– Добрый день! Могу помочь?
– Можете, – Лис спрятал руки в карманы. – Позовите Александра Морозова.
– Простите? Возникла проблема?
– Срочное дело, – отрубил Стрельников.
Менеджер помялся. Но вовремя вытащенная купюра поборола его нерешительность.
– Взял отпуск.
– А «гетц» где?
– Морозов внес предоплату.
– Его номерочек не дадите?
Менеджер черканул на бумажке и протянул Лису. Тому достаточно было лишь взглянуть, чтобы убедиться – номер тот самый, который недоступен.
– А второй не знаете?
– Нет. Мы не особо общаемся.
Лис ощутил, как внутри вскипает злая беспомощность. Этот сукин сын решил, что может играть чужой жизнью! И наслаждался своей безнаказанностью. Желание набить Морозову морду сделалось невыносимым.
– А кто с ним общается?
– Может, Леха? – предположил менеджер. – Ну и хозяин салона – Артур Робертович.
Лис кивнул и спросил, как пройти к нему.
Абсолютно не представляя, что именно он скажет этому Артуру Робертовичу, Стрельников направился в мозговой центр салона. Ладони потели. Мозги кипели. Найти Морозова стало сверхцелью.
Артур Робертович оказался рыхловатого вида мужичком среднего возраста. И лишь острый холодный взгляд выдавал в нем дельца и непростого человека. На жалость такому не надавишь. Но можно попытаться сказать правду.
Лис представился, протянул визитку, сообщил, что ищет Александра Морозова, и добавил безо всяких предисловий и экивоков:
– Он обидел дорогого мне человека.
– Прямо так и обидел? – глядя с прищуром, поинтересовался Артур Робертович.
– Да.
– Девчонку, что ли, не поделили? – спросил проницательно.
– Я бы так это не назвал, – покачал головой Лис.
– Я бы много что называл по-другому, а не так, как это называют, – усмехнулся хозяин салона. – Ты бы мне не визитку, а красную корочку протянул, я бы тебе сообщил все что надо. А так извини, – он развел руками. – Ищи сам.
Лис опустил голову. Не получилось?
– Морозов открыл охоту на мою девушку.
– Он ее, что ли… – цинизм Артура Робертовича зашкаливал.
– Нет, – сквозь зубы ответил Стрельников и сжал кулаки.
Не стоит. Этот… конечно, тоже не ангел. Но не тратить же злость на него! Развернулся, внушая себе, что выход найдется. Что этот гад Морозов наверняка станет пасти Докию, а Лис сутками спать не будет, но его дождется.
– Стой, парень. У тебя отец Стрельников Дмитрий Андреевич? – Артур Робертович постукивал по ладони визиткой.
– Да, – Лис мысленно прикидывал, где хозяин салона мог пересечься с отцом.
– Мы служили вместе. Он лейтенантиком, а мы с Морозовым Виктором в подчинении.
– Морозовым Виктором? – переспросил Лис, не сообразив, о ком это.
– Сашкиным отцом. А то с чего бы я ему донаты отвешивал? Тебе тоже отвешу, – он вытащил блокнот, записал телефонный номер на вырванном листке и протянул парню. – Дальше сам разберешься.
– Спасибо! – Лис даже слегка растерялся.
Никак не думал, что отцовская служба может ему пригодиться, в солдатское братство тоже особо не верил. Но вот, настал момент откровений.
Бумажка с номером телефона Морозова обжигала в кармане. Набрать. Проверить, возьмет ли – может, этот урод сбрасывает незнакомые. И объяснить так же, как объяснили вдвоем с ним же Елкину. Себя Санек, похоже, считал неприкасаемым, выше правил и законов. Или предпочитал жить, не анализируя. Ничего, научится.
Лис набрал номер, с каждым гудком чувствуя, как все больше вскипает ярость.
– Да? – удивленный голос.
– Морозов, нам надо встретиться.
Лис не предполагал, что тот может отказаться, прервать связь. Это пришло в голову именно в те мгновения тишины в трубке, которые последовали за его вызовом. Но Морозов все-таки ответил:
– Через полчаса, – и продиктовал адрес.
Не слился. Это импонировало. Не до такой степени, чтобы настроиться на диалог, нет – морду набить хотелось не меньше, но теперь хотя бы отсутствовало ощущение, что ты вляпался в мерзость, как с Елкиным. Тот был совсем ублюдок.
Морозов же – больной на всю голову. Но попытаться что-то объяснить ему можно. Ведь у Докии есть он, Стрельников, а у другой хорошей девчонки может не оказаться никого.
«Опель» словно чувствовал настрой хозяина. Урчал довольным хищником в предчувствии охоты. Не подрезал, но и не уступал. Рвался в бой.
И пожалуй, несколько штрафов Лис заработал, игнорируя пиканье программки, считывающей камеры. Плевать. Заплатит. К счастью, деньги имеются, свои – к родителям не придется обращаться.
По названному адресу находился полузаброшенный скверик. Уже неплохо. Здесь полно укромных мест, где можно поговорить без лишних глаз. И не только поговорить.
Морозов ждал метрах в десяти у ворот. Увидев Лиса, отвернулся и пошел вглубь сквера, словно приглашал следовать за ним. Остановился в совершенно диком месте, которое плохо проглядывалось и с дорог, и с окон ближайших высоток. В десятке шагов стояли забытые мусорные баки: один перевернутый, с неприглядным вываленным нутром, другой – пока только накренившийся и тоже переполненный под завязку.
