2 августа 1939 г. новый нарком ВМФ флагман флота 2-го ранга Н. Г. Кузнецов своей директивой № 9902сс/ов приказал Военному совету КБФ разработать оперативный план Краснознаменного Балтийского флота и Ладожской военной флотилии[2087]. Причем при составлении плана следовало исходить из того предположения, что против СССР могут одновременно выступить объединенные силы Германии, Польши и Финляндии. В то же время, по мнению Кузнецова, стоило учитывать возможность сохранения нейтралитета Финляндией, Эстонией и Латвией, «длительность которого будет зависеть от политической обстановки и успехов первых операций РККА и РККФ». Далее в директиве наркома приводился недвусмысленный намек на то, что при наличии соответствующих указаний правительства будет возможно «не считаться с нейтралитетом этих стран и провести ряд мероприятий, направленных к расширению операционного плацдарма Краснознаменного Балтийского флота». Ну а дальше в документе следовало ещё более любопытное высказывание: «…Фактическое начало военных действий на Балтийском театре может быть без формального объявления войны»[2088].
И хотя здесь не сказано, какая именно из сторон может обойтись без объявления войны (советская или неприятельская), это нетрудно понять, исходя из последующих событий (вторжение Красной Армии в Польшу и Финляндию). Из данной директивы наркома ВМФ также следовало, что Финляндия отныне воспринимается уже не как нейтральная, а как враждебная Советскому Союзу держава. Эта новая оценка стала результатом несговорчивой позиции финского правительства по целому ряду вопросов (в частности, о статусе Аландских островов), затронутых советским политическим руководством в июне 1939-го года[2089]. (Неудивительно, что финское военное руководство недвусмысленно заявляло представителям Германии летом 1939 г., что у «у финской армии всё готово, чтобы укрепить эти острова, и армия ждет только приказа правительства»[2090]. А в качестве сценария действий против СССР в случае войны предполагались совместные действия финской береговой артиллерии и военно-морского флота, чтобы не допустить прорыв сил КБФ в Балтийское море[2091].)
Согласно указанной директиве, Краснознаменный Балтийский флот совместно с Военно-воздушными силами и сухопутными войсками РККА должны были нанести решительное поражение объединенным силам противника, путем решения следующих задач: а) Расширить операционный плацдарм, для чего следовало – 1) уничтожить боевое ядро флота лимитрофов и 2) одновременным ударом захватить, вооружить и удерживать острова восточной части Финского залива (Суурсаари, Суур-Тютерсаари, Пиен-Тютерсаари, Лавенсаари и Сейскаари); б) Активными действиями подводных лодок, авиации и минными постановками затруднить базирование германского флота в Або-Аландском архипелаге, Гельсинки и Таллине; в) Содействовать РККА, обеспечивая ее морские фланги; г) Бить противника по частям на всем протяжении Балтийского моря; д) Действиями на коммуникациях и у баз противника подводных лодок, авиации и минными постановками сорвать планомерность войсковых перевозок и грузов, а также уничтожать военные корабли[2092].
Поскольку Краснознаменный Балтийский флот на период военного времени должен был переходить в оперативное подчинение Ленинградского военного округа, то разработка оперативного плана КБФ должна была проводиться «в тесной увязке с Военным советом ЛВО». Однако Штаб Ленинградского военного округа, несмотря на неоднократные обращения к нему со стороны Военного совета КБФ, не торопился с разработкой оперативного плана и долгое время не давал флоту конкретных задач по взаимодействию и прикрытию. В связи с этим, 31 августа 1939 г. командующий КБФ флагман 2-го ранга В. Ф. Трибуц был вынужден напомнить Военному совету Ленинградского округа, что составление оперативного плана является совместным делом и должно проводиться КБФ совместно с Военным советом ЛВО[2093]. Однако, никаких конкретных задач по взаимодействию и прикрытию от Военного совета ЛВО не поступило. Поэтому командующий КБФ предупредил, что в случае неполучения четких указаний от него, он будет вынужден обратиться прямо в Генеральный штаб РККА и «вести разработку только в части самостоятельных действий флота»[2094].
