«Я должна найти маму. Должна найти маму. Я…»
Закричав от напряжения, Ромэйн отвела руку в сторону и ударила демона по морде. Удерживать его стало куда сложнее, но ярость, поднимавшаяся из самого ее существа, словно вдохнула в нее силы. Она била снова и снова, вкладывая в каждый удар все разочарование, всю ненависть, все отвращение к себе за проявленную слабость.
Она не заметила, как кровь, стекавшая по ее рукам, впиталась в кожу; не заметила, как перевернулась, подмяла демона под себя и начала избивать его кулаками. Мгновение назад он казался огромным и опасным чудовищем; теперь она видела в нем лишь врага, который едва не убил Ливра.
Кто-то обхватил ее и поднял над землей. Извернувшись, Ромэйн что было сил ударила схватившего ее человека локтем по ребрам.
– Это я, – без тени осуждения сказал Хэль. – Все хорошо.
– Они все еще сражаются! – выкрикнула Ромэйн. – Ничего хоро…
По земле прокатилась волна огня. Ромэйн зажмурилась, испугавшись опаляющего жара, Хэль пошатнулся, и они упали.
– Что это было?! – выкрикнула Фэй.
– Чтоб меня… – пробасил Барниш.
Ромэйн слезла с Хэля и уставилась на обуглившегося демона. Яркие искры все еще кружили над ним, но ни очагов пожара, ни выжженной земли рядом не было, словно пламя задело только чудовищ.
– Это твоих рук дело? – Ромэйн уставилась на Хэля.
Он выглядел не менее озадаченным.
– Нет.
– Врешь.
– Клянусь, я ничего не…
– Ты цела?
Фэй подала Ромэйн руку и помогла подняться. На Хэля она даже не взглянула.
– Что это было? – Барниш переводил взгляд с одного грязного лица на другое.
– Вот это прожарка! – Латиш наклонился к тому, что осталось от демона. – Вы только гляньте!
Он ткнул тело чудовища носком сапога, и оно рассыпалось пеплом.
– И так с каждым, ага, – сказал Латиш, будто ведя разговор с самим собой. – Огонь оказался очень кстати, что скажете?
Фэй подошла к Хэлю и схватила его за грудки. Он со скучающим видом смотрел на нее, умудряясь сохранять достоинство даже в таком положении.
– Это все ты! – рявкнула Фэй. – Кто ты такой?!
– Не хочу тебя разочаровывать, но я не имею к этому никакого отношения, – спокойно сказал Хэль. – А теперь отпусти меня, будь добра.
– И не подумаю. Если потребуется, я выбью из тебя…
Хэль сложил пальцы в странный жест и ударил Фэй в грудь – ее отбросило прочь, каблуки сапог прочертили в земле глубокие борозды. От неожиданности Ромэйн вздрогнула и хотела было кинуться на помощь подруге, но та жестом заставила ее остаться на месте.
– Кто ты такой? – повторила она.
Фэй тяжело дышала, ее щеки потемнели. Она старалась не показывать слабости, но Ромэйн видела, с какой силой Хэль ударил ее, – то, что она устояла на ногах, настоящее чудо.
– Кем бы я ни был, к огню я не имею никакого отношения, – ответил он сквозь зубы.
– Нашли повод кулаками махать! – влез в разговор Латиш. – Огонь нам помог, никого из наших не зажарило, так чего вы…
– Заткнись, – посоветовал Барниш.
– Ромэйн, ты должна это прекратить, – сказал молчавший все это время Райордан.
Ему тоже досталось в бою: он держался за бок, рукав его рубашки был разорван до самого плеча.
– Ты прав. – Ромэйн посмотрела на Фэй. – Я не знаю, кто это сделал, но огонь спас нас. Теперь мы должны убраться отсюда.
– Но… – начала было стражница.
– Хватит! – прикрикнул на нее Барниш. – Твоя леди сказала свое слово. Пойдемте, тут воняет сгоревшим мясом.
Ромэйн нашла свой меч в траве и вложила его в ножны. Тело налилось тяжестью, она устала, бок пульсировал болью. Фэй демонстративно обогнала ее и ушла вперед, Барниш помогал идти хромающему Ливру, Латиш плелся за ними и вертел головой, разглядывая сгоревшие тела демонов.
– Это был не я.
Хэль нагнал Ромэйн и пошел рядом. У нее не было сил спорить с ним.
– Хорошо.
– Ты чуть не убила демона голыми руками.
– А он чуть не убил одного из моих людей. Ты не ушибся, когда падал?
– Не сильнее, чем ты, когда налетела на дерево, – Хэль многозначительно посмотрел на ее бок. – Я могу понести тебя.
– Дольф часто позволял мне забираться ему на спину. Кажется, это было в другой жизни. – Ромэйн вздохнула. – Я в состоянии идти, Хэль, не беспокойся об этом.
– Можешь понести меня, – влез в разговор Райордан.
– Могу, – откликнулся Хэль. – Таких коротышек, как ты, я могу понести целую дюжину.
– Я бы не стал доверять ему, – буркнул Рай, обгоняя их. – Он ничем не лучше чудовищ, напавших на нас.
Проводив его взглядом, Ромэйн повернулась к Хэлю. Он выглядел полным сил несмотря на то, что им пришлось пережить.
– Рай прав? Ты чудовище? – прямо спросила она, вспомнив черные когти на его руках.
– Все мы чудовища, – ответил он. – Ты так не считаешь?
– Считаю, – неожиданно для самой себя согласилась Ромэйн.
