. Возможно, просто кто-то вышел курить, а тут такое зрелище – и совершенно бесплатно.
Только на сегодня произошло уже слишком много случайностей. Лимит. Должны уже начаться закономерности. А если вспомнить пропавшие из квартиры Докии ключи, то догадка всплывет на поверхность сама собой, как кусок дерьма.
Но проверять ее Лис не стал. Забота о Докии – единственное, что его должно волновать. Окружить ее теплом, выстроить надежную крепость, чтобы не добрался ни один дракон, изрыгающий лилии.
Вернувшись в квартиру, закрыл окна. Слабый запах еще оставался, но едва уловимый, возможно, вообще фантомный. Зато стало холодно, как в склепе.
Докия все сидела, съежившись и покачиваясь. Маленькая, хрупкая, как бабочка, которую играючи завертел стылый осенний ветер, понес, грозя поломать крылышки.
– Ну что ты! – Лис присел перед ней, обхватив за колени. – Я с тобой.
– Как они тут оказались? – прошептала непослушными губами Докия.
– Санек, блин, расстарался, – без злости ответить не получилось.
– Саша? Как? – Она перестала раскачиваться, и взгляд стал более осмысленным.
– Присвоил вторую пару ключей.
Докия сползла на пол к Лису, прижалась крепко-крепко, как ребенок, свернулась клубочком.
– Лис, знаешь, как папа погиб? Они ехали с мамой на машине. А тут ливень, просто вселенский потоп. И их кинуло на фургон с лилиями. Там все вокруг ими провоняло! И в реанимации потом…
– Маленькая, – Лис обнял, принялся гладить по голове. – Понимаю. Сам терпеть не могу эти цветы. Помпезные и вонючие.
Элина их обожала. Расставляла по родительскому дому то там, то сям перед каждой вечеринкой. И первое, что он тогда почувствовал, когда очнулся от своего безумного порыва, – невыносимый запах лилий. Но не рассказывать же это Докии сейчас.
– Давай я сделаю тебе горячую ванну, ты там полежишь, постараешься расслабиться и забыть…
– Что? – шепнула она.
– Что сможешь. По максимуму, мало ли что случалось в жизни. Потому что я теперь рядом. Я буду жить по соседству в комнате с Микки Маусами и воевать со всеми драконами.
– Даже если дракон я? – Докия вспомнила интернетный мем и улыбнулась. – А помнишь, мы придумывали сказки? Когда возвращались из школы?
– Помню, – признался Лис, – я все помню, – он дернул за свой кожаный браслет, перевернул так, чтобы она увидела красную косичку от шарфа. – Узнаешь?
Докия пригляделась:
– Неужели та самая?
– Та самая.
– А у меня этот шарф долго еще пролежал. Повязывала, когда горло болело, или ухо. Анютка его распустила, когда я в универ уехала, пообещала, что свяжет другой, но так и не связала.
Лис усмехнулся. Поднявшись, пустил Докии воду, как обещал. А потом оформил на завтра доставку новых замков – надо поменять, и срочно.
После того, как Лис помог Докии с больной Анютой, общаться стало легче. Возможно, не так, как в самом начале, иначе, – но это лучше, чем ничего.
Лис интересовался здоровьем сестренки, а когда та выздоровела, провожал их обеих домой.
– Ты Донин кавалер? – бесхитростно интересовалась Анюта.
– Я ее, – Лис ловил взгляд Докии, – друг.
– А мой? Тоже друг?
– Тоже, – соглашался он, внутренне посмеиваясь над тем, как удовлетворенно вздыхает девочка, как доверчиво прячет свою ладошку в его руку.
– У нас дома – только и разговоров о тебе! – признавалась Докия. – Аня отобрала у меня твои поделки из ракушек…
– Они еще живы? – Лис невольно перебил ее от удивления.
– Конечно, – она пожала плечами, – стоят на полке, глазеют.
У Лиса уже не глазели. Он всех раздал по родственникам и знакомым родителей. Всех, кроме собачки с красной косичкой от шарфа, теперь, подобно Церберу, охраняющей его главное сокровище – фотографию. Но не рассказывать же об этом Докии.
Глава 29
Саша не жалел денег, которые выбросил, в сущности, на ветер. Но ужасно нервировало то, что этот Стрельников распорядился подарком по-своему. Наверняка Докия возражала. Какая девушка откажется, чтобы ее осыпали цветами?
Чувство вины за позавчерашнюю выходку вынудило его совершить невероятное, чтобы Докия поняла, как много значит для него. Он пришел в цветочный и из всех цветов выбрал лилию. Роза показалась слишком банальной. Хризантема – вообще цветок давно замужних теток, по его мнению. Гербера – едва шагнула от ромашки. А лилия – царское растение, единственно достойное Докии.