Наконец, 4 сентября Военный совет Ленинградского военного округа направил Военному совету КБФ директиву № 10265сс/ов, где просил предусмотреть для Краснознаменного Балтийского флота следующие задачи: «…а) в первые дни войны уничтожить морской флот Финляндии и Эстонии в его базах и шхерах; б) подавить береговые батареи в районе Биоркэ; в) не допустить оборудования минных позиций и уничтожить существующие артиллерийские батареи в районе Нарген, Поркелауд; г) захватить острова Сескар, Лавенсаари, Гогланд и Б. Тютерс. При нейтралитете Финляндии захват этих островов осуществить по особому указанию правительства; д) захваченные острова вооружить установкой на них батарей и оборудовать передовой оборонительный рубеж в районе Гогланд, М. Тютерс, Родшер; е) предусмотреть активные действия наших подводных лодок в районе Нарген-Поркелауд с задачей не допустить прохода линейных сил флота Германии в восточную часть Финского залива». С началом военных действий флот должен был оказать содействие огнем береговой и корабельной артиллерии продвижению сухопутных войск на Карельском перешейке (в период с М-3 по М-5 и с М-12 по М-18) и Нарвском направлении (с М-5 по М-15), быть готовым к овладению островом Биеркэ, с последующей высадкой десанта на него (в период с М-12 по М-18), уничтожить финскую Ладожскую флотилию, быть готовыми к высадке десанта в районе Кексгольм-остров Коневец (в период М-10 по М-20), а также оказать содействие огнем корабельной артиллерии наступлению войск на Сердобольском направлении (в период с М-15 по М-20)[2095].
В дальнейшем процесс оперативного планирования КБФ был нарушен политическими событиями в странах Прибалтики и в Финляндии, происшедшими в конце сентября – начале октября 1939 г. В результате заключения пакта о ненападении между СССР и Германией от 23 августа 1939 г., военно-политическая ситуация и расстановка сил в Европе резко изменилась. Согласно секретному протоколу к договору, в сферу интересов СССР попала восточная часть Польши, Прибалтийские республики и Финляндия. Советское руководство получило отличную возможность реализовать свои геополитические интересы, действуя строго в рамках заключенных соглашений. Первыми государствами, подвергшимися советскому политическому давлению, стали республики Прибалтики – Эстония, Латвия и Литва.
Таким образом, в течение зимы-осени 1939-го года процесс оперативного планирования на Краснознаменном Балтийском флоте претерпел серьезные изменения, поскольку он подвергался серьезному влиянию внешнеполитического фактора. В зависимости от быстро менявшейся политической обстановки в Европе и резких перемен во взглядах советского политического руководства, подвергалась серьезной корректировке направленность оперативных планов Вооруженных Сил СССР, и соответственно Краснознаменного Балтийского флота. Оценка предполагаемой угрозы со стороны некоторых европейских стран (в частности, Финляндии) претерпела в оперативных планах КБФ серьезные изменения в силу политических осложнений и невозможности решить проблемы сугубо дипломатическим путем. В результате, нарушилась привычная, выработанная годами схема военного противостояния Советского Союза со странами Западной Европы. Впервые за 20 предвоенных лет политическая ситуация в регионе Балтии сложилось наиболее выгодным для Советского Союза образом.
§ 3. Краснознаменный Балтийский флот и события в Прибалтике осенью 1939 года
В начале сентября 1939 г., в связи с нападением Германии на Г[олыну, высшим командованием Красной Армии и Военно-Морского Флота были осуществлены меры по осуществлению скрытой мобилизации соединений и частей флота. 4 сентября нарком обороны СССР маршал К. Е. Ворошилов своим приказом задержал сроком на 1 месяц увольнение красноармейцев и младших командиров в войсках Ленинградского, Московского, Калининского, Белорусского и Киевского особых и Харьковского военных округов (всего 310 тыс. человек), а также утвердил призыв на учебные сборы приписного состава частей ГШО в Ленинградском, Калининском, Белорусском и Киевском особых военных округах (всего 26 тыс. человек)[2096]. И наконец, 6 сентября нарком обороны СССР маршал К. Е. Ворошилов специальной директивой объявил скрытую мобилизацию (Большие учебные сборы или БУС) в семи военных округах – Ленинградском, Московском, Калининском, Белорусском особом, Киевском особом, Харьковском и Орловском[2097].
Основная задача мобилизации КБФ сводилась к быстрейшему мобилизационному развертыванию частей Военно-воздушных сил, Противовоздушной обороны, Береговой обороны и Охраны водного района (призываемые тральщики). Причем, мобилизация частей производилось не по общему для всех соединений сигналу, а в следующем порядке: 1) Противовоздушная оборона (ПВО) – с 5 сентября 1939 г.; 2) Западный укрепленный район (ЗУР) – с 10 сентября 1939 г.; 3) Охрана водного района (ОВР) – с 19 сентября 1939 г.; 4) Военно-воздушные силы и Отдельная специальная стрелковая бригада (ОСОБ) – с 20 сентября 1939 г.; 5) Северный укрепленный район (СУР), Южный укрепленный район (ЮУР) и Служба наблюдения и связи (СНиС) – с 21 сентября 1939 г.; 6) Санитарные учреждения – с 28 сентября 1939 г.; 7) Гидрографические части – 28 сентябр