Лаверн, его солдаты, нуады, каждый лорд, не пожелавший объединиться с ее отцом, – все они лжецы, воры, предатели и убийцы. Чудовища.
А чудовища заслуживают смерти.
Глава 25
Ворота Синей Крепости открыли после коротких переговоров, чтобы впустить Райордана и его пленников. Он легкомысленно помахал страже, шутовски поклонился хмурому мужчине в бордово-черной форме и толкнул в спину Ромэйн, завернутую в плащ Барниша. Толкать Хэля Райордан не решился – слишком свежи были воспоминания об их стычке в трактире.
С того дня Рай множество раз мысленно возвращался к произошедшему и мог поклясться всеми богами, что там, в темноте, рядом с ним находился вовсе не человек, а чуждое этому миру существо, обладавшее неописуемой силой. Сейчас, поглядывая на покорно опустившего голову Хэля, он не мог сложить два образа воедино.
– Вы нашли их?
Рай поднял голову и уставился на уже знакомого ему капитана стражи. Мысленно выругавшись, он обворожительно улыбнулся и ответил:
– Как видите! Мой навык рисования еще никогда не подводил.
– Вы должны отправить сокола императору.
«Вот уж не думаю».
– Я сделаю это сразу после допроса.
– У вас есть разрешение допрашивать их?
«Надоедливый, мерзкий урод, как же от тебя отделаться?» – подумал Рай, лихорадочно размышляя.
Вдруг Хэль приподнял капюшон, посмотрел на капитана и тихо сказал:
– Он отправит сокола позже. Ступай и займись своими делами. Не смей сообщать императору о том, что видел нас.
К удивлению Райордана, капитан кивнул и как ни в чем не бывало пошел прочь.
– Как ты это сделал? – прошипел Рай, подстраиваясь под шаг Хэля.
– Потом, – коротко ответил тот.
Рай посмотрел на Ромэйн, та покачала головой. Он не сомневался, что девчонка понимает, кто их спутник, но потакает ему, чтобы использовать его силу.
Ромэйн не выглядела впечатляюще, да и леди Большого Дома в ней было не узнать – изорванная одежда, ссадины на лице, сбитые в кровь костяшки пальцев. Однако Райордан чувствовал, что в ней есть стержень, который не позволил ей сломаться после падения Синей Крепости. Благодаря этому стержню, или силе характера, если угодно, она и терпит рядом с собой чудовище – существо, которое может оказаться куда страшнее, чем те, с которыми они уже встречались. Терпит, чтобы использовать.
«А ты полна сюрпризов, маленькая леди», – подумал Рай, открывая неприметную дверь в каменной стене замка.
Ромэйн скинула капюшон, огляделась и помчалась к лестнице, ведущей вниз, к темницам. Рай едва поспевал за ней и постоянно оглядывался в страхе, что кто-нибудь их увидит. Но им повезло – на пути не повстречалось ни одной живой души.
– Здесь стало так мрачно, – сказала Ромэйн, когда тяжелая деревянная дверь закрылась за ними.
– Хорошо, что они хотя бы сняли трупы, висевшие над входом в крепость, – проворчал Рай, с содроганием вспоминая то, что осталось от Ласточек и лорда Оррена.
Их шаги эхом отражались от каменных стен. Хэль попытался поддержать Ромэйн, когда она оступилась на скользких от влаги ступенях, но девушка вырвала руку из его пальцев и хмуро посмотрела на него.
«Этому негодяю что-то от нее нужно», – подумал Рай, отметив разочарованную гримасу, промелькнувшую на лице Хэля.
– Ты уверена, что хочешь войти? – спросила Фэй, останавливаясь перед толстой металлической дверью.
– Уверена, – ответила Ромэйн и потянула дверь на себя.
Их обдало смрадом гниющей плоти. Рай закашлялся и прикрыл лицо рукавом.
– Сохрани нас Трое, – пробормотал он, пропуская остальных вперед.
Ему не хотелось видеть, что находилось в камерах. Он упорно смотрел себе под ноги и отказывался поднимать голову. Судя по запаху, в темнице кто-то умер, и уже давно.
– Они просто свалили тела в одну кучу и оставили их гнить, – удивленно сказал Хэль.
«Спасибо, приятель, – подумал Рай, – теперь меня будут преследовать кошмары».
– Ты в порядке? – спросила Фэй, обращаясь к Ромэйн.
– Они даже не похоронили их, – вместо ответа сказала та. – Почему?
– Это пища, – тихо сказал Хэль.
– Пища? Для кого? – удивленно спросила Ромэйн.
Рай догадывался, для кого в темницах устроили званый ужин из гниющих тел. Наверняка замок охраняли эмпуссии, а они, скорее всего, не прочь были поживиться падалью.
– Вон там, – вдруг сказал Хэль. – В дальней темнице кто-то есть.
Ромэйн кинулась к клетке, Фэй не успела ее остановить. Девушка замерла перед дверью и заглянула внутрь.
– Мама?
Ее голос дрогнул.
На нее смотрели дикие, лишенные разума глаза. На огрубевших, воспаленных веках не осталось ресниц, кожа на голове покрылась наростами и нарывами. Испачканная нечистотами одежда, бледное лицо с острыми скулами – Ромэйн с трудом узнала в чудовище свою мать.
Подобравшись, демон приготовился к прыжку. Хэль оттолкнул Ромэйн от решетки и встал перед ней, прикрывая. Увидев его, чудовище зашипело и попятилось, мигом передумав нападать.
– Боюсь, твоей матери давно здесь нет, – спокойно сказал Хэль, продолжая закрывать Ромэйн собой.