Морозов, наконец, развернулся, глянул уверенно и нагло. Явно чувствовал себя правым.
Лис тоже только смотрел. Стоял, перекатываясь с пятки на носок, руки в карманах.
– Чего хотел? – сдался Морозов.
– А сам не догадываешься? – процедил Лис.
– Нет, – ответ прозвучал с изрядной долей бравады. – Просветишь?
– Отвяжись от моей девушки, – Лис вытащил руки и загнул палец, – удали с сайта универа все мерзости, которые там разместил от ее имени, – загнул второй, – отключи синхронизацию ее контактов с твоими, – третий. – Продолжать?
– Нет. Нет. И нет, – Морозов также использовал пальцы для наглядности. – Докия моя. Точка. Я не Елкин, ее не обижу.
– Хочешь сказать, ты ее не обидел тем, что сделал?
Лис уже подустал от этого вербального спарринга. Руки чесались. Некстати вспомнилась книжка с приемами, которую отец подарил в первом классе, тогда Лис был уверен, что по ней обязательно научится драться, но потом убедился, что изучить приемы, читая, не получится: нужна практика.
Практика появилась намного позже. В новой школе. С теми, для кого минус четыре зрения ничего не значило, кто считал родной город Стрельникова глухой провинцией, а его, оказавшегося круглым отличником, – выскочкой. Хорошо, что учитель по физкультуре оказался не в пример лучше Сергея Петровича.
– Просто преподал урок, – пояснил Морозов с кривой усмешкой. – Женщины сами не знают, чего хотят, ими руководят эмоции, инстинкты и гормоны. Им нужен хозяин. Докия – абсолютно такая же. И я буду решать за нее, отвечать и контролировать. А она…
Договорить он не успел, кулак Лиса прилетел по челюсти слева. И парни кинулись друг на друга, словно только и ждали момента. Били жестко, целясь в открытые места. Вкладывая в удар всю силу. В жажде причинить боль сопернику, не замечая собственной боли.
Лис защищался и нападал более уверенно. Морозов – хаотичнее и непредсказумее. Кулаки разбивали, рвали кожу в кровавое месиво. Парни рычали, будто звери.
Удачным ударом Стрельников отшвырнул Морозова к мусорным бакам. Тот, приложившись головой о край, даже обездвижел на миг. Но потом застонал и заворочался. Лис подскочил к нему в полной уверенности, что на этом все, но получил неожиданный удар по ногам железным прутом, невесть как оказавшимся в руках Морозова. Боль накатила настолько мощной волной, что игнорировать ее стало невозможно. Рухнув в зловонную жижу, Лис, как в замедленной съемке, увидел, как к горлу неумолимо несется острие прута. Кое-как перекувыркнулся в сторону и ухватил его за другой конец.
Неизвестно, что случилось бы дальше, но все-таки кто-то из случайных свидетелей драки вызвал полицию. К парням подлетели четверо крепких мужчин – трое в форме, один в гражданском. Выхватили и отбросили прут, поставили на ноги и Лиса, и Морозова, а потом увели, заломив руки.
Глава 32
Докия приехала в участок сразу же, как ей позвонили.
Неуверенно озираясь по сторонам, зашла внутрь. Протянула паспорт. Ответила на дежурные вопросы, даже не задумываясь. Поблуждала по коридорам, пока нашла нужный кабинет. Постучалась. Представилась. Выслушала краткое протокольное описание того, за что задержаны «гражданин Морозов и гражданин Стрельников».
– Вопросы есть? – следователь, разумеется, представился тоже, но Докия не запомнила, Шумцов или Шумков, и теперь он казался ей равнодушно-отстраненным и отчасти пугающим, как сфинкс.
И ответа на его загадки она не знала. Хотя…
– Я могу забрать Лиса? Мне надо за него, наверное, штраф какой-нибудь внести? У вас есть касса?
– Кого забрать?
– Елисея Стрельникова, – уточнила Докия, глядя в усталые серые глаза.
– Сейчас, – собеседник снял трубку на древнем аппарате, потыкался в кнопки. – Потапов, приведешь задержанных? Да, драчунов. Да, обоих, – положил трубку и переключил внимание на Докию. – Штраф… Штраф он, думаю, сам оплатить в состоянии, квитанцию выпишем. Вы мне проясните кое-что, гражданочка, а потом, – он махнул рукой, – на все четыре стороны.
Она сглотнула горькую слюну и кивнула.
– Гражданин Морозов Александр Викторович вам знаком?
– Да.
– В каких отношениях с ним находитесь?
Докия задумалась, нахмурившись и стиснув кулачки.
– Ни в каких. Дружили. Но теперь нет.
– Ясненько, – следователь вздохнул. – А Стрельников Елисей Дмитриевич?
Она кивнула.
– Словами, пожалуйста.
– Мы, – Докия прикинула, что мог сказать Лис, если позвонили именно ей, и решила остановиться на нейтральной правде, – мы живем вместе.
– Ага, – собеседник что-то записал. – А что связывает Морозова А. В. и Стрельникова Е. Д., не подскажете? Тоже дружили?
– Нет. Не дружили. Только я. До определенного момента. Просто… Морозов… Он переступил границы. И все… – Говорить правду оказалось сложно.
– Насколько переступил? – интонации заметно похолодели, а ручка слегка хрустнула в пальцах.